Митроны
Шрифт:
Ригби усматривает в чистках элиты рациональный элемент. Целью было «держать ребят в узде» (по выражению Аль Капоне, относившемуся к Муссолини). Сталин, как это ни парадоксально, после поражения левой и правой оппозиций, вполне возможно, оказался перед лицом нового вызова своему властолюбию. Роберт Конквест предлагает воспринимать чистки скорее в «статистическом ключе… чем применительно к отдельно взятой личности»; целью было лишь репрессировать «необходимое число», чтобы произвести должное впечатление [202] . Впрочем, это было нечто большее, чем просто демонстрация силы, способности к убийству. Что-то вроде «Ночи длинных ножей» Гитлера или даже уничтожения ленинградской группы в конце 1940-х гг. и может быть выражено терминами, присущими гангстерским битвам в борьбе за власть. Однако уничтожение трёх четвертей представителей сталинской элиты 1934 г., не говоря уже о массовых репрессиях на более низких уровнях общества, — никак не укладывается в эти рамки [203] .
202
Rigby Т.Н. Was Stalin a Disloyal Patron… P. 314f.; Conquest R. The Great Terror. P. 118.
203
Вполне вероятно, что Сталин искал способ «держать ребят в узде», а потом всё вышло из-под контроля. Об этом см.: Thurston R. Life end Terror in Stalin’s Russia… P. 130.
Репрессии, по мнению некоторых советологов, необходимы были для обновления элиты в коммунистической системе как для того, чтобы «держать ребят в узде», так и для пополнения элиты новыми группами.
204
См. ставшее классическим изложение этой теории: Brzezinski К.Z. The Permanent Purge: Politics of Soviet Totalitarianism. — Cambridge, 1956.
205
В поздний сталинский период политическая элита в некоторых странах Восточной Европы подвергалась репрессиям.
Даже принимая массовые репрессии 1937–1938 гг. как уникальное явление, часть историков делают упор в своих исследованиях на замещение одного поколения руководителей другим. Роберт Даниелс утверждает, что «в 1937 г. фактически каждый участник советской общественной жизни в возрасте свыше 37 лет был устранён со сцены». Роберт Такер, автор самой полной на Западе биографии Сталина, предпринял одну из наиболее исчерпывающих попыток описать процесс массовых репрессий. Он рассматривает XVII съезд 1934 г. как «окончательное отчуждение от большевистской партии» Сталина. «Целое поколение членов партии, кто не смог пройти тест на верность, должны были уйти. Их место должно было занять новое поколение «настоящих большевиков», представители которого не провалят этот тест, которые признают революционный гений Сталина, и которые будут преданно следовать за ним в политике вне зависимости, куда он их поведёт» [206] .
206
Daniels V.R. Is Russian Reformable? Change and Resistance from Stalin to Gorbachev. — Boulder, 1988. P. 77; Tucker C.R. Stalin in Power. P. 265.
Такер, описывая этот процесс, прибегает к исторической метафоре:
Сталин… желал великих перемен, изменения всего советского порядка [не останавливаясь на коллективизации и индустриализации]. Предпринятый им комплекс политических мер должен был усилить военную мощь и централизацию власти в новом Московском советском государстве. Сформировавшаяся к тому времени партийная аристократия — в своём большинстве старые большевистские гранды — выступали в роли его изменников-бояр. [Между тем] революция… требует созидания так же, как и разрушения. Правящая верхушка… должна была быть не только смещена, её нужно было пополнить новыми людьми — теми, кто готов принять требования, предъявляемые новым порядком.
По мнению Такера, эти изменения имели также и психологическое измерение. Рождённое революцией поколение политиков, которое включало и сталинистов, должно было уйти целиком, так как их система взглядов не соответствовала замыслам Сталина. И он пытался внедрить в сознание новобранцев свои идеи через «Краткий курс» истории партии 1938 г. Биограф Сталина Дмитрий Волкогонов, объясняя чистки элиты, также исходит из поколенческой теории. Главная причина, по его мнению, заключалась в том, что Сталину были нужны «функционеры более молодого поколения, не знавшие его раннего» [207] . Шейла Фицпатрик тоже придаёт большое значение этому фактору, хотя она рассматривает проблему с совершенно другой стороны. Анализируя перестановки в составе ЦК, а также на более низких уровнях власти, Фицпатрик концентрирует своё внимание на рациональных основаниях продвижения в ряды элиты, она рассматривает скорее судьбы тех, кто выиграл от этого процесса, чем погибших [208] . К первым принадлежали продвигавшиеся по служебной лестнице члены партии (выдвиженцы), мужчины и женщины, получившие образование зачастую уже в советскую эру, а не во времена царизма. Они теперь получали высшие посты. Часто их называют брежневским поколением.
