МИФальянсы
Шрифт:
– Я очень рад вас видеть! Как вам удалось войти сюда?
– О, – подмигнула Тананда охраннику. – У меня свои методы.
– Держу пари, что это именно так, – сказал я смущенно, заметив, как Банни и Тананда обменялись заговорщическими взглядами.
Тананда обладает множеством самых разнообразных талантов. Получила она их благодаря рождению в замечательном измерении Троллия, награждающим своих детей массой достоинств. Обстоятельства складывались так, что у меня не возникало необходимости испытывать их на себе. Я был очень благодарен,
– Мы якобы ваши официальные адвокаты, – сообщил мне Зол. – Мисс Тананда руководит нами.
– Мне очень жаль, если вам… пришлось сделать что-нибудь недостойное для моего спасения, – пробормотал я, пытаясь сосредоточиться.
От смущения меня бросило в краску. Тананда засмеялась и положила ладонь на мою руку.
– Не волнуйся. Все было очень смешно. Не поверишь, что они вытворяют своими носами.
– Ничего не хочу знать! – поспешно воскликнул я, выглянув в пустой холл. – А где Глип?
– Мы его оставили на Вухе с Венсли, – ответила Банни. – Он очень нравится нашим друзьям. Мне кажется, они его немного побаиваются, поэтому делают все, что Глип потребует, и никогда не ругаются, если он наводит беспорядок у них в домах.
– Думаю, он в восторге, – застонал я, подумав, что долгие годы дрессировки пойдут насмарку. – Надо мне срочно отсюда выбраться.
– Не сомневайся, тигр! – воскликнула Тананда. Потом повернулась к охраннику. – А теперь дай ключ.
Огромная рука медленно поднялась и протянула ей тяжелый железный ключ. Тананда потрепала охранника по щеке.
– Отлично! А теперь иди и считай до тысячи. Только не подглядывай! Позже я приду и разыщу тебя. Хорошо?
Он медленно поднялся и пошел к двери. На пороге охранник помедлил и бросил на Тананду страстный взгляд. Она покачала головой и с горестной улыбкой помахала ему рукой. Мужчина разочарованно вздохнул и вышел в холл.
– Как отсюда выбраться? – поинтересовался я, рассказав о своих проблемах с судьей. – Ты же не можешь всех охранников отправить считать до тысячи.
– Ты так думаешь? – с вызовом спросила Тананда.
– В этом нет необходимости, – вмешался Зол. – Жители Скамарони верят во все, что им говорят, поэтому нужно только убедить их, что из здания вышли не вы.
– Было бы лучше изменить внешность, – добавила Банни, задумчиво глядя на меня.
– Беда в том, что здание защищено от применения магии, именно поэтому из тюрьмы сбежать практически невозможно. Здесь и личины не работают.
– Никаких проблем, – заметила Тананда и вышла из камеры. Через несколько минут девушка вернулась с охапкой какого-то тряпья в руках. – Надень это, – сказала она, протягивая мне юбку и блузу.
– Но это же женская одежда, – констатировал я.
– Очень тонкое замечание, – подмигнула Тананда Банни. – Никто не заметит подмены.
– Эта женщина не расскажет о подмене?
– Она уже уехала, – уверила меня Банни. –
Как адвокату, Золу позволили покинуть тюрьму без проблем. Вместе с ним ушли Банни и Тананда. Они должны были дойти до конца улицы и ждать около моста. Мне оставалось только добраться до места, где действует магия, и покинуть измерение Скамарони навсегда или до тех пор, пока события эти не сотрутся из памяти.
Судя по всему, во мне погиб хороший актер. Переодевшись в одежду уборщицы, я согнулся так, что была видна только макушка, прикрытая шарфом, а на руку, которая тащила за собой ведро на колесах, накинул тряпку, чтобы не был виден цвет кожи. Идти пришлось медленно, чтобы не вызвать подозрения. Хотя я только один раз прошел по коридорам тюрьмы, когда меня арестовали, догадаться где выход оказалось несложно.
Мужчина со значком, выдающим его принадлежность к судебным работникам, прошел мимо меня, насвистывая длинным носом и подбрасывая ключ. Направлялся он к моей камере! Я продолжал идти к выходу, ускорив шаг, как только возможно. Мое исчезновение сейчас будет раскрыто. Через несколько секунд мимо меня пробежала небольшая группа охранников, чтобы обследовать пустую камеру. Поиски они начали с беседы с «другом» Тананды, которого вытащили из угла, где он прятался.
– Восемьсот девяносто шесть, восемьсот девяносто семь…
– Где он? – закричали они.
Бедняга выглядел ошарашенным.
– Я не знаю, – пробормотал он.
– Найди его!
Я был от выхода всего в нескольких ярдах. Еще несколько шагов, и вот она – свобода!
– Эй, ты! – вдруг раздался хриплый голос.
Я замер. Неужели он раскусил мои маскарад? Мои ноги скрывал подол юбки. Глядя на пол, я увидел два огромных башмака охранника, остановившегося рядом со мной.
– Мандрила, иди сюда! Мы тут пролили вино, надо бы подтереть.
Я застонал про себя. Ну и невезение! Но делать нечего, надо продолжать играть! Меня принимают за уборщицу. Если начать протестовать, ко мне начнут приглядываться. А сейчас маскировка ввела их в заблуждение. Я засеменил за охранником, волоча за собой ведро на колесах. Мы остановились перед широкой резной дверью. Охранник открыл ее передо мной.
– Вино вон там, на полу, – показал он.
Я что-то пробормотал и вошел внутрь.
Здесь не было маскировки запаха. Запаха взволнованного изверга. Десятка здесь! Однако пересчитав женщин из-под опущенного шарфа, я понял, что их здесь только восемь – больших, зеленых, чешуйчатых. И они искали меня.
– Это просто смешно, – сказала пожилая женщина в цветастом платье, глядя на судью. – Вы обещали встречу со свидетелем, а его здесь нет. Надеюсь, у вас есть другие доказательства нашей вины. Если нет, то у нас имеются более важные дела.
– Тот факт, что нет свидетеля, не имеет значения, – рявкнул сеньор Домари.