Могол
Шрифт:
— А вы слышали о нас, англичанин? — спросил Бабур.
— Вся Европа наслышана об Османской империи. — Ричард выуживал из памяти информацию.
Глаза Бабура сверкнули.
— Мы не турки. Мы монголы. А турок, кстати, довольно часто били в прошлом и наверняка будем бить снова. — Затем его голос несколько смягчился. — Но турки, конечно, сильный народ, и на время у нас с ними дружба. Я использую турецких пушкарей потому, что только они в совершенстве владеют артиллерийским искусством. А слышал ли ты о Тимуре по прозвищу Хромец?
—
— Я его прямой потомок, — с гордостью заявил Бабур.
Снова Ричард сделал промашку и теперь пришел в замешательство. Имя Тимура и в самом деле было в Европе легендой, и не более того. Говорили, будто бы он как вихрь вырвался из Центральной Азии. По утверждению Гопала Даса, этот великий полководец завоевал полмира. Вот и все, что знал об этом человеке Ричард.
И теперь оказалось, что Бабур — его потомок, а значит, мог слышать о пресвитере Иоанне.
Но внутренний голос подсказывал Ричарду не спешить с расспросами, в таком деле нужно быть очень терпеливым. У него вроде бы снова появилась возможность подняться на ноги. И именно тогда, когда, казалось, все надежды окончательно утрачены... Нет, прежде всего нужно заслужить доверие Бабура, стать ему необходимым, а уж потом стремиться к большему.
— Вы будете атаковать Лоди-шаха? — спросил он, сглатывая заполнившую рот слюну. Этот ягненок был первым мясным блюдом, отведанным Ричардом более чем за неделю. Да еще какой ягненок! Нежный, отлично приправленный — невероятно вкусный.
— Мы устроим ему бойню, — заявил Камран, сверкая глазами.
— Каковы силы армии Лоди? — спросил его отец.
— Сейчас... я бы оценил их в тридцать тысяч человек. Бабур бросил вопрошающий взгляд на Давлата.
— Я бы сказал, что так оно и есть, — согласился Давлат.
— У него к тому же есть боевые слоны, — заметил Бабур. — Думаю, будет неразумно с моей стороны атаковать его. Кроме того, в этом больше нет необходимости.
— Но я уверен, что великое множество людей Лоди-шаха готовы дезертировать. И если вы атакуете...
— Кто знает. Они могут самоотверженно сражаться и за него. Нет, нет, англичанин, наши позиции сильнее при обороне. Мы подождем, когда Лоди атакует нас.
— Возможно, что он и не сделает этого.
— Непременно сделает. Просто обязан, когда несколько тысяч людей предали его. И Лоди наверняка понимает, что чем дольше он ждет, тем больше его воинов могут уйти ко мне. Он атакует, и на мой взгляд, атакует сегодня же.
Ричарда поражала спокойная уверенность монгольского полководца. Но Бабур и на самом деле был совершенно спокоен.
Шум в делийском лагере продолжался всю ночь, но с наступлением дня все стихло. Стоя с Бабуром за баррикадой из повозок, Ричард мог наблюдать за завтраком враждебной армии. Одет он был уже в металлический шлем и короткую кожаную куртку, ибо не нашлось ни одной достаточно большой кольчуги, какая подошла
Монголы позавтракали раньше, и сейчас Бабур отдавал приказания. Индусов перебежчиков поставили по левую сторону от основных позиций, там, где они провели ночь. Они не были защищены баррикадой, но Бабур предусмотрительно держал в резерве два полка кавалерии на всякий случай.
— Кто их командир? — спросил он Ричарда.
— Я их командир.
Бабур нахмурился:
— Они пойдут за тобой?
— Да, ваше величество.
— Тогда быстро становись во главе своего отряда, но следи за мной. И когда я подниму жезл, веди своих людей туда, куда укажу.
Ричард отдал честь. Ему подвели лошадь. Вскочив в седло, он гарцевал перед строем своих людей.
— Скажи людям, — наставлял он Прабханкара, — что сегодня мы покончим с Лоди-шахом и его тиранией. Объясни, что Бабур Лев наш друг и станет справедливо править нами после того, как Лоди будет разбит. Пусть все знают: нам нужно доказать свою верность ему, и мы здорово, выиграем от этого.
Прабханкар поклонился и сказал индусам речь, которая, казалось, понравилась им. Они затопали ногами и подняли в воздух свои копья.
— А вы не забудете, как преданно я служил вам, Блант-сахиб? — спросил Прабханкар.
— Нет, конечно, — ответил Ричард. — Я обязательно запомню это.
С громогласным звяканьем цимбал делийская армия двинулась вперед. Раджпутская кавалерия под оглушительный звон упряжи и оружия наступала по левому флангу — то есть по правому флангу монголов. Пока скакали только всадники на лошадях, пыли было немного.
Центр и правый фланг занимали индусские пикинеры с мусульманскими офицерами во главе. Их было несметное множество, но, как почувствовал Ричард, именно они составляли слабое место в армии Лоди.
За пикинерами медленно шли вперед слоны, огромными ногами сотрясая землю. Их красное с золотом снаряжение и роскошно одетые люди в башенках на спинах животных придавали всему происходящему видимость захватывающего представления.
За слонами двигались верховые отряды султана с весьма просто одетыми всадниками и готовые к завершающему удару по разбитому противнику пехотинцы — все мусульмане в голубой с серебряной оторочкой униформе и тюрбанах.
Лоди и его придворные замыкали шествие.
Медленное последовательное выдвижение войск сопровождалось страшным шумом, к цимбалам присоединились завывания труб и крики людей.
В отличие от противника монгольская армия не издавала ни звука, конечно, не считая индусов, сгрудившихся на левом фланге, которым было плохо видно происходящее из-за баррикады.
Делийская армия приблизилась к линии войск Бабура и, не доходя полумили, остановилась. Сержанты принялись расставлять индусских копьеносцев. Ричард видел мелькание их кнутов, когда те сгоняли людей в шеренги.