Миротворец

Стрельцов Иван Захарович

Матерсон долго раздумывать не стал и с готовностью кивнул.

— Я согласен, с чего начинать?

— Начни сначала, — хмыкнул Крутов, продолжая манипуляции с зажигалкой.

— Три года назад, во время моей очередной командировки в Кувейт, черт занес меня в казино. Тогда мне крупно везло, вначале я выиграл в рулетку больше ста тысяч долларов. Нужно было сразу уйти, а я остался. Меня буквально загипнотизировали желтые глаза дьявола…

— Меньше лирики, Матерсон, — прикрикнул на капитана резидент. — Вы же юрист, вот и излагайте факты.

— Да, да. Так вот, ближе

к полуночи я спустил весь свой выигрыш и начал играть в кредит, а к утру у меня оказался долг перед казино больше трехсот тысяч долларов. Таких денег у меня, конечно же, не было. Хозяин заведения хотел меня продать в рабство бедуинам, вот тогда и появился Джафар.

Джеймс Гучас хотел что-то сказать, но его опередил Кругов:

— Брюс, вы часто посещали это игорное заведение?

— Нет, — замотал головой капитан. — Я попал туда первый раз, и это было чистой случайностью.

— Странно, — удивился Крутов, — насколько мне известно, казино открывает кредиты лишь своим постоянным клиентам. Это первое. И второе, нам известно, что вы были знакомы с Джафаром, когда оба служили в «Форт Брегге». Не с ним ли вы играли в рулетку?

— Я не был знаком с Джафаром в «Форт Брегге», — буквально взвился Матерсон, но внезапно осекся под тяжелым взглядом русского полковника, не догадываясь, что тот блефует, и тихим обреченным голосом продолжил: — Еще в Штатах я был должен ему крупную сумму денег, которой у меня не было.

— Поэтому вы и уехали на Ближний Восток? — продолжал напирать Крутов.

— Поэтому и уехал.

— Вот где и произошла вербовка, рыбка заглотила наживку, — произнес Родион. Он сунул в карман спортивной куртки зажигалку и продолжил свою мысль: — Долг за время просрочки вырос до астрономических размеров, потому поступило предложение поставить его на кон, чтобы отыграться. Вы рискнули, и долг увеличился вдвое.

После этих слов Брюс Матерсон лишь закрыл лицо руками, его плечи задрожали. Моше Кацц почесал переносицу и вопросительно посмотрел на Крутова. Но тот даже не глянул на него, продолжив разоблачение военного юриста.

— Не было случайности. Вас, Брюс, конкретно завербовали, и перевод в Косово также не был случайностью. Именно тогда начались переговоры о выдаче Югославией США крылатых ракет.

— Это правда? — прорычал Джеймс Гучас, сверкнув глазами. Окурок в его зубах принял почти вертикальное положение. Брюс Матерсон, не отрывая рук от лица, лишь закивал. — Подонок.

— В общем, с этим фактом мы разобрались, — ровным голосом продолжал Кругов. — Теперь меня интересует другой вопрос. После того как я заявил, что через несколько дней станет известно местонахождение логова Джафара, вы нам предложили посетить «Албанскую корчму», а сами тут же связались с ним. И что решили? Я жду ответа, Брюс.

Матерсон убрал руки от лица и заговорил:

— Я предложил выкрасть вас из «корчмы» и потом ликвидировать, скрыв труп, чтобы потом объявить о вашем побеге и тем самым отвести от себя подозрения. А Джафар сказал, что все решит сам, а мне приказал направить следствие в направлении Косова.

— Умно, ничего не скажешь, — поджав губы, скупо констатировал Крутов и

уважительно добавил: — Вы действительно толковый юрист, жаль, что свои знания повернули против своих же соотечественников. И последний вопрос. Где находится Джафар, вы, естественно, не знаете?

Брюс Матерсон замотал головой.

— Ну, понятно, — зловеще произнес Родион, надвигаясь на капитана. — И как же вы связывались?

— Я звонил ему на спутниковый телефон.

— Что ж, думаю, пришло время позвонить вашему патрону. — Крутов посмотрел на Гучаса и сказал: — Нам понадобится специалист по спутниковой связи.

— У нас есть такой человек, — спохватился резидент. Покинув номер, он вернулся через несколько секунд в сопровождении дюжего охранника, который препроводил арестованного на первый этаж. На мгновение замешкавшись у выхода, резидент отчетливо и громко, чтобы его слышал безмолвно сидящий Моше Кацц, произнес: — Мистер Крутов, прошу прощения за то, что мы вас подозревали в предательстве. К тому же хочу совершенно искренне добавить — вы опасный противник, и слава богу, что мы союзники.

На эту высокопарную тираду Родион снисходительно усмехнулся и ответил:

— Извинения принимаются, а теперь давайте займемся Джафаром. Хотелось бы поскорее познакомиться с ним вживую…

Глава 3

Свет в конце туннеля

— Хорошо, как начнут развиваться события дальше — позвонишь, — прежде чем отключить телефон, произнес Джафар. Бросив трубку на стол, он прошел в соседнюю комнату, где после вечерней молитвы наслаждался прохладным айраном Ибрагим Фарук.

— Как дела? — спросил суданец вялым, утомленным голосом.

— Твои уголовники прикончили не только русского, но и нескольких американских военных копов, правда, и сами понесли потери, — сообщил бывший «зеленый берет».

— Ничего страшного, — миролюбиво произнес Фарук, — шпаны в этом городе полно. Если потребуется пушечное мясо, всегда сможем нанять, сколько потребуется.

Джафар искоса посмотрел на Ибрагима, но ничего не сказал. Тот сильно изменился за то время, что прожил в Албании. Расслабился, стал вялым, инертным, как будто внутри суданца разрушился поддерживающий его изнутри стержень. Причину американец знал: Фарук обзавелся домом, семьей (шутка ли, три жены), наконец он получил то, чего никогда в жизни не имел. Опытный воин, Джафар знал, что на войне такие люди долго не живут, они раскрыты для удара. Подобная расслабленность и увлечение комфортом стоили жизни многим лидерам палестинских боевых организаций, за которыми охотились израильские спецслужбы.

Впрочем, жизнь суданца Джафара нисколько не интересовала, главное — выполнить собственное задание, а уж потом, если понадобится, он сам лично отрежет голову Ибрагиму. Опустившись на ковер, американец скрестил по-турецки ноги и взял большую пиалу с айраном.

Мысли постепенно перестроились на другой лад. Если после гибели русского эксперта международная следственная группа будет продолжать искать похищенные ракеты в Албании, придется затаиться и ждать, когда заказчики обеспечат «коридор».