Младший
Шрифт:
Днем позвонила Марианна.
— Ты один? — настороженно спросила она.
— Ага. Лешка еще не возвращался, — подтвердил Леня.
Он все еще был в приподнятом настроении и почти обрадовался звонку. Приятно, черт возьми, когда тебя любит такая успешная, сильная женщина. Тебя, а не своего красивого блестящего мужа.
— Не возвращался? — переспросила она и почему-то вздохнула. — Ах, ну да, наверно… Ладно… Давай встретимся вечером в отеле, в том же номере.
— Давай, — согласился Леонид. — А что мне ему сказать,
— Он не спросит, — с неожиданной грустью ответила Марианна. — Так, значит, договорились? В семь?
— В семь, — кивнул Макеев и, подумав, добавил: — Как хорошо, что ты позвонила. Я соскучился.
Хотелось поделиться своим хорошим настроением. Пусть и ей будет приятно. В конце концов, она неплохая баба.
Перед тем как ехать на назначенное свидание, он проверил почту на компьютере. В почтовом ящике лежал ответ от кинокомпании. Гарднер предложенную кандидатуру одобрял и настаивал на скорейшем возобновлении съемок. Горячая волна снова поднялась где-то в груди, но действие таблеток и алкоголя все еще сохранялось, поэтому Леонид лишь хрипло выдохнул «Есть!» и шлепнул ладонью по столу.
«Все отлично складывается!» — стучало в голове, пока он добирался до отеля. Вечернее солнце, казалось, посылало ему улыбки, отражаясь в тонированных стеклах проезжавших мимо машин. На углу бульвара деревенского вида бабка в пуховой кофте и платке продавала астры, и Леонид остановился и купил для Марианны лохматый разноцветный букет.
В холле отеля ему сказали, что гостья уже ждет в номере. Макеев поднимался в лифте, размышляя о том, что нужно завтра же отправить Алешку в посольство, подавать документы на визу. Затем заказать билеты на самолет и отрапортовать Гарднеру, когда прилетает замена Форкса. Пускай расслабится старичок, не нервничает. Все будет пучком, как говорил когда-то начинающий спортсмен Алексей Лазарев.
Он вошел в номер. Шторы были неплотно задернуты, пробивавшийся в щель солнечный луч освещал лежащую на кровати Марианну. Она уже сбросила платье, скинула туфли и лежала поверх покрывала в одной тонкой, отделанной кружевом комбинации. Услышав скрежетания ключа в замке, женщина приняла соблазнительную позу, позволила бретельке соскользнуть с плеча и теперь томно смотрела на Леонида, раздвигая губы в медленной откровенной улыбке.
— Ух ты! — присвистнул Леонид.
Марианна приподнялась, на коленях подползла к краю кровати и, притянув его ближе, принялась расстегивать пуговицы его рубашки, шепча:
— Ваша покорная наложница, мой господин.
Ее холеные пальцы с длинными ухоженными ногтями ловко сновали по его груди.
— Что это с тобой сегодня? — не смог скрыть удивления Леонид.
— А я теперь свободная женщина, — промурлыкала она, прикасаясь губами к его смуглому животу. — С сегодняшнего дня начинаю новую жизнь.
— Свободная женщина? Это как это? Да погоди же!
Он легко оттолкнул Марианну, запахнул на груди рубашку и присел на край кровати. Женщина обескураженно моргала
— Мы с Алешей решили развестись, — обиженно пояснила она.
— Как так? Почему? — не отставал Леня. — Объясни толком. Он что, узнал про нас?
Марианна отодвинулась, натянула подол комбинации на обнаженные колени, сказала, глядя в сторону:
— Ничего он не узнал. Да если б и узнал… Ему это безразлично…
— Тогда я ничего не понимаю, — раздраженно буркнул Макеев.
Он поднялся с кровати, на ходу застегивая рубашку, отошел к окну, отдернул штору. В комнату ворвался солнечный свет, выхватив из полумрака дешевую потертую мебель, выщербленные плитки пола. В воздухе закружились мельчайшие пылинки.
— Мы с ним летим в Америку, на съемки, — обернулся он к Марианне. — Ему нельзя сейчас отдавать куда-то документы, менять статус. Придется вам повременить с разводом. Чего вдруг вам приспичило именно сейчас?
— Да не летит он ни в какую Америку, с чего ты это взял? — резко бросила Марианна.
— Что ты сказала? — Леонид шагнул к ней, встряхнул за плечи.
— Он и не собирался, — передернула плечами Марианна. — У него тут любовь, понимаешь? — осклабилась она. — Большое светлое советское чувство! Он сам вчера сказал. Поэтому со мной разводится и в Америку не летит.
Леониду показалось, что его резко ударили под дых. Было однажды такое в детстве, когда в пионерском лагере свалился с дерева и упал на живот, на несколько минут потеряв способность дышать. Да что же это такое? Что несет эта дура? Ведь головоломка уже сошлась, все сложилось, и Гарднер подтвердил… И вот теперь…
— Почему ты мне сразу не сказала? — сдавленно спросил Макеев.
— Что не сказала? — подняла брови Марианна. — Что развожусь? Вот я тебе и говорю. Так что я, как и было сказано, женщина свободная и могу встречаться с тобой открыто. Даже выйти за тебя замуж могу, — кокетливо бросила она.
— Дура! — взревел вдруг Леонид. — Идиотка проклятая! Ломаешь тут комедию, ведешь себя как шлюха последняя… Почему не сказала мне еще вчера, что он передумал?
Марианна, оторопев, часто заморгала, потом соскочила с постели и принялась лихорадочно одеваться. Узкое платье не желало садиться на место, застревало в плечах, и женщина остервенело тянула его вниз. На скулах выступили кирпичные пятна, казалось, она вдруг устыдилась того, что находится в этой убогой комнате, перед этим мужчиной, почти обнаженная.
— Кто она? С кем у него шашни?
Макеев схватил ее за плечи, встряхнул, она же с силой вырвалась, закричала:
— Я не знаю! Пусти, идиот! Господи, надо же быть такой дурой! Как я сразу не поняла?
Она судорожно заметалась по номеру, разыскивая сумочку. Наконец обнаружила ее на столе, схватила и вдруг обернулась к Леониду, выкрикнула с отчаянием:
— Я ведь простила тебя, решила забыть, как ты бросил меня. Поверила, что ты и правда вернулся ради меня. А ты все затеял только для того, чтобы снова заполучить своего драгоценного братца, ведь так?