Мир Творца

Рин Ай

– Как хочешь, – улыбнулась женщина. – Одной заботой меньше.

Она вышла из комнаты, а Борис отправился в библиотеку. Он шел по институтским коридорам и ловил себя на мысли, что они такие и не такие, как были прежде. Как-то изменились «живые картины», лестницы поворачивали не всегда туда, куда было нужно. В общем, перестройка была заметна невооруженным глазом. Но мальчугану все нравилось. Прежде всего он радовался тому, что может спокойно, без излучателя идти по зданию Института, не опасаясь нападений из-за угла.

Добравшись до центрального коридора, парнишка вызвал

монорельс и поехал в библиотеку. Вскоре он уже был у цели. Двери библиотеки совершенно не изменились. Они были закрыты, как и в прежние времена. Борька поскребся о косяк и сказал:

– Вой Войыч, это я! Пусти, разговор есть!

За дверью послышался шум отодвигаемого засова. Мальчуган огляделся по сторонам и скользнул внутрь библиотеки. Он закрыл за собой дверь и стал искать глазами Вой Войыча. Наконец он заметил чуть наискосок бесформенное белесое свечение.

– Вот ты где! – обрадовался Борис.

– А где ж мне еще быть? – грубовато ответило существо.

– Вой Войыч, послушай! Ты мне как-то говорил, что одновременно чувствуешь и положительную, и отрицательную энергию. Скажи, после того, как мы с Творцом расправились, ты в Институте ничего ТАКОГО не ощущаешь?

Белесое свечение метнулось к двери, затем назад и приняло форму длиннобородого старца. Он прошел к ближайшему столу и уселся прямо на него.

– Вот что я скажу тебе, друг мой Борис, – медленно произнес старец, поглаживая рукой длинную бороду. – Конечно, такого выплеска отрицательной энергии, как раньше, я не чувствую, но я четко ощущаю присутствие чего-то постороннего. Возможно, это связано с перестройкой здания Института и воссозданием различных организмов, но… в воздухе витают отрицательные волны, и я, к сожалению, не могу понять, от кого они исходят.

– То есть ты думаешь, Творец остался жив?

– Я ничего не думаю, а говорю, как есть.

– Что же делать?

– Ничего. Все, что мог, ты уже сделал.

– Вой Войыч, у меня еще и артефакты пропали – Талисман и жезлы Линн. Не подскажешь, где их искать?

– Надо будет, они сами тебя найдут! – многозначительно сказал старец.

– А что с Леной? У нее действительно амнезия?

– То, что нужно, она помнит, – уклончиво ответил Вой Войыч.

– Вечно ты загадками говоришь, трудно с тобой общаться, – махнул рукой Борис.

– Ответы каждый получает сам!

– Ладно, пока! Ничего я от тебя не узнал…

Парнишка вышел из библиотеки и медленно побрел вдоль коридора в сторону столовой. Вдруг его сзади окликнули. Борька оглянулся и увидел Макса.

– Борис, тебя Прокоп вызывает к себе! – сказал парень.

– Иду! – кивнул мальчуган и отправился к профессору.

Там он увидел и Аглафиру Кировну.

– Присаживайся, Борис! – указал на кресло Прокоп Тихонович. – Нам с тобой разговор предстоит.

Мальчишка сел, не зная, чего ему ожидать от профессоров.

– Вот что, Борис, – задумчиво сказал Прокоп Тихонович, – по результатам анализов, которые мне предоставила Аглафира Кировна, состояние твоего здоровья еще далеко от идеального. Тебе предстоит долгий восстановительный процесс. Я бы, конечно, помог тебе с помощью Колпака

Значения, но почему-то в последнее время он на тебя неадекватно реагирует. Посему я принял решение отправить тебя домой в сопровождении твоих друзей – Анны и Геннадия. Придешь в норму, поправишься… А мы к тому времени закончим восстановительные работы по Институту и прилегающей к нему территории. А там – и в гости можешь приехать! Желе-вагон, станции и полотно мы восстановили.

– То есть я вам больше не нужен? – вспыхнул паренек.

– Что ты, что ты! Нужен, конечно! – замахал руками профессор. – Только на данном этапе тебе необходимо отдохнуть, а здесь ты этого сделать не сможешь. Поверь, я прекрасно узнал твой характер. Ты будешь хвататься за все дела, стараться помочь нам и в конце концов угробишь свое здоровье. Поэтому, молодой человек, собирайте вещи и сегодня же отправляйтесь домой!

– Но я еще столько не успел сделать! – раздосадованно протянул Борька. – Остались кое-какие вопросы, требующие ответов.

– Домой! – произнес Прокоп Тихонович тоном, не терпящим никаких возражений.

– Хорошо, – выдохнул мальчуган, понимая, что любое сопротивление бесполезно. – Я уеду, но очень скоро вернусь!

– Милости просим! – хором произнесли оба профессора.

Борис встал и собрался уходить. Затем он вдруг обернулся и сказал:

– Прокоп Тихонович, можно просьбу?

– Валяй!

– Лена попросила, чтобы я поддержал перед вами ее решение восстановить часть Темного Мира. Она хочет создать заповедник, населенный некоторыми формами жизни, не очень враждебными по отношению к людям.

– Час от часу не легче! – воскликнул профессор. – Прости, Борис, сразу ответить согласием я не могу. Будем думать с коллегами, решать…

– И еще… Можно мне попрощаться с ребятами?

– Конечно! Иди! А Аглафира Кировна предупредит о вашем отъезде Геннадия и Анну.

Борька вышел из кабинета профессора опустошенным. Ему уже не нужно было никуда спешить, ничего искать. Загадки и ребусы остались в прошлом, а впереди маячила совершенно обычная жизнь ученика средней школы. Парнишка дошел до своей комнаты и, к своему удивлению, обнаружил там свой рюкзак. Очевидно, Аглафира Кировна заранее принесла его сюда. Мальчуган заглянул в него на всякий случай, но жезлов, конечно, не обнаружил. Он надел рюкзак на плечи и отправился к выходу из здания Института. Он шел пешком, в последний раз окидывая взглядом родные коридоры. Из холла Борис вышел на улицу и увидел, что к нему быстро приближаются психолог Андрей, Лена, Влад и Макс.

– Слышали, ты уезжаешь! – сказал Андрей. – Жаль, конечно, но раз надо, значит надо!

– Говорят, здоровье нужно восстанавливать, – кисло произнес Борька.

– Ну-ну! Ты нос-то не вешай! – хлопнул его по плечу Влад. – Поправишься – приезжай! Будем вместе твои артефакты искать.

– А я с технической частью помогу, если что… – добавил Макс.

– Счастливо! – улыбнулась Лена. – Спасибо, что вытащил меня во время бомбардировки.

И под общее улюлюканье девушка наклонилась и поцеловала мальчишку в щеку. Лицо Бориса немедленно залилось краской.