Миллениум
Шрифт:
— Мамочка, возьми меня с собой! — жалобно попросила Мари де Гиз, услышав такие страсти.
— Не положено! — отрезала Эмм Ми Фиш.
— Ружьишко какое-нибудь совсем бы не помешало! Вдруг, мародеры или хищные звери объявятся, — размечтался вслух Павлов.
— Оружия в доме целый арсенал. Есть старинное огнестрельное: автомат Калашникова, снайперская винтовка Либермана и охотничий карабин Ван Хельсинга. Есть современное: электрическое и лучевое. Все это находится на втором этаже в музее семейных реликвий в оружейном ящике. Надеюсь, что оружие вам не понадобится, но в случае чего я сообщу вам код электронного замка, — обнадежила Павлова Эмм Ми Фиш и продолжила свой инструктаж насчет того, что в условиях чрезвычайной ситуации делать можно и чего никоим образом
Ровно в 16.00 Эмм Ми Фиш поднялась из-за стола и отправилась в свой рабочий кабинет. Оттуда она уже вернулась переодетая в военную форму: голубой берет, сине-зеленый китель с белым воротничком и элегантные бриджи, заправленные в ботинки с высоким берцем. По старинному обычаю они присели на дорожку и затем отправились на берег Оби к речному причалу, над которым в ожидании Эмм Ми Фиш уже завис высокоскоростной летательный аппарат дисковидной формы.
VI
Человечество находилось в состоянии тревожного ожидания. В середине июля в районе главного пояса астероидов произошли боевые столкновения с космическими кораблями неизвестного противника, которые пытались помешать транспортировке темных комет на безопасные для Земли и Марса расстояния. На поверку темные кометы оказались стационарными комплексами базирования неизвестных космических пришельцев. Со стороны землян были первые боевые потери. Полным ходом шла мобилизация резервистов, и все войска наземного и космического базирования находились в состояние повышенной боевой готовности. Населению мегаполисов Европы, Азии, Африки, Америки и Австралии, — всем, кто не имел мобилизационного предписания, — было предложено на период до 1 сентября переселиться в сельскую местность в загородные дома, фермы, санатории и базы отдыха.
Мари де Гиз, вопреки наставлению матери, отправилась на ее машине в Новосибирск, якобы для того, чтобы навестить своих школьных подруг. Ее не было целую неделю, и Павлов весь изошел на нервы. Наконец, Эмм Ми Фиш удалось с ней связаться и уговорить вернуться домой. Мари де Гиз приехала не одна, а с двумя молодыми особами и ящиком запрещенного к употреблению шотландского виски столетней выдержки, который она приобрела на черном рынке в обмен на фамильные драгоценности.
Днем Мари де Гиз и ее подруги вели себя еще довольно сносно, но к вечеру напивались до чертиков и начинали буянить. Павлову приходилось запираться от них в рабочем кабинете Эмм Ми Фиш. Все могло закончиться очень скверно, так как на третий день пребывания в гостях у одной из подруг началась белая горячка, а вторая едва не утонула в бассейне. Мари де Гиз осознала, что она не права, попросила у Павлова прощения и отправила своих подруг в Новосибирск на ближайшем попутном речном транспорте.
В торговых сетях начались перебои с поставками товаров. До введения нормированной системы распределения дело еще не дошло, но все деликатесы с прилавков и витрин магазинов как-то незаметно исчезли. Павлов и Мари де Гиз провели ревизию своих продовольственных запасов, и пришли к неутешительному выводу: еды хватит в лучшем случае на две недели. Мари де Гиз начала планомерный облет близлежащих городков, с целью покупки по любой цене муки, круп, макаронных изделий, консервов и овощей, а Павлов приступил к изготовлению рыболовных снастей и капканов. Постепенно между ними установились вполне нормальные отношения, даже некоторое взаимопонимание.
В ночь с 30 июля на 1 августа 3797 года по всем каналам интервидения прошло срочное сообщение о переходе населения Земли в подземные укрытия и бомбоубежища. Павлов и Мари де Гиз спустились в подвал, который Павлов за время ее поездки в Новосибирск привел в подобие жилого помещения: расстелил на полу ковры, повесил на стены гобелены и даже обставил скромной мебелью. Мари де Гиз была так приятно удивлена его расторопностью и предусмотрительностью, что готова была расцеловать. Павлов включил приборы отопления и активировал фильтры очистки воздуха.
