Младенца на трон!
Шрифт:
Странные монахи внимательно рассматривали его. Тот, которого звали Тишка, присел рядом, протянул громадную, больше лица Пьера, ладонь, и осторожно коснулся его щеки кончиком пальца.
– Настоящий, - с благоговением прошептал он.
Оба замерли, тараща глаза на Пьера. Минуту спустя Тихон выдохнул:
– Слышь-ка, Филимон… Никак это посланец.
– Вот и я мыслю. Чай, неспроста он под Богородицей-то.
– Мать честная!
– А лежит-то как тихонько, не плачет. Глазенки удивленные вытаращил да молчит. Могет, немой
– Ага, немой, сказывай. Так заливался, я аж подскочил, как услышал.
Филимон откашлялся и сурово сказал:
– Вот что, Тихон, мы с тобой в таком деле не решальщики, тут нашими скудными умишками не разобраться. Надобно кого-нить кликнуть. Ступай-ка ты на Чудово подворье к отцу Аврамию да все ему про младенца-то и обскажи. А я покуда здесь покараулю, дабы чего не вышло.
Тишка с готовностью кивнул, перекрестился и исчез в темноте. А Пьер, проводив его взглядом, поднял глаза на Филимона. Тот по-прежнему с интересом его рассматривал, примостившись на корточках.
– Кто вы?
– попробовал спросить Пьер, но вместо вопроса изо рта вырвался несвязный лепет. Лицо Филимона вдруг подобрело, и он с участием произнес:
– Надобно тебе что-то, да? Ах ты, бедолага, небось несладко на каменном полу-то лежать.
Огромный монах подхватил Пьера и, выпрямившись во весь рост, принялся его укачивать.
– Ну-ну, баю-бай, - неумело забормотал он.
Леденея душой, Пьер поднял руки и в рассеянном свете снова увидел перед собой детские ладошки. Повертел головой, глянул на живот, на ноги… и чуть не потерял сознание. Сомнений не было: он стал младенцем!
"Ничего, - попытался он себя успокоить, - скоро я проснусь, и кошмар закончится".
На руках монаха было тепло и уютно. Пьер спрятал руки под его душегрейку, и Филимон понимающе усмехнулся:
– Ишь ты, хитрюга. Маленький, а сообразительный. Ну спи, баю-бай.
Монотонное бормотание успокаивало. Пьер, пригревшись, закрыл глаза и в самом деле задремал.
[1] – Я жив! Помогите! (фр.)
[2] – Спасите! (фр.)
[3] Вскоре.
Глава 2
– Мсье Рудницки!
Пьер обернулся. К нему спешил полный коротышка, на ходу поправляя прилипшие к вспотевшей лысине редкие пряди. Подойдя ближе, толстяк перевел дыхание и с улыбкой протянул пухлую ладонь.
Филипп Жюно, начальник кадрового департамента, - а это был именно он - никогда не нравился Пьеру. Вроде вежливый и участливый - эдакий добрячок, но после разговора с ним всегда оставалось впечатление, что тебя провели.
Пьер работал маркетологом в корпорации "Глобаль Технолоджи" и был веселым, остроумным
Однако с годами он научился скрывать свою природную бесшабашность под маской сдержанности: ему было уже за тридцать, да и работа обязывала. Она не казалась ему особенно интересной, и все надежды на будущее Пьер связывал с перспективой роста. Но время шло, а давать ему высокую должность никто не торопился. Единственное предложение, которое он получил от руководства - перейти в филиал корпорации в России. Пьер решительно отказался - что он, ненормальный, менять Париж на Москву? Съездить на родину предков на недельку-другую - это пожалуйста, но чтоб жить в России? Ну уж нет!
Других вакансий ему не предлагали, он уже подумывал о другой работе и от встречи с кадровиком ничего хорошего не ожидал. А потому, слегка поморщившись, пожал протянутую руку.
– А я вас искал, - сообщил Филипп, вытирая носовым платком вспотевший лоб.
– Ну и жара сегодня, а?
– О да. Вы что-то хотели, мсье Жюно?
– Не застал вас на месте, уже собрался уезжать, - толстяк кивнул на припаркованный возле здания компании красный "Ситроен", - а тут как раз вы. Не уделите мне немного времени?
В этот вечер Пьер договорился встретиться с приятелем, Патриком, таким же любителем истории, как и он сам. Оба обожали разговоры и споры до хрипоты, и Пьеру совсем не хотелось пропускать встречу из-за назойливого кадровика. Ладно бы променять встречу с Патриком на вечеринку с друзьями, а тут… Но делать было нечего, и он вежливо улыбнулся.
– Конечно. Но у меня только полчаса.
– О, этого больше, чем достаточно, - заторопился Жюно и ткнул пухлым пальцем в расставленные на другой стороне улицы столики.
– Давайте выпьем по чашечке кофе.
Пока не принесли заказ, Филипп продолжал жаловаться на жару, а Пьер нетерпеливо ерзал. Что нужно от него старому лису? Сколько еще он будет тянуть?
Но вот стройная официантка поставила перед ними чашки. Пьер проводил взглядом ее ладную фигурку и перевел глаза на Жюно. Лицо толстяка сразу приобрело серьезное выражение.
– Вы слышали о "Наполеоне"?
– деловито спросил он.
Нелепый вопрос. Об этом проекте говорила вся корпорация, как можно о нем не слышать? Пьер давно мечтал возглавить что-то подобное - вот это были бы перспективы! Карьера, финансирование, командировки по всему миру и, конечно, интереснейшая работа. Не то, что нынешняя, скучнее которой еще поискать.