Мир-Цирк
Шрифт:
Путешественники засмеялись, и Бустит вместе с ними.
«С тех пор, как судьба забросила первопоселенцев на Момус, мы общались при помощи искусства, – ответил жрец. – Прошло много земных лет, прежде чем небо Момуса увидело другой звездолет, а к тому времени мы были многочисленны и вполне довольны своими обычаями».
«А средства массовой информации, как я понимаю, не искусство?»
«Полагаю, могли бы им быть, – ответил жрец, – да только никто не знал, как сделать радио. Так или иначе, мы этим не занимались».
Алленби все больше
«О, у них было множество профессий. Акробаты, мимы, рассказчики, клоуны, механики манежа…»
«Так это был цирковой корабль?»
«Не просто цирковой корабль, – ответил жрец, – а «Большое шоу О'Хары», лучшие артисты и аттракционы во всем Квадранте».
Бустит умолк, чтобы слушатели могли помолиться в тишине. Когда они подняли головы, Аарел задумчиво потер подбородок.
– Бустит, я не понимаю, зачем герою нужен новый закон. По-моему, Федерация Девятого Квадранта могла бы сама, без затей, оккупировать Момус. Мы не в силах помешать им.
– А узнав об угрозе из Десятого Квадранта, – добавил Парак, – мы бы и не возражали.
– Закон кажется ненужным, – заключил Джум. Бустит поднял руки:
– Это сложно, друзья, но я объясню. В Девятом Квадранте есть Великий Закон, скорее даже, собрание множества законов. Там сказано, что федеральная защита не может быть распространена на планету, которая не просила об этом. Из-за нашего единственного закона о принятии законов Момус считается управляемым обществом. Если Федерация Девятого Квадранта займет Момус без нашего разрешения, Федерация Десятого Квадранта сочтет это вторжением – по своим законам. Были бы нарушены еще более Великие Законы, управляющие всеми Квадрантами…
Парак зажал уши.
– Теперь мне ясно, почему наши предки решили остаться на Момусе!
– Верно, – согласился Аарел. – Разве не легче Девятому и Десятому Квадрантам изменить свои законы?
– Невозможно, – ответил Джум. – Цели Квадрантов различны. Они не в состоянии договориться. Бустит, выходит, герой должен решить задачу по уже существующим законам?
– Правильно.
– Отсюда следует, что он должен побудить народ Момуса принять еще один закон.
– И это правильно, Джум. Алленби спросил жреца, как это сделать, и жрец велел ему подождать. «Сам увидишь у вечернего огня. Я слыхал, что сегодня будет выступать Летт из Дофстаффлов».
В тот вечер лорд Алленби впервые увидел, как работает новостник. Летт выступил хорошо, и его кошелек потолстел. Позже Алленби спросил жреца: «Вот так и распространяются новости?» «Да».
«Тебе это не кажется неэффективным?» «Ба! Об искусстве не судят по эффективности!» «Но если необходимо быстро сообщить какую-либо новость всему народу?»
«Ты утомил меня бесконечными вопросами! Не представляю новость, для которой понадобилась бы такая спешка».
«У меня есть такая новость, – ответил Алленби. – Выслушай, пожалуйста».
Жрец
С этими словами жрец оставил Алленби у огня и поспешно скрылся в ночи.
Аарел, нахмурившись, уставился в огонь:
– Я понимаю трудности героя, Бустит, ибо даже я поступил бы, как жрец. Я не стал бы слушать.
– Я тоже, – сказал Парак.
Джум потер руки и посмотрел на друзей.
– Здесь очень важен герой. Лорд Алленби, посол первого ранга, пытаясь исполнить задание, унизился до положения вьючного животного. Будет ли он и дальше стараться донести свою новость до народа Момуса или признает поражение, позволив Момусу пасть жертвой злых умыслов Десятого Квадранта?
– Три ночи лорд Алленби провел у огня, пытаясь рассказать свою новость путникам, и каждый раз терпел неудачу, – продолжал Бустит. – На четвертую ночь Алленби признал свое поражение. У странствующего волшебника он выменял за обручальное кольцо карточный фокус и так зарабатывал мовиллы, пока не добрался до Тарзака, где надеялся найти транспорт на Землю.
Ожидая корабль, Алленби приобрел еще два карточных фокуса и трюк иллюзиониста. Так он платил за квартиру, еду и одежду и даже начал откладывать на перелет до Земли. И вот тогда-то Алленби случилось услышать, как Визой из новостников Дофстаффла играет новость на Главной площади Тарзака.
Бустит снял капюшон.
Аарел улыбнулся.
– Великий Визой вдохновит Алленби?
– В прошлом году я слышал, как Визой играл пожар в Тарзаке, – сказал Парак. – Это вдохновило меня ходатайствовать о создании в городе пожарной команды.
– Да, – кивнул Джум, – я слышал всего лишь ученика, купившего лицензию на повтор новости Визона, и это вдохновило меня ходатайствовать о создании пожарной команды в моей родной Мийре. Отличная была новость.
– Верно, – сказал Бустит, – Алленби был вдохновлен, не не новостью Визона, где речь шла о втором извержении вулкана Аркадия. Внимание Алленби привлекло количество новостников и учеников новостников среди слушателей. Когда Визой закончил, новостники окружили его и начали торговаться за лицензии на повтор его новости. Я тоже пытался пробиться через толпу, чтобы предложить цену, когда лорд Алленби остановил меня.
«Пусти меня, фокусник, – сказал я, ибо он носил черно-алую мантию мага. – Мне надо попасть на торги».
Он пустил меня, но я, как ни старался, не успел добраться до Визона. Все лицензии разошлись. Дела шли плохо, а мне страшно нужна была новость, которая имела бы успех на дороге. Упустив такую возможность, я решил отыскать фокусника, чтобы излить свой гнев. Он стоял у меня за спиной. «Видишь, что ты натворил? Я не могу повторить новость, сыгранную в Тарзаке, потому что из-за тебя пропустил торги».