Милан. Том 4
Шрифт:
— Хочу синего цвета! — решительно заявила она. — Железо правильно сказал, так лучше!
— Я с тобой! Узнаю там насчёт своего платья в японском стиле, — сразу же увязалась Смелая. — А потом ты меня до дома довезёшь! Даже? Не бросишь подругу в темноте?
— Даже, — согласилась Людмила. — Но сначала мы поедем в магазин и купим наушники с ушами, которые ты мне обещала фиг знает когда.
— Нафиг надо! Дарю! — Смелая сняла свои наушники с головы и отдала подружке. — Я себе другие куплю, эти надоели. Мне вот только одно непонятно: ты платье будешь заказывать, не посоветовавшись с Аделией
— Номер я править не буду, если только…
Людмила хотела сказать, что стоило бы насчёт номера посоветоваться с Бронгаузом, но тут же решила, что не надо этого делать. Тренер, как всегда, в своём стиле, напичкает его всякими наворотами и фишками. Да ещё и вставит четыре прыжка, как у Смелой, и вместо удовольствия от проката на показательных выступлениях или на шоу будешь выходить со льда в таком же состоянии, как будто после соревнований. Нет! Номер она будет катать такой, какой сделала сама!
— Я думаю, Милана Артуровна Горинская сама подберёт мне хорошее платье, вкус у неё есть, — подумав, сказала Люда.
— О… Ты помнишь, как директора ателье зовут? — удивилась Сашка. — Я помню только, что Милана, а ни отчество, ни фамилию не помню, всегда забываю.
Люда, отвернувшись, слегка усмехнулась. Как же забудешь дочку своего бывшего одногруппника. Кстати, интересно, где сейчас сам Горинский? Помнится, он учился в институте: фигурное катание было для него лишь как трамплин к более успешной карьере. Спортом Артур занимался явно лишь для придания своему существованию более высокого статуса. Кстати, не мешало бы всё-таки навестить Екатинск, посмотреть, чем дышит родная спортивная школа. К сожалению, сейчас свободного времени на это не было…
…Дела с фанатами раскручивались и вышли на более высокий уровень, чем это было летом. Немудрено: Сотка только что заявила о себе, причём заявила в новом облике, в новых образах и с новыми программами, которые ещё больше раскачали фанатов, немного забронзовевших за летнее безделье и которым надоело отсутствие информации о любимице. А новые платья и новые программы — это темы для бесконечных обсуждений, сравнений и холиваров в стиле «нравится — не нравится».
— Арина, там люди пришли, — предупредил охранник, стоявший на входе в спортивный центр. Родители, ожидавшие рядом детей с тренировки, с интересом посмотрели на Арину, некоторые заулыбались и помахали руками в приветствии. Прима явилась!
— Много? — мрачно спросила Людмила.
— Порядочно, — улыбнулся охранник. — Полицию вызывать?
— Не надо, — покачала головой Людмила. — Справимся сами.
Осторожно выглянув из двери, Люда заценила обстановку. Да уж…
— Иди! Чё встала? — подтолкнула сзади Смелая. — Времени мало, сейчас у Миланы ещё сколько проторчим. Мимо этих челиков всё равно не пройдёшь.
За оградой спортивного центра действительно, находились человек 30–40, которые почти полностью блокировали вход на территорию центра. Фанаты были в красных цилиндрах, шарфах и с плакатами, на которых красовалась красная гоночная Ferrari и их любимица в разных образах. Родители, пришедшие за маленькими спортсменами и выходившие с ними из дверей «Хрустальной
— Наша Аря лучше всех! Нашу Арю ждёт успех! Красная машина, вперёд! Урааа! — начали скандировать болельщики и трясти плакатами, когда Люда со Смелой подошли ближе.
— Тебе не кажется, что слоган «Красная машина» уже приелся? — рассмеялась Сашка. — Нужен ребрендинг.
— Это что такое? — с удивлением спросила Люда. Ни что такое «слоган», ни что такое «ребр…», как его там, она не знала.
— Это значит смена названия, маскота и парадигмы всего твоего образа, — важно сказала Смелая. — Тебе что, мама ничего не говорила? Она же у тебя маркетолог, знает об эффективном продвижении товара. Как там, кстати, торговля вашими трусами?
Люда и сейчас не поняла, что именно хотела сказать Сашка, поняла лишь, что она насмехается над её маркой одежды, а этого никак нельзя было оставить без внимания!
Люда в отместку захотела схватить Смелую за шею, но та мастерски увернулась и побежала от неё прямо в толпу фанатов, стуча рюкзаком по плечам, потом повернулась, несколько раз подпрыгнула и весело крикнула:
— Это по твою душу пришли! Мне-то ничего не будет!
Однако Сашка оказалась не права, душа фаната — потёмки. Увидев Смелую всего в 10 метрах от себя, фанаты Стольниковой как будто вспомнили, кто только что выиграл Небельхорн Трофи, их как будто резко переклинило на этом.
— Смотрите, ребята! Это же Саша Смелова! — с каким-то удивлением сказал главный зачинщик фанатского движения Стольниковой, тот самый Серёга в очках, который встречал в аэропорту.
— Это не я! — пискнула Смелая и хотела бочком протиснуться через толпу людей, но это у неё не получилось.
— Саша, Саша, дай, пожалуйста, автограф! Пообщайся с нами несколько минут! — начали просить фанаты и протягивать Сашке блокноты, мягкие игрушки и плакаты с изображением Стольниковой. — У нас твоих плакатов пока нет. Распишись на Сотке.
Пока Смелая перетянула на себя внимание фанатов, Люда спокойно прошла и села в машину.
— Привет! Я гляжу, у твоих поклонников новый объект обожания появился, — улыбнулась Нина Потапова.
— Здравствуйте. Пусть страдает. Не всё мне отдуваться, — Люда внимательно посмотрела на фанатов. Внимание их к Смелой было недолгим. Увидев, что, пока они брали автографы у Смелой, Сотка успела сесть в свою машину и сейчас навряд ли уже выйдет, помахали на прощание руками и начали расходиться. Наверное, договорились встретиться здесь завтра.
— Ну вот и всё, ничего страшного нет, — сказала Смелая, когда села в машину рядом с Людой. — Всего-то несколько раз расписалась там и сказала, что всё с нами в порядке. Спрашивали о твоём здоровье, восстанавливаешь ли ты про четверные прыжки и триксели, сказала, что да. Больше внимание не стала акцентировать ни на чём. Удивительно. Вроде вблизи адекватные люди, но издалека…
— Куда поедем? — спросила Нина.
— В ателье «Милана», на Ленинградский проспект, 48, заказывать платье, — ответила Люда.