Мир Родины
Шрифт:
На третий день он работал хорошо, и Кджелл вполне был удовлетворен его успехами.
– Сейчас я собираюсь оставить вас одного. Крикнете, если понадобится помощь – я буду в этом отсеке, – сказал он.
– Надеюсь, что это не понадобится. Все, что мне нужно, здесь есть, так что я вскоре все устрою. Спасибо за помощь.
– Это вам спасибо. Это оборудование годами дожидалось вашего прикосновения мастера.
Должно быть, Ян находился под постоянным наблюдением, или прослушивались его радиопереговоры. Возможно, и то, и другое. Он все еще снимал экран своего монитора, когда из-за ближайшего
– Давно ли вы проверяли свой страховочный линь?
Под зеркальным шлемом черты лица человека нельзя было различить. Ян вытащил конверт из кармана и протянул его в лучах своего рабочего фонаря. Это была истинная запись. Человек взял его из его руки, и тут же оттолкнулся, развернувшись уже на лету.
Из тьмы появился второй человек. Он двигался быстро, быстрее, чем Яну доводилось видеть, он даже не знал, что такое возможно в этих скафандрах. Человек был на встречном курсе и беззвучно врезался в первого, нажав на спуск лазера, который выставил перед собой за миг до удара.
Последовала микросекундная вспышка, струя ярко-красного света, в мгновение ока прожегшая большую дыру в костюме и человеке. Кислород вырвался из скафандра и застыл облаком крошечных блестящих кристаллов. Тревоги по радио не последовало, нападавший так направил лазерный луч, что уничтожил контроль скафандра.
Ян застыл в ужасе, а второй человек опустил лазер, поплывший, вращаясь, на лине за ним следом, и схватил мертвеца, включив при этом дюзы своего ранца. Вероятно, они могли работать на форсаже, потому что обе фигуры быстро полетели, удаляясь, а потом разделились. Уже не держась за мертвеца, нападавший круто развернулся. Труп летел все дальше и дальше, оставляя за собой, как комета, шлейф замерзшего кислорода, становясь все меньше, исчезая из виду.
Второй человек затормозил рядом с Яном и протянул руку. Долгое мгновение Ян, потрясенный быстротой и смертоносностью атаки, не понимал, что от него хотят. Затем он полез в карман и достал второй, протянув его. Он не мог справиться с дрожью, когда шлем человека придвинулся к его шлему.
– Хорошо сработано, – послышался далекий голос.
И он улетел.
19
Двумя днями позже, во время периода сна, Ян был разбужен резкими гудками фона. Моргая, он уставился на светящиеся цифры, указывающие время: выходило, что он проспал всего три часа.
Невнятно ворча, он включил фон, и очертания Сони Амарилио заполнили экран.
– Ян, ты там? – спросила она. – У меня экран темный.
Все еще надеясь вернуться ко сну, не включая света, он зажег инфракрасный прожектор. На экране он должен был предстать в черно-белом изображении, но для фона этого было вполне достаточно.
– Я как чувствовала, что ты спишь, – сказал Соня. – Извини, что я тебя разбудила.
– Все в порядке. Все равно мне пришлось подняться, чтобы ответить на вызов по фону.
Она сосредоточенно
– О, шутка. Очень хорошо, – улыбка исчезла. – Дело, по которому я звоню, очень важно, потому что ты должен немедленно вернуться в Лондон. Это необходимо.
– Я вообще-то еще не закончил здесь.
– Сожалею. Но тебе придется оставить работу. Это трудно объяснить.
Ян испытал вдруг холодное чувство, что это не ее инициатива, что ей приказали обратиться к нему. Он не хотел на нее давить.
– Что ж, хорошо. Я свяжусь с управлением челночных полетов и позвоню тебе...
– В этом нет необходимости. Корабль вылетает через два часа, и для тебя заказано место. Времени тебе хватит?
– Да, как раз. Я позвоню тебе, как только буду на борту.
Ян прервал связь и включил свет, зевая и почесываясь. Кому-то нужно, чтобы он покинул станцию и поспешно возвратился в Лондон. Наверняка это Служба Безопасности. Но почему? Ответ казался достаточно очевидным. Люди не исчезают в космосе просто так. Хотя один исчез. Возможно ли это? Ян испытывал весьма неуютное чувство, что он прав.
Обратный полет был достаточно легким – он уже вполне привык к невесомости и почувствовал странную тяжесть, спускаясь по трапу на землю. За несколько дней он как нельзя лучше освоился с уменьшенной силой тяжести на станции. Полет через Атлантику тоже прошел без приключений, но, сходя с самолета в Хитроу, он чувствовал себя отдохнувшим.
Снаружи оказалась та же погода, которую он оставил несколькими днями раньше, и он поспешил, дрожа, в поджидающий его автомобиль, оставленный на стоянке. Наконец, наступила оттепель, и снег превращался в слякоть. Но человеку, привыкшему к окружению компьютеров, было еще холодно. Пальто оказалось в багажнике, и он быстро натянул его.
Когда он вошел в квартиру, то прежде всего заметил горящие на экране фона буквы: «ВАС ЖДЕТ СООБЩЕНИЕ». Он нажал на кнопку и прочел на экране:
«Я БУДУ ЖДАТЬ ТЕБЯ У СЕБЯ В ОФИСЕ. НАВЕСТИ МЕНЯ, КАК ТОЛЬКО ПРИБУДЕШЬ».
Это нисколько не противоречило тому, что он ожидал. Но Служба Безопасности и его шурин подождут, пока он вымоется, переоденется и поест чего-нибудь вкусного. Еда на станции была холодной, питательной и однообразной.
За едой Яну в голову неожиданно пришла мысль, что, увидев Смитти, он может сделать еще одно дело. В самом сердце Безопасности! Опасно! Но трудно удержаться. Опорожнив карманы и переодевшись, он спрятал маленькое устройство, которое сконструировал не без труда. Теперь ему предстояло узнать, как оно действует.
Центральное Управление Безопасности представляло собой большой серый комплекс бетонных зданий без окон., протянувшийся вдоль северной стороны Мэрилибана. Ян бывал здесь прежде, в центральный компьютер старательно запомнил этот факт. Когда он вставил свое удостоверение в паз перед дверью гаража, оно мгновенно вернулось в ладонь, и дверь откатилась вбок. Он оставил машину в «кармашке» для посетителей и вошел в лифт, который самостоятельно доставил его на этаж, где располагалась приемная.
– Добрый день, инженер Кулозик, – сказала девушка за массивным столом, глянув на экран. – Будьте добры, войдите в лифт номер три.