Метеориты
Шрифт:
Только что за обедом Паола рассказала маме о предложении Эльпиди.
– Ну… А что директриса?
– Только за. К тому же Эльпиди она не откажет.
– А вы не отстанете от программы?
– Эльпиди говорит, что уроки будут проходить регулярно. Уверял даже, что те, кто ездит за границу по обмену, занимаются там намного меньше, чем будем мы. Но проблема-то в другом…
– И в чем же?
– Эльпиди выставил условие: едут либо все без исключения, либо никто.
– А что, кто-то не хочет?
– Педро. Сказал, ему это не нужно.
– Это
– Он самый.
– Торчок который?
– Ну ты загнула. Он так, только марихуаной балуется.
– А марихуана, по-твоему, – ботва безобидная?
– В общем, Эльпиди дал ему день на размышления. Если честно, Педро не единственный, кто, мягко говоря, не в восторге от этой идеи.
– Да ладно?
– Нам придется целых тридцать дней жить вместе круглые сутки. А некоторые и без того друг друга на дух не переносят.
– Например?
– Например, Филиппо.
– Лоруссо?
– Ага, Лоруссо. Он терпеть не может Андреа Беррино. Андреа вечно над ним издевается, не упускает случая поглумиться. А Филиппо даже постоять за себя не в состоянии, вот и отмалчивается.
– Этот Беррино всегда слишком много о себе воображал.
– Вот именно. А Роберта и Марта, они же друг друга ненавидят! Не говоря уже о Ренцо и Кьяре. После того происшествия они так и не помирились. Вдобавок Кьяру еще и Валентина бесит.
– Да вы там поубиваете друг друга, – ухмыляется мама.
Тут Паоле на мобильный приходит сообщение.
– Это папа. Скоро будет.
Девушка поднимается к себе в комнату, чтобы переодеться.
Стоя перед зеркалом в трусах и лифчике, она разглядывает себя со всех сторон. Паоле нравятся ее длинные вьющиеся каштановые волосы, большие глаза, ярко очерченные губы. А вот слишком накачанные, на ее взгляд, ноги она просто ненавидит. Девушка слегка выворачивает ступню. «Черт, ну что это такое, икры как у мужика…» Она надевает спортивный костюм, собирает футбольную сумку. Спустившись, на выходе сталкивается с мамой. Та протягивает ей шоколадку:
– Подкрепись между таймами.
Паола сует шоколадку в сумку, целует мать в щеку и выходит. У ворот останавливается автомобиль. Паола еще раз машет маме и, распахнув дверцу, садится в машину.
– Вот она, моя чемпионка!
За рулем ее отец. У него редкие волосы, аккуратная черная бородка с проседью, элегантный костюм. В общем, привлекательный мужчина, хоть и полноват. Машина резко трогается.
– Даже с мамой не поздоровался, – тут же хмурится Паола.
– Ну и что? Все равно вечером увидимся.
– Вы в последнее время странно себя ведете.
– В каком смысле странно?
– Не разговариваете, даже не смотрите друг на друга. Между вами словно черная кошка пробежала.
– У меня много работы, Паолина,
– Ночуешь часто не дома.
– Всегда так было. И в командировки надолго уезжал. С каких пор это стало проблемой?
– В последнее время это происходит все чаще. Ты вообще не появляешься дома.
– Да брось ты! Все совсем не так!
– Именно так. Вы с мамой расходитесь?
– Да что ты… Что ты себе придумала?
– А, значит, я во всем виновата? Вы только и делаете, что спорите, куда мне идти после выпуска! Мама хочет, чтобы я пошла в медицину, а ты о моей футбольной карьере мечтаешь…
– Ладно, мы иногда ссоримся, но кто не ссорится? У нас с мамой все хорошо, не волнуйся.
Отец ведет машину уверенно и непринужденно. Паола демонстративно замолкает и утыкается в телефон.
– Так что, Паолина, в этом году выйдем в плей-офф? Сегодня играй как играется и не слишком напрягайся, поняла? Не держи долго мяч, не стой на одном месте, хорошо? Эй, ты меня слушаешь?
– Да.
– Отложи этот чертов телефон и отвлекись на секунду. Давай! Сегодня чтобы выиграла!
Энрико водит дергано. Сильвия на переднем сиденье нервничает:
– Ты убить нас хочешь?
– Поверить не могу! Ты уезжаешь на целый месяц и говоришь мне об этом в последний момент?
– Я же сказала, что еще не решила.
– Может, я буду к тебе приезжать?
– На ретрит к моим одноклассникам? Никому навещать нельзя, даже родителям. Что обо мне подумают, если ты туда припрешься, а? И потом, мы можем созваниваться. Что не так?
– Но… Целый месяц не видеться?
– Чего ты боишься? Ревнуешь?
– Ревную, я?
– Осторожно!
Еще секунда, и Энрико сбил бы старушку на переходе. Оправившись от испуга, Сильвия снова вспоминает, как легко Эльпиди всех уговорил. Или почти всех. Прямо как сказочный крысолов из Гамельна. В этот день ему не удалось переубедить только Педро. После уроков на школьной парковке Сильвию, к ее огромному удивлению, поджидал Энрико. Ей нравится, что парень забирает ее на машине. Ему двадцать пять, и он, как настоящий мужчина, уже ездит за рулем автомобиля, а не на мопеде, как большинство мальчишек из школы.
– Он рассказал нам про миф о пещере.
– Кто?
– Эльпиди, пока уговаривал…
– О какой такой пещере?
– Платон в своем сочинении «Государство» рассказывает об узниках, которые с самого рождения сидят, закованные, в пещере и видят только стену перед собой. Ничего другого они в жизни не видели и думают, что люди, животные и вещи, которые на ней появляются, – настоящие, хотя на самом деле это лишь тени предметов за их спинами, подсвеченных огромным костром.
– Куча придурков, в общем…