Милфа
Шрифт:
Я начинают гореть. Тело плавится на костре желания и стыда.
Я никогда не ощущала ничего подобного. Никогда. Никогда моё тело не желало мужчину настолько, что в одежде мне становилось сильно неуютно.
Дыхание сбоит, когда он отпускает мою грудь и опускает ладонь вниз. Скользит ею вниз, мягко цепляя пальцами кожу живота, которая тут же покрывается мурашками, а потом ныряет ими под джинсы.
Интуитивно я дёргаюсь, но он удерживает, не позволяя отстраниться. Не позволяет даже голову поднять, удерживая за подбородок.
А
Вздрагиваю, когда Илья цепляет клитор. Будто случайно. Потом ещё раз, и снова.
Он ни говорит ни слова. И я тоже. Да я и не могу, тут стоны едва сдержать получается.
Я на ногах стою едва. Мне кажется, если он сейчас отпустит меня, я тут же рухну на пол, прямо к его ногам.
И я…. готова умолять, чтобы он не отпускал. Но и то, что он продолжает делать со мной, словно обжигает.
Страхи, стыд, неудовлетворённость, женская неуверенность — всё это сейчас вспышками страбоскопа простреливает в мозгу. Но Илья своими прикосновениями глушит их, не позволяя мне свалиться в ад самоистязания.
Мне хочется зарыдать, когда Илья внезапно высвобождает свою руку, когда я уже готова взорваться, а потом разворачивает меня к себе, и наши взгляды встречаются. В его глазах пламя, которое я так боялась и одновременно желала увидеть. Его руки обхватывают мое лицо, пальцы скользят по скулам. Я чувствую свой запах, свою собственную влагу на его пальцах.
— Посмотри на меня, — говорит он, и я поднимаю взгляд. Всё словно в тумане. Я вижу, как его глаза изучают мое лицо, и вдруг понимаю, что в них нет ничего угрожающего. Только уверенность и желание.
— Я давно хотел это сделать, — шепчет он и наклоняется ближе.
Губы касаются моих, сначала мягко, словно спрашивая разрешения, но когда я, наконец, поддаюсь, он углубляет поцелуй. Он целует меня так, что мир вокруг перестаёт существовать. Глубоко, жадно, так, будто ему нужно дышать мной.
Мои пальцы сами тянутся к нему, обхватывают его плечи, чувствуя, насколько он силен. Я не могу больше думать. Все мои внутренние страхи и сомнения сейчас теряют силу и голос. Глохнут.
Ну и чёрт с ними.
— Ты не представляешь, как сильно я хотел сделать это ещё с того самого вечера, как приехал к вам с отцом… — его слова звучат между поцелуями, прерываются оттого, что он жадно возвращается к моим губам.
Я тону в его касаниях, в его голосе, в его горячем дыхании. Сама льну к его сильному молодому телу.
— Скажи мне, что ты хочешь этого.
Я смотрю на него, и мои губы дрожат от эмоций, но я все же нахожу в себе силы ответить:
— Я.… да.
Этот момент становится точкой невозврата. Илья подхватывает меня под бёдра и усаживает на кухонный
Его губы жгут мою кожу нетерпеливыми поцелуями, а руки освобождают меня от одежды. Кофта, лифчик, джинсы, трусики… И вот я полностью обнажённая перед ним с раздвинутыми ногами и пульсирующей возбуждением промежностью.
Сама я тоже судорожно стягиваю с него футболку, жадно поглощаю взглядом, когда Илья спускает свои домашние штаны и боксеры. Меня начинает трясти, когда он раскатывает по возбуждённому массивному члену презерватив.
Еще мгновение, и он у входа. Толчок. И я слетаю в пропасть.
22
Он держит мои бедра крепко, и я даже не имею возможности пошевелиться.
Но мне и не нужно. Он все делает сам.
Я же просто принимаю его так глубоко, как только могу.
Ничего не контролирую, и это даже пугает.
Илья — невероятный. Молодой, сильный, крепкий. Сплошной секс.
В каждом движении его, в каждом резком выдохе — секс.
Раньше я не понимала значения этого слова. Номинально — да, но не в полном смысле, как сейчас.
А еще он смотрит. Прямо туда, где соединяются наши тела. Смотрит, как его член погружается в меня до упора и выскальзывает почти полностью.
Его зрачки расширены, дыхание хриплое, рот приоткрыт.
Он трахает меня так вкусно, так с кайфом, что одно лишь это выкручивает тумблер моего возбуждения на полную.
И я в шоке. От себя в шоке.
Будто это совсем не я.
Потому что та Лиля, жизнь которой я живу, никогда не позволяет себе быть настолько откровенно погружённой в такое распутство.
В собственное удовольствие.
В собственные ощущения.
Илья укладывает меня спиной полностью на стол, а мои вытянутые ноги перекидывает себе на правое плечо, продолжая накачивать меня собой. Гладит мои ноги, живот. На его движения откликается всё мое тело, изгибаясь дугой.
Все мои ощущения сконцентрированы между ног, отдаваясь по телу электрическими волнами. Губы немеют, горло сохнет от рвущегося дыхания.
— Пожалуйста…. пожалуйста… — слышу собственный умоляющий голос. Только о чем прошу?
А потом он вдруг резко останавливается и выскальзывает из меня. Внутри всё обрывается от разочарования, замирает от неудовлетворённости. Я чувствую себя выброшенной в вакуум без возможности сделать вдох.
Но длится это совсем недолго. Илья легко, будто я совсем ничего не вешу, подхватывает меня и переворачивает. Укладывает грудью на стол, жёстко прижимая спину между лопаток широкой ладонью.
Он своей ступнёй расталкивает мои ноги, вынуждая поставить их шире. Меня снова обдает будоражащим чувством беспомощности.