Мое сердце
Шрифт:
Поначалу лорда Блэкторна привлекло к Дейдре то, что ребенок, которого не доносила его жена, тоже оказался девочкой и одного возраста с ней. Жизнь самой Дейдры тоже не была сплошным сахаром. И хотя в конце концов все наладилось, она вдруг обнаружила, что, прожив почти всю свою жизнь без отца, вдруг стала обладательницей сразу двух. Но Адам де Мариско, хотя и был любящим отчимом, все-таки не всегда мог скрыть, что Велвет — его единственный ребенок, единственный для него свет в окошке. Не будь рядом с ней Джона Бейкли, жизнь ее была бы гораздо печальнее. Никто так и не заметил, когда его любовь из почти родительской превратилась в чувственную, а ее — из детской в любовь женщины.
Мария
Мать и отчим Дейдры придерживались, однако, прямо Противоположного мнения и поначалу отказали дочери в своем благословении. Они считали, что Джон Бейкли слишком стар для Дейдры Бурк. Лорд Бейкли умолял их с отчаянием влюбленного человека. Дейдра потихоньку чахла, пока перед ней чередой проходили самые завидные соискатели ее руки. Все были со слезами отвергнуты. В конце концов настойчивость влюбленных победила, и они поженились через четыре месяца после шестнадцатилетия невесты. Еще какое-то время Скай и Адам де Мариско боялись, что Дейдра не найдет счастья в супружестве. И только перед самым отъездом они убедились, что Джон Бейкли — самый подходящий муж для кроткой Дейдры.
— Клянусь, Джон, я не причиню вам никаких неудобств, — пообещала ему Велвет.
— Тогда иди, девочка, и повидайся с сестрой. Она слишком возбуждена, чтобы спать.
Стараясь сохранить самообладание, Велвет спокойно вышла из комнаты и поднялась в покои Дейдры. К огромному облегчению, оказалось, что ее сестра в конце концов заснула, и Велвет смогла спокойно посидеть в туалетной. Мама и папа не рассердятся на нее за отказ от скоропалительной свадьбы с графом. Они поймут, почему она вынуждена была поступить так, как собиралась. В конце концов, она же не отказывается от обговоренного замужества. Она просто хочет лучше узнать графа, подождать возвращения родителей из путешествия и только потом принять решение. Это разумно, невзирая на то, что думали ее дядя и кузен. Велвет закрыла глаза и задремала.
Разбудила ее служанка, принесшая в комнату ее платье.
— Пора одеваться? — спросила она, еще не совсем проснувшись.
— Да, мисс Велвет. Лодема приготовила ванны для вас и миледи. — Лодема была доверенной камеристкой Дейдры.
— Служанка помогла ей раздеться. Дейдра уже весело плескалась в своей дубовой ванне у огня в другой комнате, когда Лодема сурово напустилась на нее:
— Все это купание, и в вашем положении… Это не прибавит вам здоровья, миледи, говорю я вам.
— Чепуха! — Короткий сон освежил Дейдру, и к ней вернулось хорошее настроение и уверенность в себе. — Поторопись, Велвет, а то вода остынет, — позвала она младшую сестру.
Велвет стыдливо вышла из туалетной, несколько стесняясь своей наготы. Она быстро влезла в ванну и сморщила нос от удовольствия.
— Левкой? О, Дейдра, ты запомнила!
— Гиацинты для меня и левкои для тебя. Конечно, помню. Мне было двенадцать, когда мама выбрала для меня собственный аромат, а ты плакала и плакала, пока она не позаботилась и о тебе, хотя ты была еще слишком мала, чтобы пользоваться благовониями.
Велвет хихикнула.
— Я помню, — сказала она, — но я просто хотела походить на свою старшую сестру, а у тебя был свой аромат, а у меня нет.
— Чепуха! — твердо ответила Дейдра. — Ты всегда была маленькой капризулей и осталась такой и сейчас. — Потом она рассмеялась. — Но черт меня побери, сестричка, если у тебя нет обаяния. Я никогда не встречала человека, способного так быстро очаровать окружающих и убедить в своей правоте.
— Вы собираетесь
Молодые женщины быстро закончили купание, вылезли из ванн, их вытерли и напудрили служанки. Велвет быстро надела шелковое нижнее белье, не желая стоять голой перед незнакомыми слугами. Она взглянула на выпирающий живот сестры и подумала, что даже в таком виде Дейдра оставалась самым прелестным существом на свете и почти точной копией своей матери.
Принесли платья; обе сестры предпочли одеться в бархат — день был прохладный. Платье Дейдры — темно-рубиновое с белой атласной нижней юбкой, расшитой серебряными нитями. Белые с серебром рукава с буфами и разрезами проглядывали из-под тяжелого бархата. Шею охватывала нитка прекрасного жемчуга, к которой было пристегнуто вырезанное из целого рубина сердечко, в ушах — грушевидные жемчужины, подвешенные на маленьких рубинах. Ее черные волосы убрали на затылке во французский шиньон и скрепили драгоценными заколками; на тонких пальцах красовалось несколько прекрасных колец.
Платье Велвет по своему покрою походило на сестрино с очаровательной юбкой колоколом. Оно было темно-зеленым с более светлой нижней юбкой, также расшитой золотом; в разрезы рукавов проглядывала золотая шемизетка. Платье подарили ей ко дню рождения тетя и дядя, и оно было единственной действительно роскошной вещью в ее гардеробе. Прекрасные золотисто-каштановые волосы ниспадали соблазнительными локонами на ее плечи, а вокруг шейки вилась золотая цепочка, с которой свисал кулон в форме сердечка, бывший на самом деле медальоном.
Дейдра одолжила своей младшей сестре миниатюрные сережки из жемчужин, ибо у Велвет, считавшейся еще маленькой, было мало драгоценностей. Лодема, критическим взглядом окинув младшую сестру своей госпожи, послала горничную принести две распустившиеся золотистые розы, стоявшие в вазе. Затем она связала цветки вместе зеленой ленточкой и прикрепила их к головке Велвет. Отступив на шаг назад, она едко заметила:
— Так-то лучше! Теперь вы нас не опозорите!
Дейдра и Велвет поспешили из апартаментов вниз, где их поджидал лорд Блэкторн. Велвет почувствовала себя нескромно подглядывающей, когда ее старшая сестра смахнула несуществующую пылинку с темно-голубого камзола своего смеющегося мужа. Джон — очень красивый мужчина, подумала Велвет, и, по-видимому, в самом соку. Он был на голову выше своей жены, с прекрасной фигурой. Скорее, его можно было назвать худощавым. Он сохранил прекрасные каштановые волосы с легким налетом седины, которые он коротко подстригал. Глаза сияли светлой голубизной, лицо узкое и аристократическое, с тонким носом, прекрасным разрезом глаз и тонкими губами. Несмотря на свою аскетическую внешность, он любил смеяться и высоко ценил хорошую шутку.
Род Джона Бейкли владел Блэкторн-Прайэри со времен Вильгельма Завоевателя. Прайэри и окружающие его земли были подарены его предку, пэру, в награду за то, что он отбил их для Вильгельма у его обитателей, восставших саксонских монахов. Звали его Сьюр Бейкли. Бейкли всегда были добропорядочными англичанами, любившими свою землю и самоотверженно защищавшими ее. Они сражались за Англию под началом Ричарда I и Эдуарда, Черного принца, но никогда не состояли ни при каком дворе и не вмешивались в политику. В этом было их спасение.