Миротворец
Шрифт:
Одновременно с прогремевшим взрывом сержанты вскочили на ноги, выхватывая из-под пиджаков длинноствольные «беретты», но нападавшие их опередили. Из-под плащей длинными очередями хлестнули очередями два хорватских пистолета-пулемета «аграм-2000».
Взмахнув руками, полицейские рухнули на дощатый пол. Один упал лицом вниз и завалился на бок, рука с зажатым пистолетом ударилась о край площадки. Второй повалился на спину, хватаясь руками за пробитую шею, из которой фонтанировала густая бурая кровь.
Едва прогремел взрыв, Крутов подхватил стол за край тяжелой крышки и опрокинул. Толстые доски были отличной защитой от пистолетных
Боевики, которые уже собирались броситься к ним, отпрянули назад, под защиту каменных стен. Один из них, получив пулю в колено, с криком растянулся на полу, следующая пуля добила его, и в следующую секунду в крышку стола густо задолбили пули.
Родион оглянулся в поисках выхода из сложившейся ситуации, отчетливо понимая, что тринадцатизарядного магазина Керл надолго не хватит, и тогда их можно будет брать голыми руками.
Все, что сейчас смог бы добыть полковник, это пистолет, зажатый в руке убитого сержанта из военной полиции. До убитого было не больше трех десятков метров, но не твердой суши, а водной глади водоема.
«Интересно, какая здесь глубина?»— подумал Крутов, но его размышления прервали пули из «аграм-2000», выбившие целый ворох щепок из крышки стола. Теперь уже выбирать не приходилось.
— Прикрой, Керл. — Родион сорвался с места, прежде чем женщина успела сообразить, что и к чему, и перемахнул через перила.
Воды в пруду оказалось по колено, но, что главное, дно было твердым и жестким. Очутившись в воде, Родион изо всех сил бросился к убитому, как морской слон на мелководье, поднимая вокруг себя каскады брызг. Пули свистели над головой, но ни одна его не зацепила.
Рывок, еще один, и вот он возле самой площадки, прикрытый деревянным настилом. Ухватившись за ствол «беретты», Крутов рванул ее на себя, но убитый сержант держал оружие мертвой хваткой. Укрывшись за балкой, служившей опорой площадки, Родион разжал по одному пальцы покойного полицейского.
Наконец в его ладони оказалась широкая рукоятка тяжелого пятнадцатизарядного армейского пистолета. Большой палец привычно взвел курок.
Из холла метнулась стремительная серая тень. Почти не целясь, Родион трижды выстрелил, албанец выронил маленький черный автомат и полетел кубарем в воду.
Теперь по нападавшим был открыт перекрестный огонь. Один из албанцев громко закричал. Не знавший албанского языка, Крутов догадался, что он зовет на помощь остальных боевиков.
Сжав двумя руками «беретту», Родион опустился на левое колено, ловя в прицел вход в ресторан. Он успел подстрелить еще одного боевика, когда тот оказался в светлом прямоугольнике дверей. Следующий за ним боевик вскинул руку с зажатым в ней круглым предметом. Но тут же следующая пуля ударила албанца в руку, дробя кости предплечья, рука мгновенно повисла безвольной плетью, круглый шар гранаты покатился по деревянному настилу. Боевик надрывно закричал, пытаясь отпрянуть назад, но получил еще две пули в грудь и тяжело завалился на спину. Следом раздался оглушительный взрыв, яркая вспышка озарила стены башни. Сорвавшись с места, Крутов забрался на настил и бросился в холл. Возле дверей лежали трупы убитых боевиков, среди которых можно было рассмотреть и тело мертвого метрдотеля. Его белая рубашка была залита кровью. Нападающие расстреляли несчастного сразу, как только началась
Один из боевиков оказался жив, он лежал в углу, упираясь спиной в дверной косяк. Левая часть лица была в крови, левая рука вовсе представляла собой кровавое месиво. Но правый глаз зло пялился на Крутова, и в правой руке был зажат пистолет. Два выстрела прогремели одновременно. Смерть и на этот раз обошла Родиона, а вместо правого глаза боевика появилась черная с обожженными краями дыра.
Все было кончено. Со стороны кухни на Крутова пялилось несколько пар напуганных глаз, где-то в глубине зала жалобно поскуливали напуганные до смерти посетители. Из-за перевернутого стола выглянули Каролина и Моше. Родион махнул им рукой и только сейчас заметил, что ствольная коробка его пистолета находится в крайнем заднем положении, признак того, что все патроны расстреляны.
Опустив фиксатор, Родион поставил ствольную коробку в прежнее положение, потом подошел к площадке, где еще совсем недавно сидели военные полицейские. Второй сержант также был мертвым, его одежда была в крови, вокруг ног растеклась большая лужа бурой жидкости. На столе возле керамической пепельницы лежала связка ключей с электронным брелоком. Захватив ключи со стола, Крутов вернулся в холл, где его уже ждали Каролина и Моше Кацц, буравящие его ошалевшими взглядами. Он в очередной раз спас их и снова становился непризнанным вожаком, которому полковники двух разных государств были готовы беспрекословно подчиняться.
— Моше, останешься здесь, дождешься полиции и предъявишь свое удостоверение международного наблюдателя. А мне нужно срочно на базу, кое-что выяснить, — зло произнес Крутов, пряча за поясом брюк пистолет.
— Я сделаю все, как нужно, — глухо произнес израильтянин…
Еще десять минут назад «Крайслер» выглядел вполне пристойной машиной, теперь же это была груда искореженного железа, рядом стояли такие же изуродованные «Лексус» и «БМВ», возле последнего автомобиля лежал труп водителя, молодого человека в короткой кожаной куртке.
— Боже мой, — прошептала Каролина Флетчер, ладонью прикрыв рот. Только сейчас она осознала всю серьезность происходящего, но Крутов не позволил ей впасть в истерику.
— Керл, сейчас не до слез, — открывая дверцу «Хаммера», Родион ухватил женщину за руку, помог ей забраться в салон, сам быстро сел за руль внедорожника. Вставив ключ в замок зажигания, провернул. Мощный двигатель заработал ровным гулом, и машина в одном рывке покинула стоянку. Когда армейский вездеход влился в поток транспорта, Родион, изредка поглядывая на Флетчер, заговорил ровным спокойным голосом: — Каролина, слушай меня внимательно. Твоя честь и служебная карьера находятся в одной связке с моей свободой, и если сегодняшнюю комбинацию мы проиграем, все пойдет прахом.
Крутов не ошибся, полковник ВВС США, сделавшая сама себя, Каролина Флетчер осознала все сказанное партнером и, напоследок шмыгнув носом, мгновенно отбросила в сторону все сантименты и абсолютно спокойно спросила:
— Что я должна делать?
— Мне нужно, чтобы ты меня прикрыла. Что бы там ни произошло, ты должна меня прикрыть, в противном случае на эшафот идти придется вдвоем, — не отрываясь от дороги, произнес Родион.
— Я поняла, — твердо сказала Каролина, открыв сумочку, извлекла оттуда запасную обойму и привычным жестом заменила в пистолете пустую. Передернув затвор, дослала патрон в патронник.