Мир 109
Шрифт:
– Надо идти на поиски Тибея, – решил Георг. – Лукас, подстрахуешь Этана. Если почувствуешь что-то странное в его мыслях или извне, сразу возвращайтесь.
Говорить о том, что у Этана мысли странные всегда, Лукас не стал, хотя очень хотелось. Георг глянул на него и улыбнулся. «Это когда он ничем не занят. Ты его в деле не видел».
Эта фраза Лукаса заинтриговала.
* * *
– Над же, прямо как дома! – воскликнул Этан, едва они оказались по ту сторону портала. Место, где они вышли, было городским парком: мощеные дорожки, усыпанные
– Ну и как его искать? – произнес Лукас с сомнением.
– Тс-с-с, – прервал его Этан, замирая. Затем махнул рукой в глубину парка: – Туда.
Лукас прислушался к его мыслям и даже остановился от неожиданности – вместо обрывков фраз на него обрушился калейдоскоп образов и ощущений. Он понял, что имел в виду Георг, и бросился догонять.
Этан несся вперед, словно местность была ему хорошо знакома. На развилке свернул вправо, к старому павильону, в котором размещался аттракцион «Кривые зеркала». Какая древность, подумал Лукас. Такое он видел только в детстве, и уже тогда от этого развлечения веяло прошлым. Не останавливаясь, Этан вбежал по выщербленным ступеням на крыльцо, открыл дверь и исчез внутри. Лукас поспешил за ним.
Как ни странно, аттракцион работал. Сумрак, мерцание зеркал – атмосфера навевала тревожные чувства. Этан подошел к сидящему за столиком смотрителю – мелкий худощавый мужичок нехотя оторвался от чтения газеты.
– Ваш билет, – произнес он слегка надтреснутым голосом.
– Тибей, ты что здесь делаешь? – воскликнул Этан.
Лукас пригляделся – перед ними и впрямь сидел Тибей. Переводя колючий взгляд с Лукаса на Этана и обратно, он злобно выкрикнул:
– Вы кто такие? Чего надо?
– Он тебя не помнит, – произнес Лукас, подходя к Этану ближе.
– Да я его сроду не видел! – возмутился смотритель.– Чего это я его помнить должен?
Этан растерянно посмотрел на Лукаса.
– Извините, – произнес Лукас и потащил Этана к выходу.
“Гомики”, – пронеслась вслед уже знакомая мысль.
Солнце ударило по глазам, ослепив после сумрака павильона. Запахло прелой листвой.
Этан сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. Спустился по лестнице и неторопливо зашагал по тропинке, шурша обрывками осени под ногами.
На миг ему показалось, что все это когда-то было: и этот парк, и эта осень, и это унылое настроение. Очень-очень давно. Или наоборот, недавно. Память причудливо перемешала фрагменты, так что доискаться до правды было невозможно. Да и ни к чему. Этан знал, что если он свернет сейчас вот на эту тропинку, то выйдет к воротам, а если на ту – придет к фонтану, возле которого днем всегда крутится ребятня, галдя и брызгая друг на дружку водой из каменной чаши.
Не думая, он повернул к фонтану. Подошел, остановился, посмотрел на падающие струи, подумав, что днем или под вечер они смотрятся гораздо лучше, и отправился дальше, вглубь парка. Загляделся на алеющие клены и, не заметив камня под ногами, запнулся, вскрикнув от боли.
Приковылял к ближайшей лавке, попытался пошевелить ногой и зашипел, сжав зубы. Нагнувшись,
– Похоже, растяжение.
Повернув голову, он посмотрел на стоящего рядом парня.
– А ты специалист по травмам, я смотрю.
Хотелось наорать и послать. Но не вышло.
– Почти, – ответил тот. Присел на корточки рядом. – Десять лет спортивной гимнастики. Могу я взглянуть?
– Можешь, – сдался Этан.
Было в этом голосе что-то такое, отчего хотелось молча отдаться на волю обстоятельств. Правда уже через секунду Этан об этом пожалел, когда «травматолог» слегка повернул ступню в сторону.
– Всё-всё. Действительно, растяжение. При правильном уходе через неделю будешь как новенький.
– А может я не хочу быть как новенький, – проворчал Этан.
Собеседник хмыкнул.
– Ладно, не бурчи.
– Я не бурчу.
Еще один хмык, и он поднялся на ноги, окинул Этана ироничным взглядом и протянул руку.
– Идем, отвезу тебя домой, горе луковое.
– А как же твоя работа?
– Ерунда, из дома поработаю, идем.
Вскоре они уже неслись по автостраде. Скорость, музыка и ветер из приоткрытого окна сделали Этана почти счастливым. Он даже на время забыл о своей ноге, полностью погрузившись в это наслаждение.
Дома его заботливо уложили на диван, подсунув под ногу подушку. Перевязали травмированную конечность и вручили яблоко за то, что он почти не пикнул во время процедуры.
– Кофе сварить?
– Угу, – пребывая в нирване, ответил Этан.
Вскоре его заботливый рыцарь присел на край дивана с чашкой в руках. Жмурясь от счастья, Этан выдохнул: «Кевин, я так тебя люблю».
В ту же секунду чашка со звоном разлетелась о стену.
– Я не Кевин! Еще раз так меня назовешь… О, боги, уходим, быстро!
Активировав портал, Лукас схватил Этана в охапку и бросился в заклубившееся марево.
9
– Лукас, у тебя вошло в традицию на меня падать, – произнес Георг, потирая ушибленный локоть. – Ладно, ерунда, главное вы живы.
Ожидая их возвращения в зале перехода, он уже сам хотел отправиться на поиски, когда Этан и Лукас так неожиданно на него свалились. В обнимку, ошалелые и слегка не в себе. Причем Этан оказался босиком, с забинтованной ногой и без футболки. Георг посмотрел на часы – тридцать минут. Обычно для поисков Этану требовалось гораздо меньше времени. Что же они там делали? И почему у них такой вид? Парням явно стоило для начала прийти в себя, но время поджимало.
– Вы нашли Тибея?
– А, того паршивца, который всегда меня доставал? – произнес Этан, не переставая обнимать Лукаса. – Нашли, только он… э-э-э… забыл, – он с удивлением посмотрел на Георга. – Представляешь, не помню.
– В парке, – сказал Лукас, мысленно посылая Георгу картинку с изображением павильона и лица смотрителя, – Он был в парке… если это он. Но этот тип нас не вспомнил.
– Ясно, – ответил Георг. – Идите отдохните, дальше я сам.
– Не ходи туда, – торопливо произнес Лукас, – там странно.