Миры темных эпох

Шервуд Дионисий

Глава 6

Изрядно поредевшие холмы остались далеко позади наших спин, земля выровнялась в зеленовато-коричневую скатерть, а березки становились все ниже, приземистее и корявее.

"И что же это делается! – вертелось в голове. Монотонный и размеренно-быстрый темп нашего отряда отрешил меня от окружавшего нас мира и все мои мысли и вопросы ушли глубоко внутрь, –

куда забросило меня! В каком направлении и как далеко мой дом? Где мой лучший друг и хранитель Артос и что с ним приключилось? Жив ли мой ворчливый и строгий старик?"

Мысли пчелиным роем кружили и неприятно щекотали мой разум. Где-то под ребрами снизу вдруг все накрыло леденящим вихрем от стрелой влетевшей в душу мысли, что я больше никогда не увижу родных краев.

"Да и зачем? – нашептывало мне нечто, – вспомни покрытую кровью и телами набережную, все друзья твои остались там. Лишь одному тебе невероятно повезло!"

Я зло мотнул головой отгоняя непрошеную гостью и сделал несколько глубоких вдохов освобождая грудь от внутреннего холода. Что бы меня больше не изводили подобные мысли, я попытался найти другую захватывающую тему для ума и первое, что пришло в голову, так это размышление на тему – кто же такие эти единобожцы и почему так важно быть таковым для этих людей? Я постарался сложить в голове мозаику из того, что мне уже удалось увидеть и услышать. В принципе ничего страшного пока не выходило. На практике это оказались очень дружелюбные и порядочные люди, но при этом и не простаки какие-то – если что, то и топор со щитом в руки возьмут и отпор врагу дадут. А как же мое чтиво про "подставить другую щеку"? О любви к врагам? Может их дела расходятся с их учением? Как же много еще непонятного в этой теме.

А главное и меня к исповедующим единобожие приписали! Может и правда отец окрестил меня в младенчестве, но Артос или кто-то другой просто не успели мне про это рассказать? В любом случае надо этот вопрос изучить, что бы впоследствии не попасть впросак, а то не так перекрещусь, невпопад помолюсь и неизвестно, что со мной сделают местные.

– Кажись скоро придем! – прогрохотал Кионд, развернувшись на ходу вполоборота к нам.

Я встрепенулся и огляделся. Глубоко уйдя в размышлениях я совершенно не обратил внимания на то, что на землю надвигались

сумерки. Прямо перед глазами красный диск солнца почти на половину опустился за горизонт и свет потихоньку уступал место серой мгле.

– Смотрите внимательнее по сторонам! Где-то рядом должна быть хижина, про которую говорил Хартмар, – обратился к нам Кионд.

Не останавливаясь он вытягивался на цыпочках и пытался разглядеть что-то впереди.

– Только далеко от дороги не разбредайтесь! Тут можно и в болотину угодить, а потом всю ночь грязь с одежды счищать будем.

Я чуть отошел в сторону от Кионда, что бы его широкие плечи не загораживали мне обзор и стал смотреть по сторонам ища хоть что-то напоминающее жилье. Иногда приходилось все же опускать голову и глядеть себе под ноги из-за попадавшихся кочек, об одну из которых я неосторожно споткнулся и едва не растянулся поперек дороги.

– Кажись вон там виднеется что-то, – звонко проговорил Колмак и подойдя к Кионду ткнул пальцем куда-то в темноту.

Колмак остановился и, подав голову вперед, вгляделся в указанном направлении.

– И впрямь что-то есть… – тихо сказал он, – орлиный глаз у тебя!

– Скорее совиный, – устало проговорил подошедший Бадеро, – и очень надеюсь, что он нас не подвел.

Мы осторожно начали пробираться в ту сторону, куда показал Колмак и старались не сойти с дороги, которая в этом месте изгибалась крутыми петлями. На всякий случай я постукивал перед собой и по сторонам палкой, до жути боясь провалиться в вонючую трясину.

Проплутав еще с четверть часа, мы вышли к небольшой хибаре стоявшей на низком холмике. Крутые досчатые ступени крыльца вели на широкую открытую террасу, покоившеюся на толстых сваях высотой с человеческий рост. Сам дом опирался всеми четырьмя углами на гигантский плоский валун наполовину вросший в землю. Стены дома были сделаны из хорошо подогнанных, но тонких, с мужское предплечье, бревнышек. Хотя и действительно – зачем изводить хорошие толстые бревна на жилье, которым пастухи пользовались лишь в летнюю пору?

Первым входной дверью скрипнул Кионд и зашел внутрь.

– Аккуратнее шагайте, – громко вынеслось наружу, – тут на полу хлам всякий валяется.

Конец ознакомительного фрагмента.