Метро до Африки
Шрифт:
– Она первая начала, – обиделся полковник. – Не желаю терпеть издевательств.
– Ты меня узнал! – обрадовалась я.
– Оксана Степановна, – крикнули из коридора, – у Никитина трубка выпала!
Подруга, не говоря ни слова, метнулась на зов. Мы с Дегтяревым остались одни.
– Тебе не трудно разговаривать? – нежно осведомилась я.
– Ну? – без особого энтузиазма откликнулся полковник. – На какую тему меня пилить станешь? Если по поводу диеты, то лучше не начинай. Сама куришь? Чего молчишь?
– Можешь рассказать, как ты сюда попал?
– Опять начинается… Разбудили меня в семь утра, засунули под мышку холодный мокрый градусник, высосали почти всю кровь на анализы и начали приматываться с идиотскими вопросами! Только отвязались – ты прискакала. Ну, добивай меня!
С видом мученика Дегтярев откинулся на подушку, сложил руки на груди и застыл в позе изваяния.
– Как ты сюда попал? – повторила я вопрос.
– Да ты же, Дарья, меня и привезла.
– Откуда?
– Из квартиры.
– Чьей?
Полковник уставился в потолок.
– Кому принадлежит жилплощадь?
Молчание.
– Откуда знаешь Юлию Моргалову-Яценко?
– Кого? – с изумлением осведомился полковник.
– Женщину, в «трешке» которой я тебя нашла, зовут Юля. Ты мне позвонил, попросил о помощи и…
– Я? – подскочил приятель.
– Именно так.
– Ошибаешься, – безапелляционно заявил полковник. – У тебя в голове компот! Ты все перепутала.
– Ладно, – кивнула я, – давай заедем с другой стороны. Ты брал отпуск?
– Я? Кто сказал тебе подобную глупость?
– Виктор Кондратьев.
– Он идиот с кашей вместо мозгов! – снова возмутился приятель. – Это ему надо лежать в клинике. Я никогда не отдыхаю в начале лета.
– Какой сейчас месяц?
– Июнь.
– А число?
– Не помню. Какая разница? Ну забыл… Дай ежедневник, посмотрю и отвечу.
Я вынула из кармана телефон, набрала хорошо знакомый номер и включила громкую связь.
– Приемная Маркушева, секретарь Анна слушает, – полетело по палате чуть хриплое меццо.
Я зажала пальцем нос и прогнусавила:
– Девушка, мне необходимо связаться с полковником Дегтяревым, но он не берет трубку, подскажите его мобильный номер.
– Александр Михайлович в данный момент находится в очередном отпуске, – торжественно объявила Анька.
– Вот ёшкин кот! – картинно возмутилась я. – И когда же он бездельничать перестанет?
– Сотрудник милиции является гражданином России, – Аня решила поставить хамку на место, – он имеет право на законный отдых. Звоните через неделю.
Полетели короткие гудки.
– Она сошла с ума! – завопил Дегтярев, выхватил у меня аппарат и начал нажимать на кнопки своими толстыми пальцами, ворча под нос: – Ну и модель… Для кого только ее сделали? Похоже, на комаров рассчитывали
– Приемная Маркушева, секретарь Анна слушает.
– Дегтярев беспокоит, – мрачно произнес толстяк.
– Ой! Александр Михайлович! – искренне обрадовалась Аня. – Как рыба ловится?
– Какая на фиг рыба! – взвыл полковник.
– Не знаю, – растерялась Анька, – карп или щука, я не очень-то в ней разбираюсь.
– Я где? – заорал Дегтярев.
– Там, куда уехали, – ошарашенно заявила Аня, – билет сами покупали. Когда заявление на отпуск приносили, я предложила вам билет заказать, а вы ответили: «Спасибо, Анюта, все уже в порядке».
– Что в порядке? – сбавил тон Александр Михайлович.
– Билетики, – робко сказала секретарь.
– Я в отпуске?
– Ага, – не по-служебному ответила девушка, – до конца июня. Вас Кондратьев замещает.
– Спасибо, я просто так позвонил, сообщить, что у меня все в порядке, – вежливо сказал толстяк и, бросив телефон на койку, уставился на меня. – Что происходит? Это твоих рук дело?
Я села на постель.
– Только не волнуйся. Расскажи, что ты помнишь из событий последних дней?
Спустя четверть часа выяснилось, что память полковника функционирует великолепно, он без запинки назвал имена домочадцев, перечислил клички собак и описал меблировку дома в Ложкине. Вот только события последних семи дней словно кто-то стер ластиком. Александр Михайлович с пеной у рта уверял меня:
– Вчера я был на службе, весь день провел за столом, накопилась куча бумаг, восьмого собрался поехать с Тёмой на рынок.
– Сегодня пятнадцатое, – тихо сказала я, – и твой сын отбыл на один день в командировку. Должен был вернуться рано утром, но мы пока не виделись.
– Врешь! – гаркнул полковник.
Пришлось снова звонить и спросить у девушки из справочной службы:
– Какое нынче число?
– Пятнадцатое июня, – без всякого удивления сообщила оператор.
– Дай воды, – простонал Дегтярев.
– Успокойся, – улыбнулась я, – это пустяк.
– Только не надо из меня идиота делать! – рявкнул Дегтярев. – Я соображаю лучше всех и могу это доказать!
– Прошу тебя, не нервничай, – ласково сказала я.
– Я никогда не выхожу из себя! – заорал полковник. – Я всегда владею собой!
– Но сейчас-то ты кричишь, – не выдержала я, – причем так громко, что стекла в окнах дрожат.
– Ты можешь вывести из себя даже святого Иосифа, – слегка сбавил тон толстяк.
– Спасибо за комплимент, – усмехнулась я, – но это навряд ли. Насколько помню, Иосифа безуспешно соблазняли самые красивые девушки, а он устоял, так что скорей всего и мне бы не удалось сбить его с пути истинного. Но все равно приятно, когда тебя считают роковой искусительницей.