МК 4
Шрифт:
– Что ты чувствуешь сейчас, Совент? – внезапно спросил я его. Такая резкая смена темы выбила его из колеи, в его взгляде злость, отчаяние и боль сменились в очередной раз непониманием ситуации.
– Чувствую? – переспросил он.
– Да. Тебе больно физически, мысли путаются, тяжело дышать?
– Я… нет, только боль здесь, - он ударил себя кулаком по левой стороне груди, - что я не тот, кто вам нужен… и то, что я считал вас своим командиром, а вы…
– А я и есть твой командир, - перебил я его. – Жёсткий, но твой командир. Заметь – не жестокий. Когда ты не выполнил мой приказ, тебе стало дурно или больно?
И вот сейчас в его глазах
– Что? – напрягся я, увидев этот его жест.
– Не чувствую ничего. Ошейника не чувствую, - торопливо и нервно скороговоркой произнёс нетерис и вновь потянулся к своему «украшению». На этот раз он его не выпустил. Сначала поцарапал ногтем, потом засунул под него палец и оттянул от шеи.
– Ножом попробуй, - подсказал я, не спуская глаз с него.
Тот кивнул, наклонился, чтобы дотянуться до сапога, вытащил из голенища клинок и с опаской дрожащей рукой поднёс тот к шее. Несколько секунд он собирался с духом. Никто его не торопил, не советовал, не ободрял. Слишком долго он проносил страшную магическую вещь на себе, превращающая его в чужую вещь и комок боли, когда нарушал приказы. Наконец, он коснулся кончиком ножа кожаной полоски, которую оттягивал пальцами, надавил на неё и стал медленно водить острой кромкой. Толстая кожа сдалась спустя минуту. Как только ошейник распался, то его бывший носитель сорвал его с себя и отбросил в сторону, как омерзительную гадину.
И замер, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Я больше не раб, - прошептал спустя некоторое время, потом посмотрел на меня и … упал на колени. – Командир… господин… я…
К нему с тихим всхлипом метнулась мать, которая опустилась на колени рядом с ним и обняла за шею.
Ещё пятнадцать минут я провёл с ними, пытая гвардейца на личные ощущения, самочувствие и стараясь самостоятельно увидеть в нём что-то необычное. Ну, и просто ждал. Вдруг, рабская печать сработает с задержкой и придётся вмешаться?
Совент мгновенно забыл о бесчеловечной проверке, которую я устроил ему. Он уже смирился, что больше никогда не увидит свободу, умрёт рабом. И вдруг – такое! Если и до этого все нетерисы были готовы умереть за меня даже без всякого магического понукания, за то, что я спас их семьи и близких, дал им всем кров и еду. То сейчас эта решимость усилилась на порядок. По крайней мере, у Совента.
«Фанатиками бы они не стали, - подумал я, когда вышел из постройки. – Всё-таки, магия, особенно такая сильная, на мозги должна бить капитально. Могут ведь из крайности в крайность пойти. Из принудительного рабства в добровольное».
Потом меня догнал Тесак.
– Командир, а стоило таких нервов эта проверка? – поинтересовался он у меня. – Что бы сразу не резануть ошейник? Точнее приказать ему это сделать, а? Если сумел бы, то сразу поняли, что печать пропала.
– А не сумел бы? Процентов семьдесят было, что он умер бы, - ответил я ему. – Не, лучше вот так жёстко, но безопасно для всех, чем играть в жалость.
– Про тебя слухи пойдут офигеть какие, - покачал головой Тесак. – Что заставляешь вступать в отряд через кровь родных. Типа садист и моральный урод какой-то.
– От кого пойдут? – я остановился и посмотрел на товарища.
– А ты думаешь, эта женщина молчать будет? Или Совент? Да он сейчас в таком состоянии, что расскажет про освобождение от ошейника
– Там видно будет, - махнул я рукой. – Может, что-то и сам распущу для пользы дела.
Я ничуть не жалел о том, что сделал. Зато теперь был уверен на сто процентов, что големодоспехи, которые носят мои гвардейцы, убирают все негативные воздействия на организм. И всё благодаря эльфийскому жемчугу, который я вставил в броню. М-да, «эльфийскому»… если верить иллирам, то в прошлом он назывался драконьим. Недавно я вспомнил слова Лины, те самые, про очистку её ауры от подчиняющей магии и вклад в это дело древних драгоценностей с эльфийским жемчугом. Тут же подумал, что те, кто его носят, так же испытывают аналогичный эффект. Например, нетерисы-гвардейцы. Когда пришла эта мысль, то я сразу и решил проверить - так оно или нет. Да, проверка жёсткая, повторюсь, но самая действенная. В конце концов, Соломон в одном из мифов при судействе двух женщин по делу о ребенке, приказал разрубить того надвое и отдать каждой часть детского тела. Так он узнал, кто же родная мать, а кто украла дитя и по факту, плевать на него хотела. Вот и получается, что самые суровые проверки (жёсткие, не путать с жестокими) – самые рабочие.
– Теперь устану отмахиваться от просьб остальных нетерисов, вступить в гвардию, - с тяжёлым вздохом за спиной, произнёс Тесак.
– Объясняй, что печать снимает не служба в гвардии или гвардейский доспех, а особый амулет, который встроен в броню, - посоветовал я ему и следом добавил. – А ещё скажешь, что в течение года я выдам каждому из них такой же. Год – это максимальный срок, скорее всего, наделаю амулеты раньше. Да и передавать их можно друг другу.
После этого я собрался вернуться на аванпост, чтобы продолжить работать со своим Даром, но тут пришло сообщение, что в посёлок приехал принц, чтобы срочно со мной связаться.
«Да уж, - я присвистнул мысленно, - если Магомед не идет к горе, то гора идет к Магомеду. Интересно, что же так припекло короля, раз он решил направить ко мне своего сына, с которым у меня неприязнь?».
Как оказалось, венценосный отпрыск прибыл инкогнито. Официально ко мне на огонёк завернул королевский глашатай с личным посланием Его Величества. Никакой свиты, обоза, огромного отряда телохранителей. Всего лишь дюжина сопровождающих на скаковых химерах и с парой заводных. Вряд ли это все те, с кем он путешествует. Уверен, что ещё пара отрядов крутится где-то неподалёку под прикрытием магической маскировки.
Тут уже не просто невежливо будет с моей стороны игнорировать принца, а крайне опасно. Придётся ехать в посёлок.
За разговором с гостем прошла вся ночь. Поздним утром принц уехал обратно, оставив мне неслабую головную боль.
Во-первых, он рассказал, что эльфы уже сделали попытку получить меня на блюдечке с голубой каёмочкой. И кое в чем преуспели. Прямо отказать ушастым король… мог. Как оказалось, эти лесные мутанты неплохо интегрировались в экономику многих крупных королевств. Некоторых влиятельных аристократов они в буквальном смысле слова держали за, гхм, бубенчики. От эльфов шли многие товары, в том числе магические и алхимические ингредиенты. С той стороны гор через перевал в долине эльфы тащили ценнейшие вещи. А так же сами производили многое, от чего люди не могли отказаться. Некоторые дворяне живут лишь благодаря зельям и амулетам, которые без услуг эльфов не достать.