207
Там же. P. 3 19, 528, 530, 538; Волкогонов Д. Триумф и трагедии: Политический портрет И.В. Сталина. — М., 1989. Т. 1. Ч. 1. С. 95.
208
Fitzpatrick S. Stalin and the Making of New Elita, 1928–1939 // Slavic Review. 1979. Vol. 38. № 3. P. 377–402.
Период массовых репрессий представляет собой наиболее важный разрыв в истории советской элиты. Следующие три главы этой книги будут посвящены второму поколению советской элиты, доминировавшему во власти с конца 1930-х до середины 1970-х гг. Однако доводы, основанные на поколенческом анализе, не дают исчерпывающей картины произошедшего. Во-первых, хотя репрессии действительно способствовали подъёму на вершину нового поколения элиты, уничтожение предшествующего, рождённого революцией поколения никогда не было ни полным, ни внезапным. После 1939 г. на протяжении полутора десятка лет в ЦК сосуществовали два поколения элиты. И, во-вторых, хотя Фицпатрик права, говоря, что возвышение нового поколения являлось долгосрочным последствием массовых репрессий, из этого не обязательно следует, что Такер, Конквест и другие правы, утверждая, будто желание заменить одно поколение другим было их непосредственной причиной.
Сталин не ставил перед собой задачу поголовно уничтожить всех представителей элиты, воспитанной на предшествующей сталинской системе взглядов. Едва ли целью чисток в рядах ЦК 1934 г. являлось омоложение кадров. Средним годом рождения 32 выживших был 1888-й. Значит, в 1939 г. им было около 51 года. В тоже время, средним годом рождения всех членов и кандидатов в члены ЦК образца 1934 г. был 1890-й. Это означает, что у старших по возрасту оказалось больше шансов пережить чистки [209] . Известно, что две трети членов ЦК, входивших в его состав в 1917–1937 гг., погибли в результате репрессий (исключай тех, кто успел умереть естественной смертью). Однако анализ биографий 328 человек, вошедших в состав ЦК после чисток (то есть избранных на съездах 1939 и 1952 гг., а также на партийной конференции 1941 г.), показывает, что приблизительно треть составляют представители первого поколения советской элиты, родившиеся до 1901 г. До этого они в основном не входили в состав ЦК, хотя являлись ветеранами партии. Что же касается состава ЦК, избранного в 1939 г., то в нём первое поколение лишь немногим уступало по численности представителям второго. Так, в 1939 г. среди этих руководителей, представлявших первое поколение советской элиты, были мужчины и женщины в возрасте до 40 лет или чуть старше, достигшие совершеннолетия в основном во времена императорской России. Что касается их системы взглядов, то не мене 58% (81 из 139) из состава ЦК 1939 г. вступили в партию ещё при жизни Ленина (то есть до 1924 г.). Из них 32 принадлежали к старым большевикам и 46 вступили в партию в годы гражданской войны. Даже в 1952 г. число членов ЦК, вступивших в партию после смерти Ленина, увеличилось преимущественно за счёт расширения ЦК. В 1952 г. в абсолютных цифрах в ЦК было столько же людей, вступивших в партию до 1924 г., как и в составе ЦК 1939 г. Если же рассматривать сталинскую элиту позднего периода в целом, то не менее трети её представителей мы относим к первому, а не ко второму поколению советской политической элиты [210] .
