Между ударами сердца

Казанцев Кирилл

Грузный дворник со сосредоточенным лицом начал усиленно размахивать пластмассовой метлой с длинным корешком. Скорее всего, утром он не смог выйти на работу – ясное дело – голова тяжелая от источаемых ею же самой спиртных паров. А в обед – жара невыносимая, пылюка дышать не дает. Вот он и смог выползти на работу только к концу рабочего дня.

Дворнику вполне хватило двух минут для того, чтобы перегнать мусор от пятачка перед светофором ближе к стоянке конторских машин. В принципе, стоянки здесь не было, ведь совсем рядом – зебра, но дагестанцы,

владельцы риелторской компании «Золотой лев», на это не смотрели. На проезжей части оставались только задние колеса автомобилей, остальное железное брюхо перегораживало путь прохожим. Им приходилось уступать друг другу очередность прохода по узкой тропинке между кустами и бамперами машин.

От взмаха метлы, словно от клюшки, откатилась пластмассовая шайба из-под плавленого сыра «Янтарь» прямо под днище черного внедорожника «Ниссан-Патфаиндер». Дворник, кряхтя, наклонился, чтобы достать ее. Вначале ему это не удалось, от его руки легкая баночка отлетела еще дальше. Тогда мужику пришлось чуть ли не полностью забраться под автомобиль. Наконец он выловил крышечку, поднялся и отряхнулся, смел весь мусор в совок, засыпал в черный полиэтиленовый мешок и, словно Дед Мороз, потащил этот мешок на спине бог знает куда.

Очередной раз загорелся «зеленый человечек», и, когда две кучки пешеходов сошлись на сплошной двойной, раздался сильный хлопок. Черный «Ниссан-Патфаиндер» подпрыгнул на огненном шаре, обиженно взвизгнул аварийной сигнализацией, упал набок, помяв стоявший справа автомобиль, и задымился. Чудесным образом взрыв произошел именно в тот момент, когда рядом с припаркованными автомобилями никого не было и никто не пострадал.

Взрывной волной, словно направленной умелой рукой, выбило все окна в конторе «Золотой лев».

* * *

– А если ты рассчитываешь на своего дружка, – криво улыбнулся Аслан, – то, скажу тебе честно, – это зря. Он уже в лапах Грищенко. И, уж поверь мне, менты его не выпустят. И еще оторвутся на нем за то, что вы, как жужжит весь город, ментов отжиматься учили, – Аслан сунул свой мобильник в чехол. – Я тоже мог бы тебя им отдать. Они-то тебе мозги вправили бы…

– Но я тебе очень нужен, не правда ли? – договорил за Аслана Покровский.

– Молчать! Время борзоты для тебя закончилось, – устрашающе проговорил Аслан, – возьмите его… Пока тоже к Абумуслиму.

Гамзат и охранник конторы сделали шаг навстречу Покровскому. И в этот момент раздался хлопок. Ураган осколков, в который превратилось окно, сбил с ног Гамзата. Охранник конторы чисто инстинктивно закрылся руками. Эти двое фактически спасли от острого стекла Покровского. Воспользовавшись всеобщей растерянностью, он бросился в окно – благо это был первый этаж.

– Вперед! За ним. – Аслану было достаточно и доли секунды, чтобы понять, что ему важнее – разбирать завалы в разбитой конторе, возиться с израненным Гамзатом или не упустить Юрия. Он выбрал последнее.

Мансур, охранник и сам Аслан так же, как и Покровский, выпрыгнули из разбитого окна.

– Эй,

бросай все! – крикнул Аслан на своем родном языке еще двум дагестанцам, что широко махали руками, хватались за головы, осматривая автомобили на стоянке. – Давай быстрее за тем маймуном!

Покровский что есть духу бежал по тротуару, от него шарахались прохожие. Только они хотели спокойно продолжать свой путь, как на них налетали уже озверевшие кавказцы.

– Пошли вон! Быстрей! Куру! Бараны!

Видя, что его настигают, Юрий рванул во двор. Посреди двора – на радость старушкам – рабочие из домоуправления разбили клумбу, вокруг которой стояли лавочки. На них и сидели бабушки из соседних домов, а также девушки с колясками.

Юрий не стал обегать клумбу и рванул прямо по цветам.

– Мерзавец! – закричала старушка в желтом платочке и замахала вслед негодяю тростью.

И вдруг она заметила бегущих следом за негодяем дагестанцев и поняла, что они также не собираются бежать по кругу. Бабушка смело встала навстречу несущимся мордоворотам и перекрыла дорогу своей тростью.

Охранник, который мчался первым, сумел обежать бабушку, но остальные сбили ее, а сами покатились по анютиным глазкам, полностью сминая их веселые лепестки.

Бабушка заохала. Со всех скамеек, словно стайка нахохлившихся воробьев, одновременно повставали остальные старушки-соседки. С гневными лицами они начали наступать на поднимающихся с земли дагестанцев.

– Басурманы! Понаехали тут! – грозили старушки здоровым мужикам своими сухонькими кулачками, тростями, авоськами с чем-то тяжелым.

– Извиняйте, извиняйте, – проговорил Аслан.

Дагестанцы спешно попятились от бабушек прямо по пестрым цветам.

– Куда, немытые, назад! – грозно вскричали возмущенные старушки.

– Вперед! – скомандовал Аслан.

И дагестанцы, не оборачиваясь, продолжили преследование беглеца.

Смелая старушка дала шанс Покровскому оторваться. Но ненадолго. Снова выбежав на тротуар, Юрий стал задыхаться. Его ноги буквально наливались свинцом, он уже чувствовал за собой дыхание охранника конторы, который явно много времени уделял своей физической подготовке. Охранник уже вытянул правую руку вперед, чтобы схватить Покровского за плечо, но вдруг этот здоровяк неожиданно тонко взвизгнул, остановился, схватился за руку. На асфальт красными кляксами начала капать кровь.

Покровский, не оборачиваясь, из последних сил бежал вперед.

– Эй, куда это ты так торопишься!

Параллельно с Юрием по улице двигались темно-фиолетовые «Жигули».

– Залетай! – крикнул ему Илья в открытую дверцу.

Покровский свернул к проезжей части, бросился на переднее пассажирское сиденье и захлопнул за собой дверцу. Прибавив скорость, «Жигули» помчались вперед.

36

– Благодарю, – сказал Юра.

Боковым зрением он увидел винтовку-снайперку, которая лежала на заднем сиденье на развернутом рулоне брезента.