Мгла
Шрифт:
– А ты купил мороженого? – Я придвигаюсь к нему, проделывая путь через пузырьки, чтобы оказаться в его руках.
– Две пинты [Прим. пер. – примерно 1 литр] – Он притягивает меня ближе, когда я обхватываю его талию своими бедрами. – Я тебя им покормлю после того, как мы примем ванну.
Я осматриваю большую комнату. Он зажег свечи, пока я была в постели, и включил тихую музыку, которая заполняет пространство. Это Бах, думаю, его любимец.
– Ты всегда жил один? – Я прикасаюсь к его челюсти подушечкой своего большого пальца, смахивая
– С тех пор, как отправился в колледж. – Он сжимает мою попку. – У меня никогда не было соседа по квартире. Ты не часто говоришь о свей соседке.
– В следующую пятницу она больше не будет моей соседкой. – Я откидываюсь на его руки, желая, чтобы он прикоснулся к моей киске так же, как делал это раньше в постели, прежде чем меня трахнуть.
Он чувствует мое желание, и его длинные пальцы поглаживают под водой мой клитор.
– А что произойдет в следующую пятницу?
Я закрываю глаза, когда двигаюсь вместе с его рукой.
– Она съезжает.
Свободной рукой Габриэль обхватывает мою грудь, потягивая и покручивая сосок.
– Ты собираешься искать нового соседа?
– Вот это место, – стону я. – Почему это так приятно?
– Айла, твое влагалище такое чувствительное. – Он нежно меня целует. – Оно такое роскошно, такое жадное и влажное.
Я не могу сосредоточиться ни на чем, лишь на моем желании снова кончить. Я двигаюсь вперед, когда толщина его твердого члена трется о мою попку.
– Люблю, когда ты меня трахаешь.
– Расслабься. – шепчет он и я чувствую его дыхание на моей шее. – Позволь себе чувствовать.
Я хватаюсь за его бицепсы, погружая свои ногти в его твердые как скала мышцы, когда я трусь своей киской о его руку и падаю через край, выкрикивая его имя.
***
– Айла, ты собираешься искать нового соседа по квартире? – Он ставит на тумбочку пустой контейнер от мороженого и две металлические ложки. – Я могу тебе помочь найти кого–нибудь подходящего.
– Ты имеешь в виду кого–нибудь без члена?
Он усмехается.
– Я бы предпочел, чтобы ты не жила с мужчиной, но это, конечно же, решать тебе.
Я знаю, что он именно это и имеет в виду. Я не могу себе представить, что он когда–нибудь будет мне указывать, что делать, и какие решения принимать. Хотя, я хотела бы, чтобы он руководил. Он много знает в тех областях, о которых у меня мало представления.
– Мы можем кое о чем поговорить? – Я закрываю глаза на некоторое время, чтобы прогнать свои сомнения. – Это что–то личное.
Габриэль опускается обратно на кровать, чтобы мы оказались лицом к лицу. Он натягивает уголок простыни на свои колени, прикрывая тело. Я ему за это благодарна. Рассказывать ему о своей жизни, смотря на его член, приветствовалось бы с моей стороны, но было бы неловко и сильно бы меня отвлекало.
– Мы можем говорить обо всем, что хочешь. Ну, так в чем дело?
Звонит его телефон. Этот звук потрясает меня достаточно для того, чтобы я потуже
Он не двигается. Он даже не вздрагивает из–за продолжительного звонка.
– Это может быть твоя мать, – спокойно говорю я.
– Моя мама находится в очень умелых руках личной медсестры, которую себе наняла. – Он постукивает пальцем по колену. – Сегодня вечером они пошли в театр, а затем, вероятно, отправились ужинать. Она в порядке.
Я чешу свою шею.
– Она наняла личную медсестру? Она ведь в порядке?
– Она одна из самых здоровых людей, которых я знаю. – Он проводит пальцами по моей щеке. – У нее всего лишь был приступ тревоги. Меня она сейчас не интересует. Я сосредоточен на тебе. О чем ты хотела поговорить?
Возможно, именного этого знака я и ждала. Он поймет. У него тоже есть проблемы с матерью. Я сцепляю руки перед собой, делаю глубокий вдох и смотрю прямо в его глаза.
– Моя мать судится со мной. Она пытается забрать все, что мне оставила бабушка.
Глава 38
Габриэль
Мне требуется несколько мгновений, чтобы осознать ее слова. Ее мать с ней судиться. Судится.
– Моя бабушка – Элла Амхерст. Моей бабушкой была Элла Амхерст. – Она сжимает свои маленькие ручки. – Я знаю, что ты, вероятно, не знаешь, кто это, но она была очень хорошо известна. Она была очень успешной.
– Твоей бабушкой была Леди Амхерст?
Она громко смеется, ее рука устремляется ко рту.
– Она сама начала так себя называть, и это прозвище прицепилось. Ей нравилось, как это звучит.
– Айла. – Я двигаюсь вперед на кровати. – Моя мать любила Леди Амхерст. У нее много записей с ее музыкой. Твоя бабушка была очень одаренной. Я и понятия не имел о том, что ты ее внучка.
– У нас разные фамилии. – Она играется с изящной серьгой в левом ухе. – Бабушка никогда не брала фамилию моего деда. Она мне говорила, что ей слишком сильно нравится ее собственная.
– У тебя красивое имя, – Я говорю это, потому что это, очевидно, правда. – И ты унаследовала талант своей бабушки. Вот почему ты так великолепно играешь.
– Я никогда не буду столь же хороша, как она. – Она приглаживает рукой свои волосы. – Она была одна на миллион.
– Как и ты, Айла.
– Ты слишком добр. – Она смотрит на меня. – Мы были очень близки. Я жила с ней до того, как она умерла. С моей матерью были кое–какие проблемы, так что обо мне заботилась моя бабушка.
– Проблемы? – спрашиваю я, потому что подозреваю, что это гораздо серьезнее, чем обычные случаи, когда непослушная девушка–подросток восстает против своей матери.