Метро до Африки

Донцова Дарья

В конце концов узкий коридор превратился в некое подобие холла с продавленными диванами и буйно цветущими растениями. Справа высилась стойка, а за ней сидела девушка, сосредоточенно листавшая яркий журнал.

Я подошла вплотную и кашлянула, девица не отреагировала.

– Здрассти, – робко сказала я.

– Сейчас обед, – не поднимая головы, сообщила медсестра, – через пять минут тихий час, посещения с семнадцати.

– Мне нужна Полина Жукова, где ее найти?

– Слушаю вас, – сказала девушка и подняла голову.

Я ахнула.

Сразу стало понятно, отчего парень из справочной моментально назвал отделение, где работает медсестра, – Полина оказалась редкостной красавицей. Подобные лица снимают для гламурных изданий, и никак не ожидаешь увидеть в затрапезной муниципальной клинике ангела с точеным носиком, безупречной кожей, бездонными карими глазами и пухлыми чувственными губами.

– Жукова перед вами, – без всякого раздражения повторила девушка. Очевидно, она давно привыкла к производимому ею впечатлению.

– Вы Полина? – глупо спросила я.

– Да, – спокойно подтвердила девушка. – В чем дело?

– Я по поводу Юлии Моргаловой.

Медсестра закрыла журнал.

– Слушаю.

– Мы можем поговорить в тихом месте?

Полина молча ткнула пальцем в селектор.

– Чего? – хрюкнуло из пластиковой коробочки.

– Подмени меня, я покурить пойду, – попросила девушка, встала и направилась в сторону лестницы.

Я двинулась за ней, испытывая настоящий комплекс неполноценности. Встречаются же такие красавицы! Глаз не отвести! Обычно Господь награждает нас чем-то одним: красивыми волосами, фигурой… или одаривает, как меня, исключительным умом и сообразительностью, а Полина получила все сразу, в комплекте. Да у нее талия, как у Гурченко, а бюст, словно у Памелы Андерсон, и я сомневаюсь, что он силиконовый, у простой медсестры не хватит денег на имплантаты.

Устроившись у подоконника, на котором стояла банка из-под растворимого кофе, набитая окурками, Полина равнодушно спросила:

– Так зачем я вам понадобилась?

– Говорят, вы дружили с Юлией, – начала я.

– С кем? – не меняя выражения лица, перебила меня Полина.

– С Моргаловой Юлей, вашей соседкой, – слегка растерялась я.

Жукова вынула из кармана халата пачку очень дорогих сигарет.

– Кто говорит?

– О чем? – совсем потерялась я.

– О нашей дружбе.

– Ну… люди.

– Вы верите сплетням? – подняла одну бровь Полина.

– Баба Катя сообщила, что все в подъезде пожертвовали на похороны Юлии копейки, а вы дали десять тысяч.

– И что? – вместе с дымом выдохнула девушка.

– Сумма очень большая.

– И что? – повторила Полина.

– Она свидетельствует о ваших особых отноше­ниях.

Жукова выпустила новую струю дыма и спокойно поинтересовалась:

– Это противозаконно – дать деньги на погребение одинокого человека?

– Нет, конечно.

– Тогда в чем дело? Вы кто?

Красота девушки, подчеркнутая умело сделанным макияжем, и ее удивительное умение владеть собой внезапно

начали меня раздражать.

– Я из милиции, – вырвалось у меня, – занимаюсь делом Моргаловой.

– Ваши документы.

Я вздрогнула. Люди в таких случаях, как правило, верят на слово. Сколько я ни прикидывалась сотрудницей правоохранительных органов, у меня ни разу не потребовали удостоверения.

– Ну? – с явной издевкой поторопила Полина. – Где корочки?

– Дома забыла, – соврала я.

Жукова улыбнулась и стала еще очаровательней.

– Туфли из последней коллекции Марка Пулмакса, дорогая сумочка, джинсы и футболка от «Гроччи» [4] … Маловероятно, что в ментовке столько платят. Тамошней сотруднице на одни ваши баретки надо год пахать.

– Потрясающе! – воскликнула я. – Угадали все! С таким талантом вам следует работать в модном журнале!

– Какие мои годы, – прожурчала Полина, – еще успею, а пока мне и в больнице хорошо. Так вы кто?

4

Название придумано автором.

– Корреспондент из «Жизни», – потупила я взор.

– Покажите удостоверение.

– Я его никогда с собой не ношу. Пару раз теряла, теперь храню дома.

– И почему я должна вам верить?

Я вынула мобильный телефон.

– Сами наберите номер справочной, спросите, как позвонить в «Жизнь», и позовите Артура Пищикова. У меня есть его сотовый номер, но вы же хотите быть уверенной, что общаетесь именно с представителем данного издания.

– Идет, – кивнула Полина.

– Когда Пищиков возьмет трубку, верните мне аппарат, я переключу его на громкую связь, и вы услышите наш разговор в деталях.

– Хорошо, – согласилась красотка и начала нажимать на кнопки.

Через пару минут раздалось нервное:

– Алло-алло.

– Здравствуй, Артур, – быстро сказала я. – Узнал меня?

– Здравствуй, Дарья, – ответил Пищиков.

Я расслабилась. У нас с Пищиковым есть договоренность: если говорю в трубку «Здравствуй, Артур», а не обычное «Привет, писака», значит, рядом находится посторонний человек и мне нужна помощь. Приятель должен ответить в том же духе. «Здравствуй, Дарья» – это сигнал, говорящий о его готовности к сотрудничеству.

– Я нахожусь в клинике, собираю материал по Моргаловой, сегодня сдам статью.

– Следовало заняться этим раньше, – заявил Артур.

– Она только вчера умерла.

– Хороший репортер заранее предвидит «бомбу», – подхватил Артур.

Мысленно похвалив Пищикова за артистизм и догадливость, я сказала:

– У меня возникла проблема.

– Надеюсь, серьезная, раз ты отвлекла главного редактора. – Артурчик не упустил возможности назначить себя на должность начальника.

– Ты можешь сейчас подтвердить, что я являюсь корреспондентом «Жизни»?