Милорд
Шрифт:
Превосходное завершение выходных!
— Мы пойдём, а то Молл с остальными заскучает. — после получаса перебранок и возни с разнообразными документами возникшую паузу разбавил голос крестника.
Я уже и забыл, что головастики тут ошиваются.
— Идите, чего было здесь сидеть?.. — на моё недоумение пацан пыхнув потянул за собой, успевшую неплохо закрепить тиару в причёске, Рисс.
— Тц. — пристроившись за парой сорванцов выразила на последок своё мнение Андромеда, тормоша за плечи сонную сестру.
— Хи-хи, они ждали, когда ты обратишь на них внимание, —
Это я как раз заметил.
— Том, ты точно уверен, что реликвию можно дарить маленькому ребёнку?.. — подписывая-таки второй экземпляр разрешения на возведение здания, под южное крыло высшего учебного заведения, на шесть миль восточнее Хогвартса спросил Альбус. — Я имею ввиду… Ты сам в праве принимать решения, не подумай, но…
— Ладно, раз все так скептически настроены и того, что инкрустированный ободок является саморегулирующимся ментальным стабилизатором вам мало, — установив дополнительную защиту опускаюсь напротив гриммов, — скажу как есть. Подобное взаправду выглядит несколько…
— Брось, — перебив меня зевнул Руд, лениво раскладывая документы, — мне, к примеру, всё равно.
— Умолкни Лестрейндж, тебя не спрашивают, — заправила локон за ухо своячница, — не твою дочь таскают по военным полигонам. И я бы не отказалась узнать, с чего так… В общем, зачем тебе это?.. Женись наконец, заведи наследников и усердствуй сколько угодно, мне не по вкусу, что моя малышка беспалочково метает ножи на спор с сестрой.
— Н-да, понимаю. — под взглядами женщины настроение неумолимо портится. — Это кажется нелепым… И презентовать кому-либо такие вещи, как реликвии Основателей, ненормально, ведь целесообразнее завещать потомкам.
— Мг.
— Только у меня с этим загвоздка, в юности я не слушал никого, натворил всякого.
— Поделись.
— Мне претила беспомощности собственного организма… — взглядом затыкаю собравшегося сказать что-то Руквуда, — я старался обрести защиту. Удалось, себе на беду. Путём колоссальных усилий, проб и ошибок, экспериментируя, я избавился от недостатков полностью. Однако за всё нужно платить и у моего преображения была цена… Я давно одумался, но уже вряд ли смогу посадить на плечи собственного ребёнка, подарить ему что-либо… Потому и привязан к Рисс, к Люци, мне хочется их баловать.
Любой скажет — блажь — дарить неразумным малькам исторически значимые драгоценности, зачарованное оружие, магические фолианты… Пусть. Поход в кафе или необычную игрушку я и так могу предоставить, без торжеств. К чему им настолько обыденные вещи? Оба моих воспитанника неизбежно вырастут. Став искусными, уважаемыми волшебниками они поймут, смогут в полной мереоценитьстарания своего параноидального наставника.
Хе… всё же, не смотря на дороги, коими я прошёл, ранние годыздесьналожили несгладимый отпечаток.
В этой жизни было не так много людей, пекущихся о приютских. На не слишком частые праздники нам завозили одежду, предметы первой необходимости,
Можно считать, что моё отношение к детям — комплекс, вынесенный из неполноценного соплячества.
А пока они ничего не смыслят, исполнять небольшие прихоти вдвойне приятно. Просто наслаждаюсь чистыми, яркими эмоциями, незатуманенным счастьем… Ведь малыши восторженно принимают презенты не от того, что за, сверкающим рубинами на рукояти, кинжалом, охотятся главы крупнейших государств. Подарок дорог им тем, что его принёся.
— Почему заботишься именно о них?
Не совсем о «них», лишь о Люциусе.
— Эм, должна быть причина?.. Хочу так, личная прихоть. От этого зависит мой позитивный настрой и снисходительность к другим. Хах-ха-ха, смирись, Дру, я не исчезну от твоей ревности.
Лицемерно, но, если, при происшествий, мальчика кинусь выручать на каких-то инстинктах… Ученицей пожертвую без раздумий, использую, как разменную монету. Знаю, что брошу, вот и контролирую исправное запоминание преподаваемого материала. Чтоб в момент опасности она смогла выкарабкаться сама, без помощи со стороны.
Оу, позже, несомненно буду жалеть, и совесть разъест меня изнутри, однако рука не дрогнет. Они априори никогда не дрожали. Хм, хирургу подобное не позволено по долгу службы.
— Балагур! — закатила глаза ведьма, приподнимая уголки губ.
— Маленькие дети помогают не раскисать, — согласно покачал головой Паркинсон, — я на дочку не нарадуюсь.
— Ты прав, иногда думаю, что, может ещё не всё потерянно, но… отдай я все богатства, желая услышать заветное «папа»… слишком много изменений на физиологическом уровне проведено. Даже этот долбанутый химеролог, Джеффрис, не смог сказать ничего внятного.
— Н-да, перестарался ты, Марволо, с жаждой могущества. — на плечи опустились изящные кисти, обтянутые фиолетовым шёлком. — Я-то гадала, откуда что взялось?..
— Мхх, здравствуй, Вэл, твои навыки лучше с каждым днём. Скрытность на высоте, у меня почти не вышло ощутить приближение.
— Отрадно услышать похвалу… — на мою макушку опускают подбородок, обнимая со спины, окружающие старательно отводят глаза, — Хочу узнать, отчего ты не ставил эксперименты на… кхм, подопытных мышах?.. — гадко усмехаюсь, во рту кисло от осознания своей тупости, но подать её надо как нечто более приглядное.
— Однажды мне сказали, что я слишком люблю людей…
— Ха! — подруга отталкивается от спинки стула и, обойдя стол, садится сбоку от Гринграсса. — Какой из тебя чёрный маг, если свои настойки и заклятья не додумался проверить на чём-то, помимо собственной тушки?! На крайний случай домовиков бы привлёк, бездомных магглов отловил.
— Госпожа Блэк, — грозно свернул очками директор, — не стоит.
— Не ссорьтесь пожалуйста. — вздохнула хозяйка мероприятия.
— Извините, Леди Друэлла. — поднимается профессор, приглашая меня пройтись.