Метель
Шрифт:
Господи, помоги мне…
В этот момент все казалось настолько обреченным, что хотелось из окна выпрыгнуть. Казалось, вот-вот дверь не выдержит и мне предстоит испытание, которое я точно не перенесу! Не знаю, когда мои ладони сползли с ушей, и я поняла, что за дверью или прямо в соседней квартире происходит драка…
Глухие стоны, грохот, маты, звуки ударов. Как будто я в боевике каком-то оказалась!
Неужели так быстро полиция приехала? Или эти гопники чего-то не поделили?..
Хоть бы они передрались там все до смерти…
Не понимаю, как я в этом
Подобравшись с ног до головы, я приподнялась и, теснее кутаясь в одеяло, уставилась в прихожую через дверной проем. Уверенные шаги по полу — сердце подскочило к горлу, а затем… резко ухнуло вниз.
Это был мираж или сон. Этого не могло быть на самом деле! И этот человек в стильном черном пальто не мог быть Самратом! Просто у него были такие же черные глаза как у него…
Он начал приближаться. У него был напряженный вид и острый взгляд, которым он оглядел комнату. А я, кажется, была так обессилена и ошарашена, что не могла выдавить ни звука. Только хорошо слышала сердце, что непослушно билось о ребра… От его хмурой красоты, от запаха, который обнял меня своими пряными нотами и терновыми прутьями впился в сознание, вновь высекая его образ. Это была мощная подпитка, с которой пришло четкое осознание того, как я скучала…
Как тосковала без него!
Возвысившись над моей сжавшейся фигурой на небольшой кровати. Самрат казалось, хотел прожечь меня насквозь своим тяжелым взглядом. Его теплая ладонь вдруг поднялась и коснулась моей щеки, оставляя дорожку тока на коже. Я закрыла глаза, чувствуя, как скатилась горячая слеза, которую никто не поймал.
Внутри разгорелось пламя эмоций от его близости, такой нереальной и такой желанной… Но зачем?..Почему сейчас?
Неожиданно я ощутила на себе сильные руки, которые обвили мое тело, чтобы затем поднять в невесомость. И мне было не важно, куда он меня унесет…
Растерянно прижимаясь к широкой груди, я жадно втягивала запах Самрата и молилась только об одном, чтобы этот сон побыл со мной еще немного.
САМРАТ
Легкая. Как будто я несу взрослого ребенка на руках. Значит, не показалось…
Думал это все игра теней, но нет — ее лицо действительно осунулось! Именно поэтому в грудной клетке уже расползлась и надежно осела тяжесть. Чуждая, незнакомая. Откуда только взялось все это, черт возьми? Откуда вспыхнуло и проникло инфекцией в нутро это дикое, неконтролируемое чувство защитить ту. что несу на руках?! Во чтобы то ни стало оградить от любых угроз, а того, кто осмелится даже косо глянуть на нее — порвать на куски?!
Я толкнул ногой дверь, на вскрытие которой у меня ушло меньше минуты. Не думал, что
Бросил равнодушный взгляд в сторону соседней двери, что была приоткрыта и жалко скупила на петлях, дергаясь от заходившего ветра. Она оказалась очень полезным подручным средством, когда я долбил ею чью-то пьяную голову. Вот почему косяки и стены были заляпаны кровью, так же как и бетонный пол. Костяшки только сейчас начали гореть напоминанием от выбитых ссадин. Давно мои руки не знали драк…
Глядя прямо перед собой, я не спеша спустился по лестнице. Машина уже стояла у подъезда. Гера задумчиво ежился у пассажирской двери, а завидев меня, тут же встрепенулся и поспешил открыть ее. Я так и сел, не выпуская хрупкое, девичье тело из рук. Как будто собственнический инстинкт в край обострился или кто-то мог осмелиться отобрать ее у меня! А она не подозревая ни о чем, крепко спала всю дорогу. И это каким-то образом приносило мне покой. Пусть спит. Значит, чувствует. что в безопасности. Значит доверяет.
Она не проснулась, даже когда пришлось выходить на мороз. Не проснулась, и тогда, когда я освободил ее от холодного одеяла укладывая на постель. Ее стройное, похудевшее тело сиротливо прикрывала лишь бесформенная майка и простые белые трусы. Не знаю, почему я почти замер скользнув по ее миниатюрной фигуре. Перед глазами без спроса предстали картины того, как шарятся чужие руки по ее телу, срывают эту тонкую майку, рвут белье… И отравляющее жало ярости. тут же впилось в грудную клетку. А еще врасплох меня застало отравляющее чувство вины. Что если бы я опоздал?..
Укрыв Аню одеялом. я еще некоторое время неотрывно наблюдал за ее умиротворенным лицом, прежде чем поднялся и отошел к окну. В сознании невольно возникла параллель с тем днем, когда я отпустил ее. Нет, у меня не было сомнений. Я четко помню, с каким хладнокровием дал свободу, о которой меня попросили. Никогда и никого я не держал возле себя насильно. Я никогда ни за кем не бегал! И тогда не собирался. Это был привычный ориентир. Обычное состояние разбалованного вниманием мужика. Равнодушное и принципиальное.
Однако с появлением этой девочки в моей жизни, уже ничего не было обычным.
Именно поэтому я плохо спал той ночью, половину которой провел без толку глядя в окно. Как душевнобольной, которому чего-то очень недоставало для покоя… как воздуха, чтобы надышаться. Но я слишком старательно бежал от мысли об истинной причине.
В последующие дни рабочая суета затянула меня с пользой. А затем очень кстати назрела срочная командировка в Москву. Иначе бы я точно сорвался. Уже тогда бы сорвался и никогда бы не понял себя за эту слабость! Очень непросто идти наперекор своей натуре. Очень непросто справиться с многолетним споем цинизма и гордости.