Миромагия

Матюхин Александр Александрович

Цепляя мебель, господин Виноградов бросился прочь из гостиной. Бабушка Фима проводила его снисходительным взглядом.

— Не обращайте внимания. Это мой сын. Он такой лапочка. — обратилась она к призракам. — Можно узнать подробнее о сути вашего появления? И, да, первый призрак говорил, что вас будет много, а я вижу только пятерых. Так и задумано?

— Скоро придут остальные! — сообщил призрак. Голос у него был низкий и чрезвычайно хриплый. — Я предвестник перемен! Имя мое — Гайозет. Историк в прошлом, призрак в нынешнем и великий дух в будущем!

— Звучит

не очень впечатлительно. — пробормотала бабушка Фима. Семен поежился. Он бы ни за что не стал спорить с призраками. — Тогда у меня к вам, предвестник, несколько вопросов. У меня внук пропал. Только что, можно сказать, мгновение назад. Не знаете, где он?

— К сожалению. — вздохнул Гайозет. — Тайна волшебства мне неизвестна. Не для этого я прибыл.

— А ваши помощники?

— Они равные мне! — объяснил Гайозет. — В мире призраков нет помощников, подчиненных или начальства.

— Тогда объясните мне, в чем причина такого вселенского переполоха?

Остатки бровей Гайозета удивленно поползли вверх.

— В вас же сила!..

— Да, да, я это слышала. И про конец света тоже, а еще один безумный волшебник тут говорил о другом безумном волшебнике, который задумал уничтожить мир. Но неужели вы, призраки, думаете, что я поверю во всю эту чушь с первого слова? Или вам кажется, что я, Фимиана Семеновна, всю жизнь совершала безумные и непродуманные поступки? Может быть, вы решили, что появление призрака должно привести меня в благоговейный трепет, и я буду бежать за вами на цыпочках? Нет, уж. Я требую объяснений! И немедленно!

В этот момент в дверях гостиной возник господин Виноградов с бутылкой в одной руке и бокалом в другой.

— Кто-нибудь еще будет виски? Призракам не предлагаю!

— Ребенку спиртное нельзя! — рявкнула бабушка Фима, и ее любимый сын тотчас растворился за дверью.

Бабушка Фима вновь повернулась к призраку.

— Будут объяснения? — нежным голосом поинтересовалась она.

Видимо, Гайозет и рад был бы помочь, но совершенно не понимал, что происходит. В этом смысле Семен был с ним полностью согласен. Если бы спросили его, Семена, мнение на счет творящегося вокруг безобразия, вряд ли бы он нашел вразумительный ответ. Может быть, мир сошел с ума — и в этом конец света?

— Вы хотите, что я изложил историю с самого начала? — поинтересовался призрак.

— Я хочу, чтобы было понятно. — отрезала бабушка. — Все-таки, это вы просите у меня помощи, а не наоборот. Мой старушечий мозг привык к рационализму, знаете ли. И ему нужны доказательства. А без доказательств — какое мне дело до конца света?

В чем-то бабушка Фима была права, но Семен, хоть убейте, не мог понять, в чем именно. На всякий случай он торопливо вставил:

— И я тоже хочу знать, в чем дело! — а увидев взгляд бабушки Фимы, нацеленный на него, добавил. — Моя девушка только что пропала с бродячий волшебником! Я должен знать, что происходит.

Гайозет вздохнул.

— У нас так мало времени! — произнеср он.

— А вы попробуйте по-современному, быстро и кратко. — посоветовала бабушка Фима. — Многим помогает, знаете ли.

Гайозет вздохнул

еще раз, обнажая при вздохе округлость грудной клетки.

— Ну, почему люди становятся доверчивыми только после смерти? — спросил он у воздуха.

— Потому что потом уже все равно. — подсказала бабушка Фима.

Гайозет закатил глаза, так, что не стало видно зрачков, потом потер полупрозрачные виски полупрозрачной кистью и сказал:

— Слушайте. И не говорите, что не слышали…

(история призрака Гайозета, не краткая, но современная)

Семьдесят лет назад жил-был на земле юноша, которого звали Станислав. Имечко родители выбрали не просто так, а потому что считали, что их сын обязательно должен вырасти интеллигентным и творческим человеком. Где-то они вычитали, что люди с именем Станислав обязательно становятся гениями: режиссерами, руководителями театров, художниками или писателями. Родителей устраивал любой вариант.

К их огромному сожалению, Станислав не проявлял признаков гениальности, да и талантом ни в одной из перечисленных областей не блистал. Зато любил Станислав читать книги и выдумывать странные штуковины. Еще он хорошо чертил. Иногда родители убеждали себя, что черчение — это почти что рисование, и от чертежей до гениальных полотен рукой подать, но, как показало время, надежды были напрасными.

Станислав окончил школу, распрощался с детством на холодном полу актового зала, в обнимку с горячей одноклассницей Машей, потом поступил в университет на физика-теоретика и занялся юношескими делами. То есть зажил в общежитии, принялся искать несложную работу, пристрастился к пиву, девушкам и видео кассетам с немецкими фильмами. Таланта, и тем более гениальности, за ним как-то не наблюдалось.

И вот однажды что-то произошло. Станислав вдруг стал замкнутым, съехал с общаги в собственную квартиру, подтянулся по основным предметам, а затем и вовсе пропал из виду. Многие однокурсники даже стали забывать о рубахе-парне, который за ночь мог осилить десяток литров пива, переспать за раз с тремя, а то и четырьмя девушками, и рассказывать пошлые анекдоты до самого утра. Многие видели его исключительно в университете, а потом Станислав исчез и оттуда.

Поползли слухи, что Станислав влип в какую-нибудь серьезную переделку и теперь скрывается. Некоторые утверждали, что он переспал с дочкой ректора, и тот расплатился сполна. Третьи утверждали, что видели Станислава в объятиях девушки на вокзале. Четвертые просто говорили, что, должно быть, Станислав умер.

На самом деле, никто и никогда не узнает правду.

Университетские друзья так и остались в полной уверенности, что Станислав, скорее всего, мертв. Родители объявили розыск, который не дал результатов. На квартире Станислава обнаружили его нетронутые вещи и огромное количество книг, связанных с магией и волшебством. Соседи говорили, что часто слышали, как Станислав включал на полную громкость радио и что-то забивал, сверлил, разбивал и пилил. Через полгода поисков, Станислава объявили пропавшим без вести, а потом и мертвым.