Миттельшпиль
Шрифт:
– Да. Ублюдки считают, что их никто не замечает, и спокойно сидят себе у прачечной. Все белые. Так и шныряют туда-сюда. А один вообще ничего не делает, только бегает для них за пончиками.
– Филадельфийская полиция? Высокий худой парень по имени Кельвин рассмеялся.
– Черт, да нет же, старик! Местные свиньи носят банлоновые костюмы, белые носки и ортопедическую обувь.., когда выходят на дело.
– Кроме того, их слишком много, - добавил Марвин.
– Даже если сложить всю полицию нравов, отделы убийств,
– Или ФБР, - добавил Джентри и с отсутствующим видом потер левый висок. Натали заметила, что лицо его чуть заметно исказилось от боли.
– Да.
– Марвин погрузился в размышления, и на мгновение взгляд его стал рассеянным.
– Возможно. Хотя я этого не понимаю. Зачем их так много? Я думал, может, они ловят убийц Зига, Мухаммеда и остальных, но им, похоже, плевать на то, что кто-то замочил нескольких негров. Если только все это не ради той старой суки и ее белого ублюдка. Да, малышка?
– Очень может быть, - кивнула Натали.
– Только все гораздо сложнее...
– То есть?
Джентри, стараясь не шевелить верхней частью тела, подошел к столу и положил на его поверхность свою перебинтованную руку.
– Есть такие подонки.., которые обладают Способностью. Они мысленно приказывают: убей! Человек, обычный, спокойный, становится по их велению маньяком, убийцей. А те, кто ими руководит, садистски радуются. Это их омолаживает, понимаешь? Еще есть мужчина, который, вероятно, прячется где-то здесь, в городе. Способностью обладают и несколько представителей власти. И между ними идет нечто вроде войны, - объяснил Джентри негромко.
– Старик, мне нравится, как ты говоришь, - фыркнул Лерой и передразнил неторопливую тихую речь Джентри, подчеркивая южный акцент.
– Твой говор тоже ничего, - добродушно проворковал шериф.
Лерой полупривстал, и лицо его исказилось от ярости.
– Что ты сказал?
– Он сказал, чтобы ты заткнулся, Лерой, - спокойно заметил Марвин.
– И сделай-ка это побыстрее.
– Он снова перевел взгляд на Джентри.
– О'кей, мистер шериф, скажи-ка мне вот что.., этот мужчина, который прячется здесь, он белый?
– Да.
– И ублюдки, которые его преследуют, тоже белые?
– Да.
– И все остальные, кто в этом может быть замешан, тоже белые?
– Ага.
– И все они такие же низкие твари, как эта Фуллер со своим ублюдком?
– Да.
Марвин вздохнул.
– Интересно получается.
– Он сунул руку в оторванный карман своей рабочей куртки, достал оттуда “ругер” Джентри и со стуком положил его на стол.
– Здоровый кусок железа ты таскаешь с собой, мистер шериф. Никогда не собирался зарядить его?
– Запасные патроны у меня в чемодане, - не прикасаясь к пистолету, ответил Джентри.
–
– Марвин ходил за моей сумкой, - пояснила Натали.
– Она исчезла. Вместе с останками твоей взятой напрокат машины. И с автобусом.
– Автобусом?
– Брови у Джентри поползли вверх, так что все лицо его покрылось морщинами.
– Автобус исчез? Через сколько времени после нашего появления вы ходили туда?
– Через шесть часов, - ответил Лерой.
– Так что придется нам поверить на слово малышке, что за вами гнался большой нехороший автобус, - проронил Марвин.
– Она говорит, что вы стреляли в него и попали. Может, он уполз умирать в кусты, мистер шериф?
– Шесть часов, - повторил Джентри и прислонился к холодильнику.
– Что-нибудь есть в новостях? Об этом уже должно быть известно всем.
– Ничего, - ответила Натали.
– Телевидение безмолвствует. В “Филадельфийском обозревателе” нет даже крохотной заметки.
– О Господи, - произнес Джентри.
– Какие же у них должны быть связи, чтобы все так быстро убрать и замять! Ведь по меньшей мере четверо были убиты.
– А уж до чего, наверно, разозлилась фирма, которой принадлежал автобус, а?
– заметил Кельвин.
– Советую тебе, старик, не пользоваться здесь муниципальным транспортом. А то глядишь, какой-нибудь автобус отомстит тебе за убийство своего собрата, - и Кельвин так расхохотался, что чуть не упал со стула.
– Так где же твой чемодан?
– повторил Марвин. Джентри передернул плечами, выходя из задумчивости.
– Я оставил его в гостинице “Челтен”. Но я заплатил всего за одну ночь. Так что, возможно, его уже забрали.
Марвин развернулся в своем кресле.
– Тейлор, ты работаешь в этой старой развалине. Можешь пробраться в их камеру хранения, а?
– Конечно.
– Худое лицо восемнадцатилетнего Тейлора покрывали темные шрамы, оставшиеся после прыщей и фурункулов.
– Это опасно, - предупредил Джентри.
– Чемодана может уже и не оказаться там, а если он еще там, за парнем будут следить.
– Какие-нибудь накачанные свиньи?
– осведомился Марвин.
– В том числе и они.
– Тейлор, - произнес Марвин. Это был приказ. Парень осклабился, спрыгнул со стойки и исчез.
– Нам надо еще кое-что обсудить, - заметил Марвин.
– Бледнолицые могут отдыхать.
Натали и Джентри стояли на заднем крыльце Общинного дома и смотрели, как растворяются последние остатки тусклого зимнего дня. Перед домом тянулся длинный пустырь, усеянный грудами разбитых, покрытых снегом кирпичей, который упирался в два заброшенных здания. Свет керосиновых ламп в нескольких окнах указывал на то, что там еще кто-то живет. Было очень холодно. В свете единственного уцелевшего фонаря плясали снежинки.