Между ударами сердца

Казанцев Кирилл

Покровский взглянул на блестящую вывеску, которая гласила: «ООО, РИЕЛТОРСКАЯ КОМПАНИЯ «ЗОЛОТОЙ ЛЕВ»».

– Ну-ну, золотой ты наш, – ухмыльнулся Юрий.

Недавно он собирал в Интернете сведения о Дагестане и узнал, что имя Аслан, оказывается, там одно из самых распространенных, и переводится оно с лакского языка как «лев». Теперь полупрозрачный намек, кому принадлежит компания и кому идет львиная доля прибыли, стал совершенно ясен.

– Посмотрим, может быть, твое настоящее имя Ковардли Ламберт. И ты будешь бояться своего отражения?

Покровский остановился перед ступеньками,

помахал в камеру наружного наблюдения. Дверь открыл Мансур. Он широко улыбнулся:

– Привет, – дагестанец оценивающе обвел взглядом Юру. – Хорошо выглядишь. Или нанял себе стилиста? Нет, я догадываюсь… Ты влюбился.

Он еще раз окинул хищным взором прикид хакера, в глазах промелькнула не то зависть, не то ревность.

– Привет, – буркнул в ответ Юра.

Мансур молча подошел к нему, похлопал по карманам рубашки, брюк. Под рубашкой он нашел висящий на поясе в специальном чехле телефон.

– Эта мобила будет нужна и мне, и Аслану.

Юра отдал телефон.

– Открой, – теперь Мансур показал на кейс.

В нем было портмоне, ключи и флешка.

– Флешка. Обыкновенная, – прокомментировал Покровский.

– И еще один мобильник.

– А это для другой сети, – объяснил Юра.

– Хорошо, – буркнул Мансур. – Иди, тебя уже ждут.

В светлом кабинете с большими окнами из пластиковых стеклопакетов в кожаном «кресле начальника» перед ширококрылым столом восседал Аслан. На гостевом диване, напротив, сидел – нога на ногу – Гамзат. Из-под его черных брюк над лакированными туфлями цвета угля выступали белые носки. Сквозь эти носки «просвечивались» жгуче-черные кучерявые волосы.

Увидев Покровского, Гамзат нервно вскочил. Аслан, напротив, степенно поднялся и сам пошел навстречу гостю:

– О, здравствуй дорогой, – он протянул Юре руку, – проходи, садись.

– Здравствуй, – Покровский не пожал руку Аслану и взглядом показал, что не собирается в предстоящем разговоре быть на вторых ролях.

– Зачем ты такой хмурый? – наконец заговорил Гамзат и заставил себя улыбнуться.

– Я пришел поговорить по делу, – ровным голосом сказал Юра.

– Конечно, по делу, – протянул Алсан, – мы же здесь все не бездельники. У всех нас есть дела, ты же понимаешь? Но мы с тобой давно не виделись, поэтому надо нашу встречу отметить. Наташа, – сказал он, нажав на кнопку связи с секретаршей, – принеси нам чаю… Фирменного.

– Хорошо, Аслан Мизафрудинович, – прощебетала секретарша.

– Нет, я к вам не пить пришел, – заявил Покровский, не принимая напускного радушия Аслана.

– Да, да… – с пониманием протянул тот. – Садись и говори, коли спешишь. Молодой, занятой… Послушаем тебя. Да, Гамзат?

– Внимательно послушаем, э-э…

Юрий хотел вначале сам услышать, что дагестанцы хотели ему предложить – ведь он помнил, как они кривлялись перед видеорегистратором, изображая, что хотят предложить ему работу. Но Юрий-то прекрасно знал, что если ты первым позвонил восточному человеку и сам пришел, то он уже ни за что не начнет открывать тебе свои мысли. Сначала он выудит из тебя всю необходимую ему информацию – почему ты интересуешься его персоной, что тебя привело к нему. Такие люди могут ходить вокруг да около, могут угощать лучшим, что у них есть, захваливать

и даже одаривать тебя, и в то же самое время они будут терпеливо ждать, пока ты полностью не обнажишь глубины своей души. И вот когда это произойдет, ты окажешься перед ними абсолютно беспомощным, словно голый в пустыне под палящим солнцем.

Покровский понял, что тянуть уже некуда.

– Компьютер работает? – спросил Юрий, указав на плоский экран, возвышающийся на столе.

– Работает, работает, – хитро проговорил Аслан.

– То есть включен?

– Если надо, можем и включить, – Аслан старался говорить мягко. – Только зачем тебе наш компьютер? – улыбнулся он. – Хочешь нам его испортить? Мы же знаем, какой ты в этих делах подкованный.

В этот момент в кабинет вошла секретарша Наташа. Она принесла поднос с изображением блестящего золотом льва. В графине плескалась янтарная жидкость. Вокруг графина стояли три коньячных фужера, а на расписном фарфоровом блюде лежала ветвь сочного винограда.

– Спасибо, Наташенька.

Аслан оторвал одну виноградинку и театральным жестом положил себе в рот.

– О, какой аромат, – сказал Аслан, – угощайся. Здесь ты такого не купишь.

– Что ж, – Юра тоже взял виноградинку.

– Я налью? – Гамзат подошел к подносу.

– Нет, давайте все-таки сначала включим компьютер, – сказал Юрий.

Аслан кивнул Гамзату. Тот перегнулся через стол. Блок питания компьютера тихо заурчал, пикнул экран, затем показалась заставка «Windows».

– Видишь, работает, – сказал Гамзат.

– И очень хорошо работает, – добавил Аслан. – Но ты давай, рассказывай, ты же вроде спешил…

– Я лучше вам все покажу, – Юрий достал из кейса флешку. – Здесь все записано, посмотрите и все поймете сами.

Покровский хотел наклониться и вставить флешку в юэсби-порт компьютера.

– Подожди… – прервал его Аслан. – Мы ведь тоже не без рук. Гамзат, давай-ка ты.

– Ну, хорошо, если вы меня так боитесь, – согласился Юра, он отдал флешку Гамзату. – Обыкновенная флешка. Чистая, можешь посмотреть и проверить на вирусы.

– Посмотрим и проверим, – вкрадчиво сказал Аслан.

Гамзат не стал осматривать флешку, а молча передал ее своему шефу, а тот, не глядя, положил ее к себе в карман.

– Что это? Вам совершенно не интересно знать, что на ней?

– Почему же, очень интересно. Но мне не нужны твои черви в моих абрикосах. Здесь уж лучше сто раз услышать, чем один раз увидеть. Садись…

Однако Покровский был готов к подобному повороту событий – ведь вполне возможно, что он вел бы переговоры в месте, где не было бы компьютера.

– Я не сказочник, – сказал он и достал из кейса свой старый «Айфон», – но волшебное зеркало я вам принес.

Покровский включил мобильник. На экране пошел видеоряд, смонтированный из видеозаписи мониторинга преступлений дагестанцев с закадровыми комментариями. Здесь были и наркотики, и убийства, и покрывание преступления бандитов Аслана местной полицией… И все имело ясные выводы и доказательную базу. Хватило бы на несколько пожизненных сроков.

Гамзат смотрел это кино, то и дело нервно вздрагивал, поглядывал на шефа, желая узнать, как тот реагирует в каждый конкретный момент.