Миллиардер
Шрифт:
Теперь он еще и усложнил игру, отдав Эсфиру в руки пиратов. Да, никогда бы не подумал, что у него хватит фантазии и денег на такую многослойную игру. Узрамаев — предводитель пиратов. Это самое нелепое, что можно было представить. Да, все это более чем странно.
— Кто их возглавляет? — спросил я после короткой паузы.
— Кого, сэр.
— Пиратов, — зачем-то спросил я.
— Этого я не знаю, господин Марьянофф.
— Отлично, — сказал я, раздумывая, что делать дальше. Хорошо, когда отправляемся на встречу.
— Завтра.
— О'кей,
Я лег спать. Сплит-система еле справлялась с раскаленным воздухом. Спал я очень плохо, постоянно просыпаясь в липком бреду. Я не мог поверить в то, что моя жизнь в руках этого проходимца Узрамаева. Неужели желание быть первым его настолько остервенило, что он решил уничтожить меня таким изощренным способом. Да, врагов своих нельзя недооценивать.
Утром Вилли в помятом белом костюме ждал меня у входа в отель. Он напоминал мне начальника английского экспедиционного корпуса, случайно высаженного где-то в Азии.
— Здравствуйте, сэр.
— Доброе утро, Вилли, как спалось?
— Думаю, не лучше, чем вам, я не люблю такую духоту.
— Самолет готов? — спросил я.
— Да.
— О'кей.
Через полчаса мы вылетели на видавшем виде «Дугласе» и вечером сели на запасной полосе маленького аэропорта где-то в Юго-Восточной Азии. Нас ждал видавший виды «мерс», на котором мы отправились на побережье. На берегу уже стоял катер, доставивший нас до острова Фу Ванг, тайной резиденции пиратов Южно-Китайского моря. Нас встретил рослый азиат, по виду которого было понятно — он здесь главный.
Разговор пришлось начинать мне. Мы говорили по-французски.
— Вы знаете, что я ищу женщину.
— Да, — сухо сказал азиат.
— Она мне нужна.
— Плати выкуп.
— Сколько?
— Сто миллионов долларов.
Я остолбенел, даже для меня это были огромные деньги. Я все понял. Валерий знал, что значит для меня эта женщина, и понимал, что я выложу за собственную жизнь любые деньги. Но откуда он узнал про Эсфиру — вот вопрос, который мучил меня теперь.
— О'кей. Деньги будут завтра, — сказал я спокойно. — Где и когда мы встретимся.
— На Безымянном острове в половине первого.
— Договорились.
Мы вернулись на материк. Я связался с Сингапуром, с филиалом моего английского банка. В банке мне пообещали подготовить чемоданы с деньгами к 12.00. Ладно, пора спать, завтра я получу женщину и свою жизнь обратно. Это все, чего я хочу сейчас.
В половине первого я в сопровождении нескольких охранников высадился на острове, но никого не встретил. Мы прочесали остров вдоль и поперек, но никого не нашли. Я даже вызвал поисковый вертолет, но он тоже ничего не обнаружил. Ни пиратов, ни Валерия, ни Эсфиры. Что-то спугнуло их. Но что?
Вероятно, Валерий затеял более сложную игру, и мое безусловное желание заплатить выкуп не входило в его планы. Но ведь он должен был понимать, что за Эсфиру я отдам любые деньги, или он не знает всей правды о ней. Да нет, простая логика подсказывала, что знает, конечно, знает, ЗАЧЕМ мне нужна Эсфира. Тогда что не так?
Я сел
«Ты не получишь ее никогда и будешь умирать в медленных муках. Я мог бы тебя уничтожить прямо сейчас, когда ты читаешь эти сроки, но это неинтересно и банально. Тебе повезло, я сделал тебя вторым игроком в моей Великой Игре. Это очень почетно даже для тебя.
Найди ее и попробуй отнять, время пошло, игра заканчивается 31 декабря. Если ты опоздаешь, ей перережут горло».
Да, он мог бы убить меня здесь, на острове, достаточно снайпера где-нибудь в джунглях. Но Валерий решил насладиться моим бессилием и увидеть поражение. Именно в этом и заключается его ошибка. Таких, как я, надо пристреливать сразу. Я доберусь до него, и он пожалеет, что затеял эту безумную беготню по всему миру.
Деньги я вернул в банк, и снова мои сыщики начали «сканировать» Юго-Восточную Азию. Далеко они не могли скрыться. Теперь все, что интересовало меня, — это откуда Валерий узнал об Эсфире. Оставаться на острове не имело смысла, и я решил перебраться поближе к цивилизации в Таиланд.
7
С буддийским спокойствием ожидал я своей участи. Я потерял нить, связывающую меня с женщиной, и все, что оставалось мне, это сидеть и ждать. Но чего? Валерий и его банда на связь не выходили, мои агенты за десять дней не обнаружили никаких следов Эсфиры.
Я уже привык к слонам на улицах Бангкока и воспринимал их не большим препятствием, чем грузовики на улицах Европы. Я поселился в скромном семейном отеле, роскошь мне была уже ни к чему. Я хотел только тишины и покоя. Хозяйка отеля каждое утро приносила чай из трав. Я выходил на улицу после обеда и бесцельно бродил по Бангкоку.
Однажды я забрел в монастырь Ват По. Здесь находится самая большая статуя лежащего Будды.
Я пошел посмотреть на него, для того чтобы осознать его величие и бренность моей жизни.
Тверитинов звонил по десять раз на день, но меня это уже не интересовало. Там, дома, — жена, дети, бизнес, друзья, власть, могущество. А здесь, на другом краю мира, я — один.
Здесь просто я. Нет миллиардера, нет вершителя судеб, нет человека, сверявшего свои дела с деяниями великих. Есть просто Влад Марьянов, ЧЕЛОВЕК. И я бессилен — мои деньги, связи и возможности в этой бешеной игре ничего не значат.
Вечером я вышел на улицу и увидел свет в ночи. Странное действо тайцев — Праздник света, Лой Кратхонг. В этот день тайцы пускают на воду кратхонги — маленькие лодочки, в каждой из которых горит свеча. Тайцы верят, что эти жертвы богам вернутся им очищением от грехов. Я тоже пустил такую лодочку и сел на берегу реки, ожидая конца.