Мизантроп

Абдуллаев Чингиз Акифович

– Сегодня останемся здесь на ночь, – предложил он. – А завтра утром улетим. Если ты не возражаешь, конечно.

– Даже приветствую. – Она улыбнулась. – Что вы решили по аварии самолета?

– Все как обычно, – признался он. – Основная вина возложена на погибший экипаж. Глупо. Обидно. И очень некрасиво. У всех других сторон

всегда находятся мощные покровители, а погибших летчиков уже никто не защищает. Поэтому убрали упоминание о моральной ответственности руководства компании «Аэромир», о различных мелких технических неполадках на «Сухом». Оставили только летчиков. Я долго вчера об этом думал. Может, так правильно. Не надо будоражить людей описаниями технических недостатков самолетов, на которых они летают. Тем более нельзя упоминать про моральную ответственность. Ведь мы все в равной мере морально ответственны за все, что происходит вокруг нас. Я прав?

– Сейчас мало совестливых людей, – заметила Евгения.

– Мало, – согласился он. – Даже очень. Нужно делать все, чтобы их было больше.

Зазвонил телефон.

Он сразу снял трубку и услышал знакомый голос начальника аэропорта:

– Борис Семенович, это Теняков.

– Слушаю вас.

– Вы мне не поверите, но, когда я туда пришел, двери уже были вскрыты. Без ключа! Приехал генерал Шемяков и лично руководил проверкой багажа. Они тоже искали чемодан Грищенко и почти сразу его нашли. Такой своеобразный, с огнеупорным покрытием. На нем даже бирка уцелела. Этот чемодан унес сам Шемяков. Я, конечно, не стал ему ничего говорить, просто возмутился его самоуправством и сказал, что напишу рапорт. Но он уверял меня, что получил разрешение Пермитина. Мол, этот чемодан принадлежит каким-то знакомцам его родственников. Честно говоря, я удивился. Я ведь помнил, что этого Грищенко упоминали на совещании как пособника рецидивиста. Когда вы назвали его фамилию, я тоже удивился.

Но не стал ничего говорить Шемякову. Подумал, что будет лучше, если я сам расскажу вам об этом. Мы закрыли комнату, и я опечатал двери. Но чемодан Грищенко генерал Шемяков унес.

– Ничего страшного, – успокоил его Репетилов. – Значит, так было нужно. Спасибо вам за помощь. До свидания.

– До свидания. – Теняков положил трубку.

Борис Семенович растерянно опустился прямо на кровать. Евгения посмотрела ему в лицо и испугалась!..

– Что случилось? – спросила она.

Вместо ответа Репетилов достал телефон и набрал номер Малхаза.

– Здравствуй, – сказал он бесцветным голосом. – Я проверил насчет твоего багажа. Ты можешь мне не поверить, но чемодан забрал из опечатанной комнаты сам генерал Шемяков. Его люди вскрыли дверь без начальника аэропорта.

Малхаз молчал.

– Алло, ты меня слышишь? – спросил Борис Семенович.

– Слышу, – ответил Малхаз. – Все понял. Спасибо за важную информацию, Борис Семенович, и до свидания. Я прямо сейчас уеду из Перми, чтобы тебя больше не беспокоить. Через пять минут меня здесь не будет. Да и ты долго не задерживайся. Это мой личный совет.

Репетилов положил телефон рядом с собой на кровать, обернулся к Евгении и признался:

– Похоже, я все-таки стану мизантропом. Мне все меньше и меньше хочется ценить и любить людей. Как ты считаешь, это состояние временное? Или навсегда?

Вместо эпилога

Ровно через два месяца начальник ГУ МВД Пермского края генерал Шемяков погиб в результате автомобильной аварии. Некоторые сотрудники госавтоинспекции шепотом утверждали, что причиной схода с трассы личной машины генерала стала пуля, засевшая в его голове. Но вполне возможно, что это были только слухи.