Милашка

Давыдов Сергей Александрович

Элана фыркнула:

– И ты ожидаешь, что бог справедливости благосклонно отнесется к воровке?

– А ты можешь предложить что-нибудь лучше?

– Эх, была не была, – вздохнула Элана. – Веди на расстрел.

– Сейчас, передохну немного и перенесу нас. Храм круглые сутки открыт.

– Тогда я пока навещу Милашку.

Я скептически поднял бровь:

– В таком виде?

– Подумаешь. Он же не удивляется, что ты человек, а я темная. Да и превращения ему не в новинку – ты же сам его летать учил в виде дракона.

– Но все-таки…

Однако она меня уже не слушала, и, плавно покачивая хвостом,

вошла в волнующийся, как поверхность воды под ветром, портал. Двигалась она не менее красиво, чем в своем нормальном виде – кошка она и есть кошка.

Милашка действительно ничуть не удивился. Он решил, что мы просто придумали для него новую игру, и Элана не стала его разочаровывать. Когда они наигрались, а я отдохнул, мы пожелали Милашке спокойной ночи и отправились в ближайший храм Палора.

Да уж, этот храм не имел ничего общего с храмами прошлого: обычный дом, принадлежавший одному из Сосудов Палора, снаружи отличался от других только рисунком на стене: три дороги, сходящиеся в одну.

– В чем смысл? – спросила Элана, кивнув на рисунок.

– В жизни мы принимаем множество решений и идем по разным путям; а справедливость одна, и Палор сводит все пути в один.

– Ясно.

Несмотря на то что рядом со мной шагала львица, никто не обращал на нас внимания; впрочем, снаружи я никого и не заметил. А вот внутри народу было достаточно: сразу за дверью, в коридоре, оказалось нечто вроде старинного зала ожидания. В обыкновенных домашних креслах сидели и, видимо, ожидали своей очереди с десяток человек и пара гоблинов.

– Ну что, будем ждать? – вслух спросила Элана.

Публика, отпрянувшая было, когда львиная голова просунулась в дверь, успокоилась. У нас, магов, есть такая привычка: превращать тех, кто нас основательно достал, в животных; так что, думаю, такие звери, зачастую сохраняющие дар речи, не такая уж редкость в храмах Палора.

Прошло несколько минут; входная дверь открылась, и внутрь вошел гоблин. Я ожидал, что он займет одно из пустующих кресел, – кстати, очень удобных, – но он подошел к нам, мельком глянул на меня, а затем стал разглядывать Элану, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую. Поскольку та не возражала, я тоже молчал.

– Да, это дело для Самого, – наконец произнес серокожий карлик. – Идите за мной.

Мы двинулись к двери, ведущей дальше в глубь храма. Следующая комната оказалась заполнена компьютерами и работающими за ними людьми, но мы проскочили и ее и двинулись дальше. Наконец гоблин отворил очередную дверь и, больше не обращая на нас внимания, пошел обратно. Мы с Эланой переглянулись и шагнули вперед.

За дверью оказался небольшой спортзал. Помимо спортивных снарядов у одной из стен стояли два стеллажа – один с холодным оружием, другой с огнестрельным. Кроме нас с Эланой в зале находился один человек: отлично сложенный мужчина средних лет, одетый только в белые шорты. Когда мы вошли, он избивал боксерскую грушу, стоя спиной к нам.

– Подождите минутку, я сейчас, – отрывисто бросил он, не оборачиваясь. Еще несколько сокрушительных ударов, от которых у человека оказались бы переломаны все кости, и он оставил бедный мешок в покое.

– Все, я закончил. Дайте-ка на вас посмотреть…

Он повернулся и внимательно уставился на нас.

Когда тебе заглядывают

в душу, ощущение остается неизгладимое. Если кто-то хочет испытать на себе, советую обратиться в ближайший храм Палора: бог справедливости ни с кем не церемонится, и его взгляд производит сильнейшее впечатление. Лично мне даже взгляда его Сосуда, в котором в тот момент не был воплощен бог, хватило, чтобы растерять свою самоуверенность. Немного поясню: маг может не быть уверенным, что мир вокруг него существует, но в своих силах любой маг уверен всегда. Думаю, Элане пришлось полегче: она как-никак сама Сосуд.

– Н-да, трудный случай, – пробормотал он. – С одной стороны, Немесис явно переборщила, с другой – это не единственное, за что стоит наказать, с третьей – вы вдвоем и добра немало сделали… Да плюс еще Латисса… Не знаю, не знаю. Я не могу принять решение, если только… Если только за тебя не попросят, – закончил он, глядя на Элану.

– Кто?

– Чистая душа, чье слово может склонить чашу весов.

– Чистая душа? Где ж ее взять-то? – поинтересовалась Элана. Паладин пожал плечами:

– Я чувствую, что где-то рядом с вами есть по крайней мере одна крылатая душа.

– Милашка! – в унисон произнесли мы с Эланой.

– Милашка? – поднял брови паладин.

– Да, его так зовут. Наш…

– …воспитанник, – продолжила за меня Элана, поскольку я не нашелся, что сказать.

– Ну что ж, я должен с ним побеседовать.

Я кивнул:

– Хорошо, я перенесу нас.

Небольшое отступление дня тех, кто считает, что Палор выше таких вещей, как чье-то заступничество, и способен вынести справедливое решение в любом, даже самом сложном случае: он-то действительно таков, поскольку он есть сама справедливость, но лично вмешивается только тогда, когда без него никак не обойтись. А вот его слуги и Сосуды, даже высшие паладины, небезупречны – они ведь всего лишь люди (по большей части). Вот они и пользуются для достижения истинной справедливости различными методами, импровизируют и только в крайних случаях взывают к суду своего бога. Справедливость вынесенных ими решений тем не менее никогда не оспаривалась.

– Только вам лучше что-нибудь накинуть; там довольно холодно.

Кивнув, паладин надел спортивный костюм – на мой взгляд, этого было маловато, но он наверняка не замерз бы в нем и зимой, – и я перенес нас в свою лабораторию. Дальше следовало войти в портал и перенестись к Милашке, но у портала, как назло, приключился период нестабильности.

– Не везет, – заметил я. – Похоже, мы-таки надоели Латиссе. Вы можете немного подождать?

– В этом нет необходимости. Взгляните, она просто пошутила.

И впрямь, искры в пустом проеме портала сменились рябью на водной глади. Я вздохнул:

– Ее чувство юмора когда-нибудь доведет меня до могилы. Пойдемте.

Пройдя через портал, я осмотрелся – никого.

– Милашка!

– Я здесь! – послышалось сверху, и дракончик, обдав нас ветром, приземлился рядом.

– Дракон! – ошеломленно произнес паладин. Их не так-то легко ошеломить; мне сразу стало лучше.

Милашка весело фыркнул:

– Ты смешной. Ты кто?

– Я паладин Палора, бога справедливости. Меня зовут Владимир, – ответил паладин, все еще удивленно качая головой. – Мне нужно с тобой поговорить.