— Зачем ты это делаешь? — запротестовал Павлов.
— Молчи! Так надо! Нам не хватает чувства взаимного доверия, а жить вдвоем под одной крышей нам придется, судя по всему, еще очень долго, — возразила она, а затем перестелила постельное белье, из двух одеял сделала одно и стала раздеваться.
В три часа утра они проснулись, почувствовав подземные толчки. Колебания почвы, согласно показанию приборов, были силой до трех баллов, поэтому Павлов предложил из дома не выходить, а ждать новостей. Их телерадиоприемник по всем каналам показывал одно и то же: запись выступления эстрадно-симфонического оркестра "Глобалис".
Первые сообщения на лентах информационных агентств появились в шесть утра. Из них следовало, что планета Земля подверглась бомбардировке термоядерными зарядами. Большинство выпущенных инопланетными агрессорами ракет удалось уничтожить в верхних слоях атмосферы, а остальные отклонить от крупных населенных пунктов. При этом два мощных термоядерных заряда взорвались в акватории Северного Ледовитого океана, а один в Гималаях. Интенсивные искусственные радиационные пояса вывели из строя семьсот спутников, обращавшихся на низких околоземных орбитах, — треть существовавшего космического флота. Мировое правительство призывало население не поддаваться панике и готовиться к испытаниям. О том, какими эти испытания будут, не уточнялось.
Ровно в семь часов утра на карманные персональные компьютеры Мари де Гиз и Павлова, продолжавших нежиться в постели, поступило сообщение от Эмм Ми Фиш о том, что она вызывает их на видеоконференцсвязь и просит настроить телерадиоприемник на такую-то частоту.
Обрадованные ее сообщением, они забыли о том, что не только они ее видят, но и она их тоже.
— Мамочка, что будет и что нам делать? — взволнованно заговорила Мари де Гиз, едва ответив на ее приветствие.
— Для начала титьки свои прикрой. Срамотище! — голос Эмм Ми Фиш задрожал от негодования.
— Ой! Я сейчас, мигом! — испуганно вскрикнула Мари де Гиз и сделала вторую ошибку:- голая, вскочила с постели и побежала одевать халат.
— Ладно, Димочка, я все поняла и можешь передо мной не извиняться. Однако не забывай, что она еще ребенок и нуждается в очень ответственной опеке, — голос Эмм Ми Фиш взывал к его совести.
— Я сделаю все от меня зависящее, — пробормотал он, страшно смущаясь и краснея.
— Я очень на тебя надеюсь, и даже не ревную…,- примирительным тоном заговорила Эмм Ми Фиш, и, выдержав паузу, сказала следующее: А теперь, детки, слушайте меня внимательно и запоминайте. По имеющимся прогнозам в течение ближайших трех дней по всей Сибири пройдут проливные дожди с грозами и ураганным ветром. Река Обь выйдет из берегов и затопит значительную территорию. Вы должны обернуть дом гидроизоляционным материалом, который найдете на чердаке, и загнать автомобиль в зимний ангар. Закройте окна дома ставнями и решетками. Проливные дожди на четвертый день прекратятся и ударят морозы. Потом выпадет снег. Следите за уровнем радиации и не поддавайтесь панике. Из дома никуда не выходите, но на всякий случай держите наготове теплые вещи. Следующий сеанс связи состоится завтра в то же время. Извините, но у меня много работы…
— До свидания, мамочка! — успела сказать Мари де Гиз и от огорчения захныкала.
— Не хорошо-то как получилось, — вздохнул Павлов и стал одеваться.
Работая ударными темпами, им удалось до обеда обклеить снаружи стены дома и оконные проемы гидроизоляционной пленкой. Входную дверь они тоже тщательно заделали, изнутри и снаружи, решив, что в случае чего смогут выбраться из окна второго этажа по раздвижной лестнице, которую они занесли в дом. Было так душно и жарко, как будто, они не в Сибири, а на экваторе. По каналам интервидения через каждые 15 минут передавалось сообщение о чрезвычайном штормовом предупреждении. К трем часам после полудня небо заволокло плотными облаками, и разразилась страшная гроза.