209
Если говорить о действовавших членах ЦК, такие данные были возможны благодаря тому, что представители старшего поколения оставались в строю, если пользовались доверием Сталина или не вызвали у него опасений. Большевики-ветераны, к которым
210
Сталинская элита позднего периода — члены ЦК, избранные в 1939, 1941 и 1952 г. Из них 104 человека (из 313, чей возраст известен) принадлежат к первому поколению советской элиты. Хотя Роберт Даниелс предпринял наиболее глубокий анализ поколений советской элиты, будет ошибкой утверждать, что «практически каждый участник советской общественной жизни старше 37 лет в 1937 году был удалён с её сцены». См.: Daniels V.R. Is Russian Reformable… P. 77. Поколенческие доводы и утверждения об особой уязвимости старых большевиков опровергнуты в недавно вышедшей истории Большого террора. См.: Thurston R. Life end Terror in Stalin’s Russia… P. 31 If.
Лучшему понимаю размаха и глубины репрессий служит скорее целостность старого ЦК, чем смена поколений. Небывалый масштаб репрессий, даже на уровне ЦК, и жестокость, с которой они проводились (руководители не просто отстранялись от должности, их уничтожали) свидетельствуют не только о безжалостности и политической паранойе Сталина и НКВД, но и о динамике самого процесса репрессий. Главной заботой Сталина не были только обновление элиты и смена поколений. Что для него действительно имело значение, так это сохранение своей собственной власти и упрочнение интересов революции, как он их понимал. Для него эти цели являлись неразрывными. Элита находилась в зоне риска до тех, пока, как казалось, создавала препятствия для достижения этой двойной цели. Если Сталин ставил своей целью держать всех в узде, то её невозможно было достигнуть (принимая во внимание сплочённость элиты) удалением нескольких десятков козлов отпущения. Если же он стремился разыскать своих тайных врагов, то и в этом случае дело не обошлось бы малыми жертвами [211] . Избежать их оказалось ещё труднее, так как наказание, требуемое Сталиным, было настолько жестоким, что эта борьба превратилась для элиты в сражение не на жизнь, а на смерть.
211
Возможно, Сталиным руководил страх, так как он был уверен, что против него плетётся политический заговор. Некоторые исследователи считают, что у Сталина действительно были причины для страха, и заговор на самом деле существовал. См.: Deutscher I. Stalin: A Political Biography. — Harmondsworth, 1966. P. 377; Getty J.A. Origins of the Great Purges… P. 119–128, 168, 255, n. 84; Thurston R. Life end Terror in Stalin’s Russia… P. 56–57.
Трудно ответить, какой на самом деле была связь между членами ЦК — действенной, пассивной или потенциальной. Иногда утверждают, что причиной чисток стало нежелание членов ЦК предпринимать более решительные шаги по отношению к своим соратникам. В действительности существует мало свидетельств противостояния элиты попыткам Сталина консолидировать свою власть и даже вычистить элиту. «Нас всех следует повесить на одном дереве или, и это, пожалуй, самое верное, каждого повесят отдельно» — сказал как-то Бенджамин Франклин о другой революционной элите. Старые большевики провалили этот тест. В архивах не сохранилось свидетельств, которые подтверждали бы утверждение, что элита противилась жестокому наказанию Рютина в 1932 г. [212] Важность пресловутого инцидента на пленуме ЦК в феврале–марте 1937 г. — выступления Постышева — сильно преувеличена. В 1956 г. Хрущёв в своём докладе «О культе личности и его последствиях» сообщил, что кандидат в члены Политбюро Постышев усомнился в целесообразности поисков врагов. Постышев сказал, что он не понимает, каким образом один из его подчинённых, Карпов, мог оказаться троцкистом. На самом деле его слова являлись средством самозащиты, и он наравне со всеми принимал участие в охоте на ведьм. Кроме того, заявление Постышева на февральском пленуме — исключение из правил. Его слова тотчас же вызвали критику других участников пленума, среди которых был Панас Любченко [213] . Если бы существовало больше документальных свидетельств о наличии оппозиции репрессиям среди элиты, то советские историки наверняка обнародовали бы их во времена Хрущёва или Горбачёва. Грэм Гилл высказал предположение, что большое число членов ЦК, ставших жертвами репрессий, свидетельствовало о слабости этого органа. Проницательный историк использовал русское слово разобщённость, обозначающее отсутствие единства, чтобы описать фатальную слабость элиты [214] .
