Мэзон

Ребони Ирина

Вика впала в оцепенение. Прав был Витька, когда говорил, что на службу персонала напал мор, подумала она. Набравшись сил, стала выяснять подробности.

После обеда Евгения Петровна отправилась по служебным делам в военкомат. Нужный ей сотрудник задерживался, и она отзвонилась Клавдии Васильевне, сообщив, что сегодня возвращаться на работу не будет. Клавдия Васильевна и не беспокоилась ни о чем. Пять минут назад ей позвонили с мобильника Евгении Петровны и сказали, что та попала под машину и по дороге в больницу скончалась.

Высказав

это, Клавдия Васильевна разрыдалась. В комнату переговоров заглянул мужчина – последний кандидат на сегодня. Вика вышла в коридор и извинилась за то, что не сможет сейчас его принять, объяснив причину. Он понимающе кивнул и удалился, пообещав ждать ее звонка. Вика решила, что сделает все, чтобы его приняли на работу.

Она отвела Клавдию Васильевну в отдел кадров, передав ее на попечение Регины, потом спросила рыдающую женщину:

– Почему позвонили именно вам? Может быть, это ошибка?

Несмотря на слезы, Клавдия Васильевна соображала неплохо.

– Наверное, потому, что ее последний звонок был сделан мне.

Прежде, чем распространять известие, Вика решила кое-что уточнить. Она набрала номер Евгении Петровны, но ответа не последовало. Где сейчас находится Евгения Петровна или то, что от нее осталось, Клавдия Васильевна не выяснила, так что Вика решила посоветоваться с Фельдмаршалом. Но оказалось, что он сегодня в офисе не появлялся.

– А кто за него? – спросила она у секретарши.

– Петр Алексеевич.

У Травникова персональной секретаршине было, так что Вика, постучав в дверь и услышав в ответ невнятное бормотание, вошла. Кабинет у него был не слишком просторным, но все же побольше, чем у Васьки. Петр Алексеевич сидел за большим столом, повернувшись к ноутбуку, который стоял на специальном столике справа от него. Увидев вошедшую Вику, он закрыл документ, с которым работал, и повернулся к ней. Вика машинально отметила это. Настроение у него было явно не самым лучшим, но он все же попытался улыбнуться:

– А, Вика! Присаживайтесь. Что вас привело ко мне? – А сам внимательно изучал ее, будто надеясь прочитать ответ на ее лице.

Вика рассказала о звонке, который приняла Клавдия Васильевна, и попросила совета, так как не знала, что делать дальше. Петр Алексеевич побледнел.

– Что за напасти на службу персонала! – пробормотал он.

Вике пришлось немного выждать, чтобы он пришел в себя. Через пару минут ему это удалось, и он пообещал, что поручит своему сотруднику выяснить подробности, после чего сообщит ей. Вика оставила ему номер своего мобильника и удалилась. Она все еще не могла поверить в случившееся и боялась говорить девчонкам об этом. В коридоре ей встретилась Тоня.

– Где ты ходишь? Пора мой юбилей отмечать. Лиза уже у нас, сейчас в отдел кадров зайду.

Вика ее остановила:

– Не ходи туда.

– Почему?

– С Евгенией Петровной случилось несчастье. – Она никак не могла произнести «умерла». Нет, надо уточнить.

Тоня прислонилась к стене.

– Евгения Петровна умерла? – прошептала она.

Вика кивнула, а потом добавила, что сейчас эту информацию уточняют. Немного посовещавшись, Вика с Тоней все-таки отправились в отдел кадров, и вскоре служба персонала, а вернее, та часть, что от нее осталась, собралась в отделе обучения. Там был накрыт праздничный стол – шампанское, торт, конфеты и фрукты.

Выслушав очередное трагическое известие, все замерли. Только Клавдия Васильевна, до этого пребывавшая в прострации, опять стала всхлипывать. Непостижимым образом все взгляды одновременно устремились на Вику. Она даже поежилась от обрушившейся на нее ответственности – именно ей решать, что делать. Клавдия Васильевна сейчас ни на что не способна, Регина у них работает совсем недавно, так что Вика самая старшая из оставшихся.

– Давайте все-таки поднимем бокалы за Тоню, – предложила она. – Пожелаем ей здоровья, счастья и любви.

Девчонки охотно откликнулись на это предложение. Наташа вручила имениннице конверт и открытку, после чего все одним махом опрокинули шампанское в себя, будто их мучила жажда. Даже Клавдия Васильевна выпила все до капли. А Вика не знала, правильно ли она поступила, благословив этот пир во время чумы. Но ведь Тоню жалко! Она живет одна и другого праздника у нее не будет, хотя и это праздником не назовешь.

Тем временем рабочий день закончился, и все стали собираться домой. Тоня грустно смотрела на нетронутый торт и конфеты. В комнату заглянул Витя:

– Вика, выйди на минутку! – сказал он и тут же скрылся за дверью.

Наташа усмехнулась, но ничего не сказала.

– Я чуть все ручки у дверей не поотрывал, пока тебя нашел, – пробурчал он.

– Есть такая штучка – телефоном называется, – заметила Вика.

Он хлопнул себя по лбу и рассмеялся, но когда услышал новости, ему стало не до смеха.

– Давай смываться отсюда, пока живы!

Но Вика продолжала чувствовать ответственность, которую возложили на нее сотрудницы, поэтому задержалась еще на полчаса, пока не были решены все проблемы. Петр Алексеевич позвонил и сообщил, что тело Евгении Петровны в морге двадцать шестой больницы. У нее при себе были документы, так что родственникам уже сообщили. Никаких подробностей он не знал.

Они вышли на улицу, и Вика стала озираться по сторонам в поисках Витиной машины.

– Мы же в ресторан идем, – напомнил он, – так что я сегодня на своих двоих.

– Я не хочу в ресторан, – тихо сказала она. – Давай сходим потом, после похорон Евгении Петровны.

Она чувствовала, что не выдержит второго «пира во время чумы».

– А что мы будем делать?

Вика опять представила себя на диване перед телевизором, но почему-то сейчас это не показалось ей таким уж заманчивым. Она пожала плечами.