Мир ведьмаков
Шрифт:
— Загадка?
— Она самая.
— А как ее разгадать?
— Не знаю. Думаю, ты подрастешь и узнаешь.
Ларион улыбнулся и невольно протянул руку, погладил Солона по голове.
Очень хотелось мальчишку ободрить, хоть так. Совершенно правильные у него были мечты. Вот только насколько выполнимые? От человечества остался едва один процент. Технологии, на которых держится цивилизация, уничтожены, и возродить их не хватает сил. Уйдет поколение, которое их видело, и они станут просто легендой, сказкой. Что дальше? Варварство и окончательное вымирание. Если повезет, то медленный, на протяжении столетий,
— Пошли? — предложил Солон. — Вдруг как раз сейчас допивают последнюю порцию лимонада?
Впрочем, мыслями он был еще тут, с тарелкой. Даже когда они уходили, не удержался и пару раз обернулся.
Лимонад, как оказалось, еще не кончился. Ларион сказал, чтобы мальчишке навели большую кружку, себе же заказал пива. Он был еще не очень голоден, и ему хотелось перед тем, как приступить к еде, посидеть с полчасика, поговорить с мальчиком. Можно, если тот не против, даже угостить его чем-то более существенным, нежели лимонад. Например, бифштексом из куриного крыса. Если, конечно, Солон не надумает убежать обедать домой. Наверняка он живет где-нибудь рядом.
Солон заявил, что купить себе лимонад он в состоянии, и даже вытащил из кармана тощий кошелек, в котором, кажется, лежала какая-то золотая вещица, но переубедить его оказалось совсем не трудно. Сдался он, услышав, что угощение ему положено как помощнику, причем весьма усердному.
Толстая, впрочем вполне еще миловидная, официантка принесла заказанное и поспешно двинулась прочь. С другого конца зала уже кто-то кричал, что просто жаждет хмельного. Ларион отхлебнул из своей кружки, убедился, что пиво здесь и в самом деле варят вполне сносное. Взглянул на официантку, остановившуюся возле нового клиента, и решил про себя, что она вполне еще ничего. И значит, имеет смысл действовать по заранее намеченному плану. Потом он взглянул на Солона, который присосался к своей кружке так, словно в ней был налита божественная амброзия.
И как раз в этот момент у него за спиной послышался не лишенный приятности, но весьма строгий голос:
— Солон Коноров, почему ты якшаешься с незнакомцами? Я тебе не раз говорила, что это опасно.
Вздрогнув и едва при этом не пролив лимонад, мальчик обернулся к обладательнице этого голоса и объяснил:
— Он не незнакомец, он самый настоящий ремонтник. Мы с ним насос починили. Теперь воды будет вдоволь.
— Вот как? И все равно…
— Нет, я буду сидеть рядом с ним и пить лимонад. А уроки у меня на сегодня сделаны.
— Ну хорошо, тогда мне придется с ним познакомиться. Но учти, если ты меня обманул…
Солон повернулся к Федорову и сказал:
— В общем, это моя мама. Она хочет с тобой поговорить. Поздоровайся с ней.
А парень умеет гнуть
Он оглянулся — и лишился дара речи.
— Значит, ты влип? — сказал Шестилап.
Федоров взглянул на него испытующе.
Черт знает, как определить, в самом ли деле улыбается эта кошачья морда? Нет у его скакуна человеческой мимики. Не дала природа. Хвост? С хвостом вроде все в порядке. Никаких лишних движений. Уши? Тоже в норме.
— Ну, не сказал бы… — наконец промолвил Ларион. — Не сказал бы…
— Слова тут не нужны, — ответил Шестилап. — Действовать надо, лезть буром. И все будет в самом лучшем виде. Главное — первым запрыгнуть ей на спину и схватить зубами за шкирку, а там уже все окажется в лучшем виде.
— Стратег, — буркнул Федоров.
— Еще какой! Ты, главное, слушай, что тебе друзья говорят. Я плохого не посоветую.
— Я тоже. И сейчас говорю, что тебе надо заняться охотой, а не забивать голову не своими проблемами. Вникаешь?
— А я чем занимаюсь? — фыркнул Шестилап и тотчас, доказывая, что так и есть, исчез в полузасыпанном подвале ближайшего дома.
Выбрался он из него минут через пять, покрытый паутиной, но явно довольный, и сходу отрапортовал:
— Есть. Крысюк, вкусный и прежирный, зараза.
— Очень вкусный? — улыбаясь, спросил Ларион.
— Очень.
Шестилап сладко выгнулся, так, как это умеют делать только кошки, — всем телом. Лишняя пара лап ничуть этому не мешала. Да и как она могла помешать большому коту следовать своей натуре?
— И тебе его мало конечно.
— Мало.
— Тогда пойдем поищем еще. За два дома отсюда, кажется, был перспективный подвал. Наверняка в нем живет кто-то вкусный.
— Нет, я знаю, о каком доме ты говоришь. Из него вкусняшкой совсем не пахнет. Пойдем лучше в другую сторону. Вот там что-то есть. Чувствую.
— Ну, тебе виднее, — сказал Федоров.
Они прошли по улице в нужном направлении. Дом, в подвале которого Шестилап хотел поохотиться, и в самом деле выглядел нетронутым. Чувствовалось, что в него никто давно уже не заглядывал. Очень давно. Слишком близко он находился к городу.
— Я пошел, — сказал Шестилап. — Там точно кто-то есть.
— Будь осторожен.
— Кому ты это говоришь?
Крадучись, совершенно бесшумно большой кот двинулся к дому. Вот он ненадолго задержался у входа в подвал, принюхался и потом скользнул внутрь.
Федоров взглянул на солнце. Судя по всему, время приближалось к обеду. И можно поспорить, что часа два в запасе еще есть. Кстати, почему не осмотреть дом, в подвале которого охотится его котик? Сомнительно, конечно, но вдруг охотники за сокровищами из Пушкино что-то просмотрели? Чем черт не шутит, когда Бог спит!