Миттельшпиль

Симмонс Дэн

Луис молчал.

– Послушай, старик, - наконец изрек он.
– Сетч сказал, чтоб я сразу привел тебя. Ты хочешь посмотреть на них или нет?

– Да!
– рявкнул Марвин.
– Да, хочу!

– Ты не пойдешь туда, - сказал Джентри.

– Что значит - не пойду?
– возмутилась Натали.
– Марвин хочет, чтобы их сфотографировали.

– Мне наплевать, чего там хочет Марвин! Ты останешься здесь.

Они стояли в занавешенном алькове на втором этаже. Все члены банды уже собрались внизу. Джентри поднял наверх свой чемодан и теперь

переодевался в вельветовые брюки и свитер. Натали заметила, что бинты на его груди пропитаны кровью.

– Ты же ранен, - сказала она.
– Тебе тоже не следует ходить.

– Я должен убедиться в том, что Фуллер мертва.

– Но я.., я тоже хочу убедиться... Она.., она убила моего отца...

– Нет.
– Джентри натянул на свитер пуховик и повернулся к ней.
– Натали...
– он поднял свою огромную ладонь и нежно прикоснулся к ее щеке.
– Пожалуйста... Ты мне так.., нужна.

Натали осторожно прильнула к нему, стараясь не касаться раненого бока, и запрокинула голову для поцелуя.

– Ты тоже очень нужен мне, Роб, - прошептала она, уткнувшись ему в пуховик.

– Ладно. Я вернусь, как только мы взглянем на то, что там творится.

– А фотографии?

– Я возьму твой “Никон”, не возражаешь?

– Да, но все-таки нехорошо, что я...

– Послушай, этот Марвин не дурак, - заметил Джентри, понизив голос до густого баса.
– Он не склонен рисковать.

– Тогда и ты не рискуй.

– Нет, мэм. Мне придется это сделать.
– Он притянул ее к себе и так надолго и страстно прильнул к ее губам, что она, позабыв о его сломанных ребрах, крепко обняла его и прижалась к нему всем телом.

Из окна второго этажа Натали наблюдала за тем, как процессия тронулась в путь. Вместе с Луисом отправились Марвин, Лерой, высокий парень по имени Кельвин, старый член банды с угрюмым лицом по прозвищу форель, двое близняшек, с которыми Натали не была знакома, и Джексон - экс-медик, появившийся в последний момент. Все были вооружены, за исключением Луиса, Джентри и Джексона. Кельвин и Лерой прятали обрезы под свободными куртками, Форель нес длинноствольный пистолет 22-го калибра, близнецы имели при себе маленькие, дешевые на вид пистолеты, которые Джентри назвал “на-случай-неожиданности-в-субботний-вечер". Джентри попросил Марвина вернуть ему “ругер”, на что тот лишь рассмеялся и, зарядив револьвер, запихнул его в карман собственной армейской куртки. Отойдя от дома, Джентри повернулся и помахал Натали “Никоном”.

Натали устроилась в углу на матраце и вся сжалась, пытаясь справиться с подступающими слезами. Она обдумывала всевозможные повороты и варианты событий. “Если Мелани Фуллер мертва, они смогут уехать. Смогут ли? А как же представители власти, о которых говорил Роб? И оберст? И Энтони Хэрод?” Натали ощутила во рту привкус желчи, едва подумала об этом сукином сыне с глазами рептилии. К горлу снова подкатила тошнота при воспоминании о его паническом страхе перед женщинами и его ненависти к ним, которые она ощутила за те несколько

минут, пока находилась в его власти. Как бы ей хотелось растоптать его омерзительное лицо!

Шум в коридоре заставил ее вскочить. В тусклом свете лестничной площадки возникла чья-то фигура. Ответственным за дом оставили Тейлора, несколько членов банды отправились оповестить остальных, снизу слышался смех, но на втором этаже Натали была одна, фигура неуверенно двинулась к свету, и она увидела белую руку и бледное лицо.

Натали поспешно огляделась. Наверху не осталось никакого оружия. Она подбежала к бильярдному столу, ярко освещенному единственной свисавшей с потолка лампой, и схватила кий, слегка балансируя им и пытаясь отыскать в нем его центр тяжести.

– Кто там?
– спросила она, сжимая кий обеими руками.

– Всего лишь я, - откликнулся преподобный Билл Вудз, якобы управлявший Общинным домом, и вошел в полосу света.
– Простите, что напугал вас.

Натали чуть расслабилась, но кий не положила.

– Я думала, что вы ушли.

Хрупкий Вудз облокотился на стол и принялся катать белый бильярдный шарик.

– О, я весь день хожу то туда, то обратно. Вы не знаете, куда отправились Марвин с ребятами?

– Нет.

Священник покачал головой и поправил очки с толстыми стеклами.

– Ужасно, как они страдают от дискриминации и эксплуатации. Вы слышали, что уровень безработицы здесь среди черных подростков превышает 90 процентов ?

– Нет.
– Натали обошла стол, чтобы держаться подальше от этого худого навязчивого человека, но кроме жгучего желания общаться он вроде ничего не излучал.

– Да-да, - настойчиво закивал Вудз.
– Магазин и лавки в Джермантауне принадлежат исключительно белым. В основном евреям. Многие из них уже не живут здесь, но продолжают контролировать остатки своего бизнеса. В общем, ничего не меняется.

– Что вы имеете в виду?
– спросила Натали. “Интересно, добрался ли Роб с остальными до места, - подумала она.
– Если убитая не Мелани Фуллер, что он будет делать?"

– Я имею в виду евреев, - пояснил Вудз. Он вдруг вспрыгнул на край бильярдного стола и одернул вниз брючину, после чего прикоснулся к узенькой черной полоске усов, походивших на нервную гусеницу.
– Эксплуатация евреями непривилегированных классов в американских городах имеет долгую историю. Вы негритянка, мисс Престон. Вы должны понимать это особенно хорошо.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, - промолвила Натали, и в тот же миг дом содрогнулся от раздавшегося снизу взрыва.

– Боже милостивый!
– воскликнул Вудз, а Натали бросилась к одному из окон, узнать, что происходит.

У поребрика жарко пылали два брошенных автомобиля. Языки пламени взлетали футов на тридцать в высоту, освещая пустые стоянки, брошенные дома на противоположной стороне улицы и железнодорожную платформу на севере. С дюжину членов банды высыпали на тротуар, крича и потрясая обрезами и другим оружием.