Миряне
Шрифт:
— Вот поэтому мне больше не наливать, — ответил я мужику, — больше ни капли в рот не возьму!
— А ты меня уважаешь? — вперился в меня пьяными глазами бригадир Семен.
— Если бы не уважал, то не отставился, — я резко вскочил, никогда не мог терпеть пьяных разговоров, — джентльмены, хорошего вам вечера, а у меня еще море дел.
Я не стал долго раскланиваться и двинулся к выходу, как вдруг заметил, что в другом углу отвешивают плюхи кому-то очень знакомому. Ёшкин кот, выругался я, это же Ванюха попал под раздачу.
—
Один гориллоподобный с бандитским лицом тип держал Ванюху одной рукой за воротник, а другой рукой в очередной раз влепил смачную затрещину. Рядом наблюдал за расправой невысокий жилистый седой мужик, лет сорока, тоже с лицом далеким от академической науки.
— Че надо? — обратился ко мне он.
— Ребята давайте жить дружно, — хрен знает, во что влип Иван, подумал я, — любые непонятки можно решить и мирным путем. Какие претензии к моему другу?
— Он нам денег должен — прошипел низким голосом, гориллоподобный.
— Сколько и за что? — ох и зря полез, пронеслось в моей голове.
— Пять серебряных в кости проиграл, — причмокивая, ответил седой.
В моем кошеле, который болтался на груди, осталось после всех трат всего две серебряных и пять медных монеток. О том чтобы расплатиться не было и речи. Может быть, чуть-чуть поколдовать и отыграться? В крайнем случае, врежу им как следует и свалю. Силы мне теперь не занимать.
— В кости проиграл, — усмехнулся я, — так зачем же бить по лицу? Это же не гигиенично. Рассказывайте правила, мне сегодня везет.
— Отпусти этого, — скомандовал своей горилле седой, — давай сыграем, если тебе сегодня везет.
Оба бандюгана развеселились.
— Ноги надо делать, Миня, — шепнул мне Ванюха, — разденут.
— Поздно пить боржом, когда почки отвалились, Иван, — я хлопнул его по плечу, — садись рядом смотри чтобы они не мухлевали.
— Правила простые, — захрипел пропитым голосом седой, — метаем три кубика разом по три попытки, у кого очков больше того и деньги.
— Были ваши, станут наши, — хохотнул, горилла и тут же получил локтем в бок от седого.
— Ну, зачем так, все исключительно зависит от везения, — стал рассуждать невысокий бандит, — вот твоему другу вчера повезло, а сегодня нет. Всякое бывает.
— Как очки считаются? — я в наглую забрал у гориллы кубики, вложил их в кружку и потряс.
Сосредоточившись на сочетании два, три, шесть, я выкинул содержимое на стол. Кубики послушно разложились на два, три и шесть.
— Здесь сколько? — спросил я бандитов.
— Нисколько! — заржал гориллоподобный.
— Самые ценные, это единица и пятерка, — пояснил седой, — одна единица, десятка, две единицы сотня, три — это тысяча. Одна пятерка — это пять, две — пятьдесят, три — пятьсот. Остальные цифры имеют цену, если выпадают сразу по три штуки. Например, три шестерки — это шестьдесят. Такой расклад ничего не
— Понятно, какая стандартная ставка? — спросил я у бандитов.
— Минимальная ставка для серьезных людей один серебряник, — ответил седой.
— Враки, — тут же на ухо мне шепнул Ванюха, — вчера минимальная ставка была медяк.
Понятно, подумал я, дали пареньку выиграть вчера по-мелкому, а сегодня по-крупному обули.
— Серебряник, так серебряник, — сказал я, достав серебряную монету, — ходи первый.
Седой криво усмехнулся и стал долго трясти кости в кружке. И тут я почувствовал, как будто воздух вокруг потеплел, что мужичок не прост, он гад такой колдует. Я тоже напрягся и представил, что выпадают двойка, тройка и четверка. Бандит вывалил кости на стол, и увидел, что кубики разлеглись на двойку, четверку и пятерку. Это значило, что у седого после первого хода стало пять очков. От недовольства скривились оба и я, и он. Дальше так же внимательно затряс кружку с костями и я. Представлю две пятерки, не к чему раскрывать все козыри сразу. Вот собака, почувствовал я и контр колдовство седого. Интересно, а он чувствует мои игры с воображением?
— Метай уже не томи, — прогудел гориллоподобный бандит.
Я метнул, и у меня выпало две пятерки и тройка, седой от злости скрипнул зубами. Это значило, что у меня пятьдесят против его пяти. Еще пару ходов я решил для себя не колдовать, а колдовать под руку бандиту. Как итог седой пару раз выкинул по единице, а я вообще ничего не набрал. Зато и напрягался меньше.
— Гони серебряник, — потребовал я у бандита, — счет двадцать пять на пятьдесят в мою пользу.
— Еще играем, — психанул седой, швырнув на стол серебряный кругляш, — ставка две монеты, серебряные. Ходи первым.
— Чего так расстроился, сегодня мне повезет, завтра тебе, это же просто забава, — я взял костяшки и стал трясти, загадав две единицы.
Я подмигнул горилле и выбросил кубики на стол, единица, единица и тройка.
— Сотня! — обрадовался молчавший за моей спиной Ванюха.
— Рано радуетесь, — прошипел седой.
— Морячки не хотите развлечься? — к нам подошла накрахмаленная страшная местная проститутка.
— Згинь! — выпалил резко седовласый бандит.
— Зачем же так грубо с дамой, — ничуть не обидевшись на грубость, игриво сказала продажная девка и пошла, клеить других посетителей харчевни.
Этот кон я сыграл точно так же как и второй, колдовал под руку седому, а себе выкидывал, не задумываюсь. Как итог сто на пятьдесят в мою пользу.
— Может, сыграем по последнее сразу на пять серебряников? — спросил я, пряча еще две монеты, сейчас у меня как раз была требуемая сумма, — да расслабьтесь, играем на долг моего друга. Ходи, если не слабо, — я улыбнулся злющему седому.
— Мы еще посмотрим, кому здесь слабо, — бандит схватил костяшки и яростно стал их трясти в кружке.