Миракула
Шрифт:
Геноиды. Те самые, которых презентовали неделю назад.
Брюнетка тем временем заняла свое место где-то в середине строя, а синеглазка, получив номер тридцать восемь, встала справа от меня, последней.
Ну хоть чудеса с цифрами стали понятны. Но вопросов только прибавилось.
Парень слева от меня почему-то вытянулся по стойке смирно и старательно скашивал глаза вправо, стараясь хоть как-то разглядеть прекрасную незнакомку.
Я же церемониться не стала. Повернулась к соседке и представилась:
– Я Надя. А ты?
– Аглая, –
–Странное имя.
– Официально AGL – 5. Но Аглая мне нравится больше.
Мне показалось, или улыбка на мгновение стала грустной?
Действительно, если бы не странные глаза, то и не поверишь, что рядом со мной стоит не человек, а синтетическая кукла. Впрочем нет. Таких совершенных людей не бывает. Даже в рекламных буклетах у моделей хоть один, да изъян найти можно. Здесь же все слишком правильное. Перебор, и от этого ощущение фальши. Рядом со мной подделка под человека и это, в общем, даже неприятно. Как будто меня уравняли с ожившим манекеном из витрины.
От необходимости общаться с этим творением неизвестного Пигмалиона меня избавила команда к началу испытаний. Мы всем строем дружно потрусили к потогонке. В получившейся таким образом очереди геноид оказался за моей спиной, что меня полностью устраивало.
У потогонки один вход и два выхода. Тот, что в конце – почетный. Для тех, кто прошел до конца. Тот, что в середине – для облажавшихся и сошедших с трассы. Пока народ в основном оттуда и выходил, причем в таком плачевном виде, что у меня неприятные мурашки по позвоночнику побежали. Задорные спортивные юноши из первых номеров вываливались из позорной двери на траву и лежали, пытаясь прийти в себя. Грязные, мокрые и глубоко несчастные.
Нет, конечно, для них это не окончательный провал. За каждый метр трассы, за каждое меткое попадание начисляются баллы. Всего можно набрать сотню. Рекорд прошлого выпуска – 89. Говорили, что тот человек дошел до конца, но не очень точно стрелял. Баллы шли курсантам в общий зачет. В зависимости от уже полученных результатов теоретических тестов по языкам, математике, физике и знанию устава, кому-то для общего зачета достаточно набрать на полосе препятствий необходимый минимум в двадцать пять баллов, а оболтусам приходится выкладываться на полную, в надежде хоть здесь компенсировать провалы в знаниях.
Во-первых, мне то как раз достаточно баллов тридцати – тридцати пяти. Все-таки на знании устава я немного налажала. Это если бы я всерьез хотела получить диплом. Потому что: во-вторых, мне вообще наплевать на эти баллы. Я не верю, что меня не возьмут на корабль, если я не получу общий зачет. Но все равно волнительно. Никто не знает заранее что там в потогонке. С теми, кто валяется на траве, нам общаться нельзя, а выпускников прошлых лет тут нет. Да и, говорят, что перестраивают полосу препятствий каждый раз. Общая сложность одинаковая, а элементы другие.
Вот из боковой двери вывалились сразу две девицы. Обе в грязи
Очередь еще подвинулась вперед.
Это уже интересно. Значит внутрь запускают не по одному, а просто с неким периодом и отставшие могут встретиться с теми, кто быстро проходит трассу следом.
На большом табло над судьями постепенно начали появляться первые номера и полученными ими баллы. В основном все заработали больше пятидесяти. Кто-то даже семьдесят выбил. Молодцы, детки.
Уверена, что вторая половина очереди ждет что же будет с геноидом-брюнеткой.
Кстати, а как она вообще будет стрелять? Что там насчет законов робототехники? Типа не причини вреда и тому подобное. Разве можно учить машину палить из пистолета? Хотя… ее же привезли военные. Наверное, это неправильный робот. Не гуманный. Машина-убийца в прекрасной оболочке.
Очередь ахнула. Я обернулась, но из боковой двери никто не появился. Я даже не сразу поняла, что все смотрят не туда. Один из юношей дошел до конца. Он сейчас тоже лежал на траве и ловил ртом воздух, но все-таки он победитель.
Я уставилась на табло. Спустя пару минут там появился результат: 87.
Обидно, наверное, парню. Рекорд предыдущего года не побит. Хотя, вероятнее всего, он тот, о ком будут рассказывать курсантам в следующем году, и кто-то будет пытаться перебить именно его результат. По общему мнению, абсолютный рекорд трассы в 97 баллов был недостижим.
Очередь впереди зашепталась. Я отвернулась от наблюдения за эмоциями чемпиона и успела увидеть, как геноид получает световой пистолет и заходит в потогонку.
Потянулись долгие минуты ожидания. Распахнулась боковая дверь, и шум разговоров впереди тут же стих, но на траву упал очередной курсант.
– Они так и не поняли суть испытания, – разочарованно произнес голос за моей спиной. Я с удивлением обернулась на геноида.
– А в чем суть?
– В том, чтобы ее понять, – пожала она плечами. Ее улыбку я бы назвала ехидной. Чертова кукла почувствовала, что я внутренне закипаю и добавила. – Я покажу. Увидишь.
Отвернулась от нее, как раз, чтобы увидеть, как силиконовая брюнетка появляется из двери в конце. Эта сволочь даже не запачкалась и не сбила дыхания! Хотя какое у нее дыхание. Она выглядела так, словно и не было никакой потогонки с ее грязью, водой и всеми препятствиями.
Брюнетка холодно оглядела валяющихся на траве, потом с непонятным мне выражением посмотрела на ожидающих в очереди, гордо встряхнула волосами и ушла в сторону белого грузовика.
Геноид позади меня презрительно фыркнула.
Это уже что-то интересное!
– А почему вас двое? – спросила я у нее. – Ведь понятно же, что сие испытание для таких как вы детская забава. Можно было все проверить и на той, – кивнула я на грузовик.
– Мы все разные, – вежливо улыбнулась кукла, – и моя сестра тоже не до конца поняла суть теста. Смотри.