Могол
Шрифт:
— Однако он и есть законный наследник, — возразил Ричард.
— Законного наследника не существует, когда это касается четверых братьев, — пояснила ему ага.
Тем временем Билкис родила в 1642 году Исканду, а спустя два года Насира. Затем Ричард настоял на использовании предохранительных средств, в которых, как известно, индийцы не знали равных. Ей было двадцать лет, и он хотел сохранить ее красоту. Помимо всего прочего, разве дети могли стать залогом удачи? Ведь даже Джахан-ага
Корабли Дея уже несколько раз плавали в Европу и обратно. И каждый раз вместе с товарами для продажи он посылал в Агру караван с подарками падишаху и принцессе. Аге очень понравились зеркала венецианского стекла и английская керамика, подобно которой она раньше не видела.
Прибытие очередного каравана в Агру стало счастливым событием для Ричарда: с ним пришло письмо от его сестры Лауры. В Англии, оказывается, произошла революция, и король Карл I объявил войну своему собственному парламенту.
«Повсюду происходят сражения, осады и убийства, — писала Лаура Сэттон. — Королева была вынуждена остаться во Франции, где в тот момент гостила. Видит Бог, нет более верного приверженца его величества, чем я. Но Англия последние несколько лет была несчастной, плохо управляемой страной. Даже мои муж и сын переметнулись к принцу Руперту. Будет ли конец этому, дорогой Ричард?»
«Мне бы полагалось быть там», — подумал Ричард. Но кому предложить свою шпагу? Как мало знал он английский двор и его правителей! И его, признаться, это совсем не заботило. Разве он кому-нибудь что-либо должен в Англии? Разве можно считать ее своим домом? Конечно, его дом в Агре.
— Ты печален, моя любовь, — заметила принцесса, выходя из бассейна.
— В Англии война, — ответил он.
— Пустяки, — заверила она его, когда девушки поспешили к ней с полотенцами. — Ваш король и его солдаты легко победят толпу приказчиков.
— Хочется верить, что вы правы, ваше высочество, но в моей стране сложилась тревожная ситуация, а там у меня осталась сестра.
— Тогда пошли за своей сестрой, пусть приедет сюда.
Неожиданно из приемной послышался шум, а затем громкие крики женщин.
Ричард увидел, как дверь в сад распахнулась настежь, а на пороге появился мужчина в красной накидке, белых штанах и коричневых туфлях. На голове его был красный шелковый тюрбан, на боку висел меч. Каждая деталь выдавала в нем воина.
Невысокий ростом, он был явно здоров и силен. И молод — не старше двадцати пяти лет, как показалось Ричарду. У него не возникало ни малейшего сомнения в том, что это сын Мумтаз Махал: он очень походил на свою сестру с мелкими неповторимыми чертами лица, расширенными ноздрями и тонкими губами.
— Что это значит? — возмутилась ага. — Почему ты, как бандит, врываешься в мои покои?
Принц закрыл за собой дверь.
— А ты разве шлюха? Почему я нахожу тебя завернутой в полотенце рядом
— Убирайся! — резко бросила она. — Пока я не приказала вышвырнуть тебя!
— И кто же это сделает? — спросил принц. — Твои служанки или любовник?
Ага обернулась к Ричарду, который испытывал скорее смущение, чем страх. Он, убеленный сединами профессиональный воин старше сорока лет, застигнут на месте преступления, как мальчишка...
Положение усугублялось тем, что он, как обычно, оставил свою шпагу в прихожей.
Принц продолжал:
— Будь уверена, если ты прикажешь ему пойти против меня, он лишится головы.
Джахан-ага прикусила губу.
— Хорошо, Аурангзеб, у тебя преимущество передо мной. Что ты хочешь?
Принц прошелся по саду, тем временем Ричард исподволь изучал его. У молодого человека определенно были манеры воина. О том, что он обладает взрывным характером, тоже не приходилось сомневаться. Наконец он остановился, молча глядя на любовников.
— Я хотел, — сказал Аурангзеб, — увидеть своими глазами проявление твоей распущенности и безрассудства.
— Ну, теперь ты все увидел, — сказала ага. — Что дальше? Объявишь об этом на торговой площади?
— Я бы зря потратил время, ведь это и так всем известно, — парировал Аурангзеб.
Ага снова села, положив ногу на ногу. Блант, сознавая всю глупость и унизительность своего положения, стоял рядом с ней с комком обиды в горле.
— Они больше чувствуют, чем воспринимают на слух, — заметила ага.
— Без сомнения, но я уже поговорил с нашим отцом.
— Для чего? Отец знает, что мне надо, и знает, каковы мои лекарства.
Ричард резко повернул голову. Она улыбнулась ему:
— Конечно, мой дорогой Ричард. Я сказала ему о нас, и он одобрил мой выбор. — Она снова повернулась к брату. — Поэтому ты напрасно тратишь время, Аурангзеб.
— Я знаю, что пустая трата времени убеждать падишаха наказать тебя, сестра. Твое лицо защищает тебя от возмездия. Тем не менее наш отец не так глуп, как ты предполагаешь. Услышав о твоей скандальной любовной связи и о решении назначить этого так называемого туман-баши еще и командиром гвардии, я поспешил в Агру.
— А почему не назначить? — удивилась ага. К ней полностью вернулось самообладание. — Блант-сахиб известный на всю Европу воин. И он верен Дому Бабура. Лучшего на найдешь.
— Скажи мне, сестра, откуда ты знаешь об этом? Из постели?
Глаза аги гневно сверкнули.
— Я видела сама, как умело он управляет своими людьми и учит их владению оружием.
— Многие могут махать мечом или призывать людей следовать за собой, особенно когда не собираются никуда, — возразил Аурангзеб. — Мастерство проверяется при встрече с врагом лицом к лицу. Я сказал об этом отцу. Как он мог доверить свою жизнь человеку, который не в состоянии защитить ее?