212
Хлевнюк О.М. Политбюро: Механизмы… С. 75 и далее. Один из главных (и убедительных) аргументов этой полезной книги заключается в том, что в Политбюро не было мягкой и жёсткой фракций.
213
Хрущёв Н.С. О культе личности… С. 139 и далее. Постышев являлся также первым секретарём Киевского обкома и вторым секретарём КП(б)У. М.М. Карпов возглавлял Агитпропом киевского обкома партии. Полностью замечания Постышева были опубликованы не так давно. См.: Материалы февральско-мартовского пленума // Вопросы истории. 1995. № 5–6. С. 3–8. Ответ Панаса Любченко можно найти в опубликованных протоколах пленума. См.: Вопросы истории. 1995. № 10. С. 12, 17. Постышев подвергся нападкам на пленуме в 1938 г. за излишнюю жесткость. См.: Хлевнюк О.В. Сталинское Политбюро… С. 159–167. Как мы уже видели, в феврале 1938 г. Постышев был исключён из ЦК после проведения заочного голосования и вскоре арестован. Среди обвинений, выдвинутых против него, было и то, что, будучи первым секретарём Куйбышевского обкома, он исключил из партии слишком много коммунистов; кроме того, как это ни парадоксально, его упрекали в том, что он проявлял терпимость к врагам, находясь на руководящих должностях в Киеве и Куйбышеве. См.: РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 640. Подробнее об этом деле см.: Хлевнюк О.В. Политбюро: Механизмы… С. 216–228.
214
Gill G. The Origins of the Stalinist Political System… P. 285; Хлевнюк О.В. Политбюро: Механизмы… С. 228.
В то же время, похоже, что Сталин и его соратники сталкивались с определённым сопротивлением на своём пути. Если элита и не могла сделать многого, то она хотя бы выступала в роли тормоза при проведении наиболее радикальных политических инициатив, по крайней мере тех, что касались её непосредственно. Так, попытка ужесточить наказание для Бухарина и Рыкова, лидеров правой оппозиции, на закрытом декабрьском пленуме ЦК 1936 г. не увенчалась успехом. Даже решение, которое члены ЦК приняли по делу Бухарина и Рыкова на пленуме в феврале–марте 1937 г., может рассматриваться как компромиссное. Они были исключены из ЦК и партии, но их дело не передали в Военный трибунал, а перепоручили НКВД [215] . Конечно, сопротивление объединённой элиты могло быть преодолено, но его нельзя было игнорировать.
215
Фрагменты стенограммы декабрьского пленума 1936 г. // Вопросы истории. 1995. № 1. С. 3–22. Специальная комиссия ЦК (35 человек) заранее, ещё до пленума ЦК в феврале–марте 1937 г., обсуждала возможное решение по делу Бухарина и Рыкова. Мнение 20 членов этой комиссии нам известно. Ежов выступал за расстрел двух правых оппозиционеров. Его, по всей видимости, поддержали Будённый, Якир, Косарев, Мануильский и Шверник. Предложение Сталина, которое могло носить тактический характер, предвосхищавшее возможное сопротивление ЦК, — Бухарина и Рыкова исключить из ЦК и партии, а затем направить их дело на рассмотрение НКВД. Это предложение поддержали Крупская, Молотов, М.И. Ульянова (сестра Ленина), Варейкис и Ворошилов. В итоге, как и следовало ожидать, это предложение было принято комиссией и пленумом. Однако некоторые члены комиссии, хотя и поддержали исключение Бухарина и Рыкова из ЦК и партии, высказались против расстрела. В эту группу входили Антипов, Хрущёв, Косиор, Литвинов, Николаева, Петровский, Постышев и Шкирятов. См.: Материалы февральско-мартовского пленума // Вопросы истории. 1993. № 7. С. 23–24; О партийности лиц, проходивших по делу… антисоветского правотроцкистского блока… С. 77–83. См. также засекреченный доклад Хрущёва «О культе личности» (1956 г., с. 138–140). Мария Ульянова была членом Центральной Контрольной Комиссии (а не ЦК). Неизвестно, как выразили своё отношение к Бухарину и Рыкову 15 других членов специальной комиссии (например Андреев). Не все, предлагавшие более мягкое решение, подверглись репрессиям в 1937–1938 гг.