Мне все равно!
Шрифт:
Парень был просто великолепен в небрежно застегнутой легкой рубашке и светлых штанах.
– Привет. Я тут узнал, что моя невеста заказывает в номер две порции ужина, и решил проверить: с кем она решила поделиться?
– Ты ревнуешь?
– спросила я, усаживаясь в кресло и придвигая поднос, который он принес.
– Не то, чтобы ревную... Но все-таки послезавтра ты станешь моей женой.
– Я давно хотела спросить тебя, Эдвард Каллен, зачем тебе это?
– Если я начну отвечать, то
Кажется, я непростительно эмоционально реагирую на своего жениха - ладони вспотели, в груди что-то заныло, дыхание сбилось.
– Неужели ты решил стать моим личным диетологом?
– Что-то типа того, - пробормотал Эдвард, подходя ко мне, и продолжил медленным и соблазнительным голосом.
– Тебе так интересно, почему я решил быть с тобой в болезни и горести?
– он потянул за пояс халатика, - Здоровье и радости, - халат упал к моим ногам, я же дрожала перед ним от возбуждения и прохладного воздуха.
– Пока смерть не разлучит нас, - он подхватил меня на руки и уложил на кровать. Склоняясь надо мной, он проговорил быстро, - Потому что хочу, чтобы только в моих руках и от моих губ ты делала так!
Он коснулся губами моих губ, руки стали ласкать мою грудь. Я застонала и выгнулась дугой.
День Святого Валентина. Чертова гостиница была украшена розовыми бантами и шарами в виде сердечек. Я мечтала проснуться в его руках! Но вместо этого моя сестрица и Элис, вот уж спелись две сумасбродки, облили меня холодной водой, чтобы я, наконец, проснулась.
Мне составило огромного труда выпросить их разрешения на завтрак прежде чем поехать в цветочный магазин.
– Эдвард с мальчиками отправился в турагенство за вашими путевками, - рассказывала Элис, когда мы проходили в ресторан гостиницы.
– Элис, кто этот высокий красавец?
– подбежала к нам Джессика.
– Эдвард, - завизжала девица в ответ так, что я даже немного присела от неожиданности, - почему ты до сих пор здесь?
– Немного проспал, сестренка, - поцеловал он ее в щеку, подходя к нам.
Я тут же залилась краской и быстро перевела взгляд на Джаспера, следовавшего за женихом:
– Привет.
– Сначала нужно здороваться с женихом, Белла, - зарычал Эдвард на ушко и впился в губы так страстно и неожиданно...
– Вот это парень!
– услышала я восхищение Джессики.
– Встретимся за ужином, - шепотом пообещал парень, прежде чем удалиться.
Я рассмеялась вслед, смущаясь.
– Приветствую вас за этим столом!
– поднялся с места моложавого вида мужчина, Карлайл Каллен.
– Чуть меньше семи лет назад мой младший сын отказался идти по стопам своих праотцов и не стал юристом. Более того, меньше двух лет назад он пошел работать не в фирму моего брата, - он кивнул в сторону Аро, - а в конкурирующую. И вот теперь меня пригласили на свадьбу не с той, которой мы обручили его еще в детстве, - он бросил мимолетный взгляд в сторону какой-то платиновой блондинки, собственница во мне зарычала.
– Он собрал за этим столом всю семью! Эдвард, сынок, хватит доказывать
Молчание ненадолго повисло в зале, где организовали праздничный ужин. Я посмотрела на Эдварда с надеждой, но вместо желания бороться увидела скрытую злость и ненависть. Положение спас мой дедушка, который как всегда забыл надеть слуховой аппарат:
– Давайте выпьем что ли, а то сидим как на поминках!
– закричал он.
Следующий удар мы с Эдвардом получили от его дяди Аро:
– Эдвард, я не буду говорит как расстроен, что последний из нас надевает на шею аркан в виде семейной жизни. Я не буду говорить, как хотел видеть более пышную свадьбу, чем эта. Я не буду говорить, как удивил меня твой выбор невесты. Я скажу лишь, что будь счастлив, племянник!
А затем один за другим как из ушата меня поливали грязью. Брат Эдварда сказал, что не подозревал о его столь непритязательном вкусе к девушкам. Эсми сказал, что неожиданность решения сына жениться в двадцать пять лет чуть не довела ее до сердечного приступа. Папа, никогда не говоривший на публику, рассказал о том, как рад, что я ухватила замечательный «кусок с чужого стола». Тихоня Анжела сказала, что всегда не сомневалась в том, что я найду богатого сынка, чтобы скрыть собственные неудачи. Вечер закончился для меня тем, что Таня, названная невеста Эдварда, выразила надежду, что он одумается и вернется к ней. Джессика, сидевшая рядом, не выдержала на этот раз и вцепилась в волосы блондинки. Папа и Аро разняли девиц.
– Разрешите мне сказать, - поднялась я с места, все недоуменно повернули головы.
– Знаю, что все вы были лишены возможности высказаться на нашей помолвке. Теперь же вы отыгрываетесь! Но, к сожалению, а может, к счастью я тоже мало говорила в тот день, - я посмотрела на Эдварда, тот продолжал молчать.
– Теперь же выслушав вас, я хочу сказать, много чего сказать. Пусть я не красавица как Таня, пусть я не богатая как Каллены, и не идеальная как Эсми, но у меня есть то, что нет ни у одного из вас. Первое, что у меня есть — это моя семья! Отец, который просто не понял скрытый смысл в ваших речах...
– Они что-то говорили?
– спросил нарочито громко Чарли у Рене.
– Мать, которая из интеллигентности, не стала вступать с вами в противостояние. Есть сестра, которая всегда найдет лишнюю оплеуху для моего обидчика. И у меня есть жених. Да, он любит и вас — каждого по своему, но именно мою руку он держал весь вечер, именно меня он выбрал в жены, именно мне шептал он ласковые слова ни единожды. И что бы вы не говорили сейчас! Я выйду за него замуж! Я люблю его! За моего жениха!
Я выпила залпом свой бокал и бокал тихони Анжелы, сидящей напротив меня.
Я медленно сползала вниз по стене на пол. Кусая кулак, я старалась сдержать крик боли и моей души. Слезы, стекающие по лицу крупными каплями, смывали тушь с моих глаз.
Ненавижу его и его семью! Как это подло! Как это невыносимо больно! Почему он так повел себя за ужином? Неужели ему было трудно заступиться за меня, за себя...
– Белла, открой, нам нужно поговорить, - настойчиво барабанил в дверь мой жених.