Мир Родины
Шрифт:
Она прервала связь на последнем слове, и Ян засмеялся во весь голос. Да, жизнь собиралась стать гораздо лучше. Он осушил бокал скетча и налил новый.
Замерзшая болотная страна почти ушла из головы. Он не знал, что человек, которого он уволил, Симмонс, не впадет в нищету вновь. К тому времени, когда Ян добрался до города, он уже покончил с собой.
2
Круглая тень огромного летающего корабля медленно плыла над далекой голубой поверхностью Средиземного моря. Электрические моторы молчали, слышно было
Дирижабли были главенствующим видом транспорта, с очень низким потреблением топлива.
Груз состоял из огромных связок тяжелых черных труб, уложенных в его чреве. Там их были тонны. Но на «Бичи-Хед» перевозились и пассажиры – в каютах на носу.
– Зрелище непередаваемое, – говорила Эйлин, сидя у наклонного окна, которым служила вся передняя стена их каюты, и глядя, как внизу проносится пустыня. Ян, вытянувшись на постели, кивнул в молчаливом согласии, – но смотрел он на нее. Она укладывала медно-рыжие, до плеч, волосы – и поднятые руки ее поддерживали обнаженные груди, а спину она выгнула, и выглядела очень изящно.
– Непередаваемо, – сказала она и засмеялась, оставив в покое прическу, подошла, села рядом с ним и поцеловала его.
– Выйдешь за меня замуж? – спросил Ян.
Спасибо, нет. Моему разводу еще и месяц не исполнился. Я хочу немного порадоваться свободе.
– Я спрошу тебя на будущий месяц.
– Спроси... – звон колокольчика оборвал ее, затем голос стюарда нарушил тишину их каюты:
– Всем пассажирам. Через тридцать минут мы приземлимся в Суэце. Пожалуйста, подготовьте ваш багаж для носильщиков. Осталось тридцать минут. Мы были счастливы путешествовать с вами на борту «Бичи-Хед», и от имени капитана Визерби и экипажа я хочу поблагодарить вас всех, летающих «Британскими авиалиниями».
– Полчаса... и погляди на мои волосы! И я еще не начала собирать вещи...
– Спешить незачем. Никто не выгонит нас из каюты. Помни: это отпуск. Я останусь и посмотрю за багажом. Встретимся на земле.
– Ты разве не подождешь меня?
– Я буду ждать, но снаружи. Я хочу взглянуть на бурильные установки, которые они будут разгружать.
– Тебя больше заботят эти противные трубы, чем я.
– Совершенно верно! И как ты только угадала! Но это уникальный случай. Если технология термальной электростанции будет действовать, мы сможем качать нефть. Впервые за двести лет.
– Нефть? Откуда? – голос Эйлин был словно издалека: ее больше интересовало, как натянуть через голову синюю блузку.
– Из земли. Она всегда там, эта нефть. Ее всю досуха выкачали. Ее разбазарили, как и все остальное. Это был чудесный источник углеводородов, которые они попросту сожгли.
– Я совершенно ничего не понимаю из того, что ты говоришь. История мне никогда не давалась.
– Увидимся на земле.
Когда Ян вышел из лифта у основания причальной башни, то почувствовал, будто шагнул в открытую
Связки труб спускали на тросах лебедок. Они медленно плыли, покачиваясь под днищем пришвартованного воздушного корабля, с тихим металлическим звоном укладывались на плоский кузов поджидающего грузовика. В течение секунды Ян думал о том, не попросить ли разрешения посетить буровую, но затем отказался от этой мысли. Нет. Прежде всего – отпуск. Может быть, на обратном пути. Нужно выветрить из головы прелести науки и техники, и вместо них исследовать более восхитительные прелести Эйлин Петтит.
Когда она вышла из лифта, они рука об руку направились на таможню, наслаждаясь ощущением солнца на коже. У таможенного прилавка стоял угрюмый темнокожий полицейский и наблюдал, как Ян вставляет удостоверение в прорезь.
– Добро пожаловать в Египет, – произнесла машина женским контральто. – Мы надеемся, что ваш визит будет приятен для вас... мистер Кулозик. Не могли бы вы оказать любезность – прижать большой палец к пластине? Благодарю вас... Прошу вас пройти к четвертому выходу – там вас встретят. Благодарю вас. Следующий, пожалуйста.
Столь же быстро компьютер разобрался и с Эйлин. Произнеся ритуальное приветствие, он идентифицировал ее личность, проверил по отпечаткам пальцев, действительно ли эта персона указана на одном из удостоверений. Затем выразил уверенность, что путешествие ей понравится.
На выходе их встретил потный загорелый мужчина в темной синей форме.
– Мистер Кулозик и его спутница? Я из Дворца Магны, ваша честь. Я уже погрузил на борт ваши чемоданы, и мы можем отправиться, как только вы будете готовы, – его английский был неплох, но в нем присутствовал акцент, который Ян не мог отчетливо выделить.
– Мы отправимся сейчас.
Аэропорт был построен на берегу, и в конце тротуара лежал на днище небольшой катерна воздушной подушке. Водитель открыл люк, и они вошли в салон с кондиционированным воздухом. Там было с дюжину кресел, но они оказались единственными пассажирами. Корабль мгновенно поднялся на воздушном потоке, потом спустился к воде и понесся над ней, постепенно набирая скорость.
– Сейчас мы движемся к югу Суэцкого залива, – сказал водитель. – Слева вы могли видеть Синайский полуостров. Впереди и справа вы вскоре можете увидеть вершину горы Гариб, высота которой составляет тысячу семьсот двадцать три метра...
– Я был здесь раньше, – сказал Ян. – Можете не утруждать себя демонстрацией достопримечательностей.
– Спасибо, ваша честь.
– Ян, хочу послушать. Я даже не знаю, где мы.
– Видимо, география давалась тебе также тяжело, как и история.
– Не будь жестоким.
– Извини. Скоро мы войдем в Красное море и резко повернем влево, в Арабский залив, где всегда светит солнце, и где оно всегда горячее, кроме, разве что, лета, когда оно еще горячей. И как раз между этим замечательным солнцем и водой находится Дворец Магны, куда мы и держим путь. Вы ведь не британец, а, водитель?