Млечное

Колкер Юрий Иосифович

Медь последних листьев падает с ветвей.

Кто-то в синем небе зажигает свечи

И роняет людям холод их лучей.

Алой полосою дали пламенеют,

Сосны устремились в синий небосклон.

В парке так же тихо. Там, в конце аллеи,

Женская фигурка, стройная, как клён.

Нас напрасно случай сводит неустанно,

Мы не ищем встречи, всё прошло, как сон.

Нам осталась память осени туманной —

Образ твой навеки в ней запёчатлён.

Видишь,

всюду осень! В этот вечер ясный

Медь последних листьев падает с ветвей —

И воспоминанья только тем прекрасны,

Что вернуть не в силах мы ушедших дней.

1961

* * *

Ловлю заката сумрак алый

Над синим трепетом реки —

Там сердце где-то услыхало

Мотив мечтательной тоски…

Пустеют улицы и скверы,

Тускнеют яркие огни,

Ползёт туман, сырой и серый,

И тонет в траурной тени…

Вечерний город! Необъятна

Твоя ласкающая мгла,

Где гаснет день в крови закатной,

Где ночь безмолвна и светла,

Где тени мечутся устало,

Заслышав гулкие шаги,

Где ночь безмолвием сковала

На сером камне пьедестала

Копыто бронзовой ноги.

1961

* * *

Звучные капли упали,

Брызнув на мутные стёкла.

Вижу сквозь мутные стёкла

Города серые дали.

Чёрного вечера чары,

Звучная поступь прохожих…

Слушая поступь прохожих,

Тускло блестят тротуары.

Там, на слепом горизонте,

Тучи сомкнулись без силы,

Дождь барабанит уныло

В твой продырявленный зонтик.

1961

НОВОГОДНЯЯ НОЧЬ

Небо рушится в город каскадами льда,

Под ногою, промёрзший, звенит тротуар,

И сверкает застывшая в окнах вода,

Этот сказочный дар. В синем пламени фар

Здесь машины скользят неизвестно куда,

И проспект поглощает их призрачный свет —

И дробя, и пронзая холодную даль,

Небо рушится в город — и счастлив поэт!

Бьют на башне часы. За ударом удар —

Словно чьи-то шаги, словно поднят бокал…

В ожидании, полном таинственных чар,

Среди блеска созвездий и блеска зеркал

Этот мир бесконечно и молод, и стар,

И могуч, как звенящий над нами металл.

Торжествующе ярок над каждым из нас,

Безначален, как бездна опаловых глаз,

И стозвонен, и хрупок, как горный хрусталь

И мятежен, и тих, как закатная даль!..

1961–1962

* * *

Мой

побеждённый друг, ты победил —

Не забывай отчаянья победы:

Грядущее идёт за нами следом,

А прошлое маячит впереди.

Мой побеждённый друг, она сейчас,

Уже сейчас простить себе не смеет,

Что разрешила веско промолчать

В ответ на вызов, брошенный так смело.

Ты победил, покинув поле боя.

Она не сразу даже поняла,

Что ты не всю тоску унёс с собою —

Вы честно поделились пополам…

1961–1962

* * *

— Планете, заревом объятой,

Скажи последнее прости,

Забудь рассветы и закаты

За гранью Млечного пути! —

Послушный тайному призыву,

Я в путь готов, но холодна

И равнодушно молчалива

Моя владычица луна.

И только Ты — в тумане звёздном,

Постигнув тайные мечты, —

Ты сходишь в город, поздно-поздно,

На эти чёрные мосты,

На эти гаснущие дали,

В нерастворившуюся мглу,

Где мы прощались и встречали,

Прильнув к оконному стеклу…

Твои черты неуловимы,

Тобою полон каждый час,

Меня влечёт куда-то мимо

Немая сила звёздных глаз.

На фоне бледного заката

Мне пламя, взгляда не снести —

И ты влечёшь меня куда-то

По ленте Млечного пути…

1962

АМНЕРИС

Грустью томимая странной,

Бродишь ты в парке одна… —

Сизые клочья тумана,

Пруд, и дворец, и луна…

Струи звучали напевно,

Падая с мраморных плит.

Тихо и грустно царевна

В звездное небо глядит.

Мы не увидимся снова.

Небо пылает. Смотри —

Гаснут виденья былого

С этой полоской зари.

Что твоим сердцем владело?

Волей пророческих снов

Взгляд ли ты бросить посмела

В сумрак грядущих веков?

В небе таинственно тает

Лилия жёлтой луны,

Фивы, под ней расцветая,

Видят волшебные сны;

Гаснут на бронзовой двери

Искры ушедшего дня…

Боги, пошлите Амнерис,

Светлую веру — в меня!

<