МК 4
Шрифт:
– Кошмар приснился. Очень реальный, а тут ты ещё тормошишь, - сказал я, свешивая ноги с кровати и вытирая липкий пот с лица. – А доспех, наверное, неосознанно позвал на помощь. Ладно хоть, что про амулеты забыл.
– Да уж. Типа, мне ещё повезло, так что ли? – криво улыбнулся гвардеец.
– Угу. А ты зачем вообще пришёл? Разведчики кого-то нашли? – насторожился я.
– Палыч тебя зовёт. Я точно не знаю, но это связанно с радисообщением. Только от кого – хрен знает, - развёл он руками. – Может, и разведчики его
Оделся я едва ли не быстрее, чем опытный срочник при свете спички после команды «подъём». За простой одеждой последовал големодоспех. Благодаря артефактной полуживой броне заметно улучшилось самочувствие, которое было подорвано тяжёлым коротким сном, и… вот тут я даже не мог толком оформить то чувство, которое беспокоило меня с момента пробуждения. Может, это было «послевкусие» от кошмара и скоро само пройдёт?
– Куда идти? – только когда оделся, я поинтересовался у гвардейца маршрутом.
– В радиорубку. Палыч должен быть уже там.
По дороге в одно из самых главных помещений поселения я узнал, что Тесак успел поднять всех дружинников и гвардейцев. Такая предусмотрительность и осторожность только приветствовалась.
– Что случилось? – с порога задал я вопрос главе поселения.
– Твой радист передал сообщение, что с… с Аней что-то произошло, - отвёл взгляд в сторону тот. – Он не уточнял, что конкретно.
– Ч-что? – сипло произнёс я, почувствовав, как в груди стало очень холодно и стало не хватать воздуха.
– Она жива, Вить, но в тяжёлом состоянии. Никто не знает что с ней. Вот, пообщайся сам, - он встал со стула, уступая мне место и протягивая наушники с тангентой от радиостанции.
*****
Беду я почувствовал сразу же, как только пересёк границу Пустого королевства с обычным миром. Тот комок холода и боли, что поселился в груди ночью, резко набрал силы и стал ощущаться не как что-то эфемерное, а вполне себе реальной вещью. Будто под сердцем вылупился паразит, который приготовился вгрызться в него. И чем ближе я подъезжал к дому, тем тяжелее мне было. По нашей связи с Аней из меня уходила сама жизнь.
«Если мне так паршиво, то что же Анюта сейчас испытывает?», - мучила меня мысль.
Но я даже представить не мог, насколько ей было больно. И что она испытывала. Лишь когда я оказался рядом с ней, то на несколько секунд почувствовал боль жены. Этого хватило, чтобы упасть на пол и почти потерять сознание. Совсем в беспамятство уйти не давала боль. Даже не так – БОЛЬ!
Тех мгновений, которые я принял на себя, хватило, чтобы на моём теле появились капли крови. Она вытекла из ушей, носа, я ощутил железистый привкус во рту, из уголков глаз скатились кровавые слезинки. Самое страшное, что она была в сознании, просто от страшных мучений едва воспринимала окружающий мир.
Аня же просто плавала в ней. Кровь сочилась
Рядом с её кроватью стояли две капельницы, в которых постоянно сменялись пакеты кровью из моих запасов. На запястьях Ани висели два целительских амулета. Медсестра из лазарета часто прикладывала к её губам носик поилки с самым дорогим и лучшим эликсиром для исцеления ран и болезней, который я только мог найти в алхимических лавках. Зелье я держал на самый крайний случай, так как браслеты с эльфийскими жемчужинами вполне справлялись и так вкупе с более простыми эликсирами.
– Мы не знаем, что с ней произошло, - нервно сообщил мне старший охранник. – Она вызвала нас по тревоге к себе через рацию. Сообщила красный код, короче. Мы были в комнате уже через минуту после этого, и увидели Анну уже такой, то есть всю в крови. Ни мы, ни големы, ни охранные датчики никого не заметили рядом с ней, до сигнала или после. Уже раз десять просмотрели записи на камерах, покадрово прокрутили, но там пусто. Ни в одном диапазоне нет посторонних объектов. Даже птиц или мелких зверьков.
Было видно, что он меня боялся. Наверное, выглядел я в этот момент безумцем, готовым наброситься на любого – врага или друга. И кто знает, не произошло бы так, что от страха за супругу мой рассудок замутила бы пелена бешенства, которая превратила бы меня в берсерка, срывающего злость на тех, кто не сумел спасти девушку. Удержала меня на тонкой грани между безумством и чистым разумом та частица боли, которую я забирал у Ани через нашу незримую связь.
Самое страшное, что я не знал, как помочь девушке и чувствовал, как утекает из неё жизнь с огромной скоростью.
Первым делом я устроил себе обильное кровопускание. Слил из себя крови столько, чтобы после этого у меня остались силы для ритуала. Потом зачарованную на полное исцеление кровь перелил в пакет для капельницы. Спустя минуту первая её капля попала в вену Ани.
К сожалению, отрава, убивающая мою жену, не ушла из её тела после этого. Девушке стало заметно легче, но и только. Стоит опустеть пакету в капельнице, как боль вернётся назад. Повторить кровопускание с зачарованием я смогу лишь через три часа по самым скромным подсчётам. А потом минимум на сутки я буду похож на зомби.
Мозг лихорадочно перебирал варианты, откуда получить помощь. Везти её в столицу? На вертолёте я окажусь там достаточно быстро. Там потеряю время на поиск лекаря, аудиенцию у короля, чтобы вымолить у того какой-нибудь редкий исцеляющий артефакт, зелье или помощь личного мага-целителя. А времени у Ани может оказаться куда как меньше.
Молодую драконицу стошнило, когда та увидела состояние Ани. А потом и вовсе, закатив глаза под лоб, сползла по стеночке на пол. То есть, помощи от неё не стоило ждать.