Мистер Клёвый
Шрифт:
— Я очень рада, — чуть ли не стреляя ядом, ответила я, отворачивая голову от дерзкого соседа.
Он замолчал, продолжая стоять рядом, а затем, словно обдумав что-то, легонько пожал плечами и снова обратился ко мне:
— Пошли.
— Куда? — я резко вздёрнула голову, глядя на него, но не выделила никаких особых эмоций на его лице. Иногда мне кажется, что у него вместо лица кирпич приделан. Стопроцентная прочная непробиваемость! Poker face*!
— Ко мне. Ты же не будешь спать на лавочке? — буднично произнёс парень.
—
— А что мои родители? Я послушный сын, который учится на «отлично», всегда помогает по дому и вообще хороший пример для подражания, — улыбнулся Сехун и первым пошёл к входной двери.
Я взяла портфель и потащилась следом. В конце концов, это правда, он — примерный парень, и родители у него добрые… Наверное, они не будут против моей одноразовой ночёвки.
Сехун открыл дверь и пропустил меня внутрь квартиры. Свет горел только в одной комнате, скорее всего, это была гостиная, потому что оттуда доносились звуки работающего телевизора.
— Проходи, — спокойно сказал он, забирая и вешая на один из многочисленных крючков мою сумку с принадлежностями.
Я осторожно разулась и прошла немного вперёд по коридору, оглядываясь на все стороны в поисках хоть кого-нибудь из его семейства.
— А где твои родители? — как можно более радостно спросила я, наблюдая за тем, как он стягивает свои дорогие кроссовки.
— Уехали по работе, — безразлично ответил парень и, избавившись от обуви, устремился к дверям своей комнаты. Открыв её, он оглянулся и, дружелюбно улыбнувшись, сказал, — Не стесняйся так, чувствуй себя как дома.
Как же тут чувствовать себя так, если я нахожусь наедине с парнем в его квартире без родителей! Раньше что ли не мог сказать?! Да у меня уже давно должно было остановиться сердце или крыша поехать от страха… Хоть что-нибудь произойти, что показало бы мой внутренний шок. Вот тебе и потеряла ключи!
Тяжело вздохнув, я последовала за ним, чувствуя, как в горле образуется что-то похожее на колючий ком, царапающий меня изнутри. Как только я очутилась в комнате Сехуна, меня словно ударили по голове. Некоторое время я просто молча рассматривала одну из стен, а затем, не выдержав, разразилась громким хохотом.
Вместо предположительно моих фотографий, на стене висело около десятка плакатов с Джастином Бибером, в разных позах.
Не быть мне ничьей музой, а уж тем более его!
— В чём дело? — недовольно посмотрел на меня, заливающуюся слезами от смеха, Сехун.
— Н-ни в чём, — откашливаясь, замахала руками я, отворачиваясь от него и быстро смахивая выступившие слёзы.
Вот уж давненько так не смеялась!
— Что смешного? — продолжал настаивать с вопросами он.
Я повернулась лицом к парню и, выпрямившись, смело взглянула ему в глаза:
— Ты не увлекаешься фотографированием?
— Нет, — качнув головой, ответил Сехун.
— А в автобусе, около двух недель назад,
— Нет, — так же спокойно отвечал он.
С этого момента, мой внутренний покой выровнялся. Значит, это был просто глупый, подсознательный сон! Это не к нему я жалась тогда, и ему я не нравлюсь как девушка.
Как всё, оказывается, замечательно!
— Ложись здесь, — пока я прощала саму себя за глупые мысли о соседе, казавшемся мне помешанным сталкером, он приготовил мне свою постель, а сам уже хотел было уйти, но я остановила его.
— Можешь остаться здесь? — спросила я, вглядываясь в тёмные омуты его глаз, которые, как ни странно, всё ещё влекли меня, словно пчелу на мёд.
— Уверена? — чуть заметно улыбаясь, спросил он. Вместо ответа я кивнула, и Сехун, открыв свой шкаф, выудил спальный мешок, укладывая его на полу.
Мне было ужасно неловко заставлять его спать не на кровати, будто не он здесь живёт, а я, но и отпускать не хотелось, потому что была уверена, если останусь одна, то точно не усну, находясь в чужом доме. К счастью, родители должны приехать завтра рано утром, а значит, мне нужно просто перетерпеть одну ночь.
Повозившись с вещами ещё полчаса, я ушла в душ, а Сехун лёг спать. Всё-таки, несмотря на мою невнимательность, я довольно везучая. Мне не пришлось спать на улице, и парень, с которым я обычно пререкаюсь по любому поводу, ведёт себя до ужаса мило и учтиво. Возможно, он совсем не такой, как я думала.
Ополоснувшись тёплой водой с мылом, я натянула любезно предоставленную им широкую футболку, почти достающую мне до колен, и, заплетя широкую косу, выскользнула из ванной, на ощупь следуя к комнате Сехуна. Я не хотела включать свет, ведь, вполне вероятно, он уже давно спит, поэтому просто тихо ступала по ковру, направляясь к знакомой двери.
Непривыкшие к темноте глаза не сразу заметили тень и, конечно же, я лбом стукнулась во что-то упругое. Что-то, оказавшееся грудью парня. Неловко подняв голову, я едва различила очертания его лица, как в следующий миг, оказалась прижата к сильному стройному телу.
— Сехун? — тихо спросила я, но вместо ответа почувствовала, как тёплые влажные губы нежно скользнули по моему подбородку, целуя его. Затем, не давая мне повода отстраниться, жадно накрыли мои губы, раздвигая их и овладевая всей ситуацией.
В голове, как ни странно, было пусто. Ни мыслей, ни страха, только ощущения.
Когда я читала о поцелуях или смотрела различные фильмы, мне всегда казалось, что это нечто волшебное. Что-то настолько приятное, что хочется продолжать целоваться бесконечно.
И, теперь, ощутив это в реальности, я не могла сказать, что это похоже на волшебство. Скорее, поцелуй напоминал мне, что я касаюсь другого человека. Очень лично касаюсь. Словно между нами совершенно отсутствует пространство, словно я внутри него, а он — внутри меня.