Могол
Шрифт:
— Но он встретил нас как друзей.
— Вы вооружены, на корабле у вас пушки. Отец предпочитает отделаться от вас хитростью, но не силой.
Девушка повернулась, словно собираясь идти обратно, но Ричард взял ее за руку и мягко увлек в тень деревьев.
— Вы клевещете на своего отца.
Черты ее лица были едва различимы в темноте. Они стояли так близко друг к другу, что он ощущал ее дыхание на своем лице.
— Отец делает свое дело, — сказала она, — выполняет свой долг. Но я не хочу, чтобы вы попали
Он поцеловал ее в губы. На мгновение она перестала дышать, потом ее руки обняли его, и пальцы легли на плечи.
— О, сеньор, — прошептала она, когда их губы разомкнулись.
— Это всего лишь ничтожная благодарность за вашу заботу, — сказал Ричард и поцеловал ее снова.
Губы Елены раскрылись, и она позволила молодому человеку прижать себя к груди.
— Что, по-вашему, я должен делать? — прошептал он ей на ухо.
— Останьтесь в Гоа, отремонтируйте корабль, а потом плывите.
Ответ был не тот, которого он ожидал, но и в нем угадывалось обещание.
— Плыть куда?
— Я не знаю. Может быть, дальше на востоке вы отыщете путь к пресвитеру Иоанну. А может быть, для вас лучше прекратить поиск и вернуться в Англию.
Он поцеловал девушку снова и только теперь ощутил наконец страстный трепет ее тела. Нащупав пуговицы на ее платье, он стал расстегивать их одну за другой. Она, казалось, не замечала этого.
— Если я вернусь в Англию, Елена, вы поедете со мной?
Это был ход, испытанный им дюжину раз, и всегда успешно.
— О, сеньор, — выдохнула она.
Ричард запустил руку под ее платье и понял, что там только нижняя рубашка. Климат был слишком жарким, чтобы надевать что-то еще, а она достаточно молода и стройна, чтобы пользоваться корсетом, даже если бы климат и позволял носить его. Вряд ли ее мать надевала корсет.
— Вы останетесь? — спросила она.
— Остаться и видеть вас снова и снова было бы венцом моих желаний, — произнес он в ответ.
Руки Ричарда под платьем скользили по ягодицам Елены. Легкая дрожь пробежала по ее телу.
— Так вы останетесь? — спросила она снова.
— Мне нужно поговорить с кузеном. Он посланник. Но я постараюсь убедить его.
— О, сеньор, сеньор... — Она повернулась так, что его рука сама собой легла на ее лоно. — О, сеньор.
«Бог мой, — подумал Ричард, — я готов заполучить это свежее, юное создание здесь, сейчас, в первый же день знакомства. И если ее отец действительно намеревается послать нас на смерть, он заслуживает того, чтобы его дочь была совращена».
— Елена, Елена, где ты?
Они были так поглощены друг другом, что Ричард не услышал тяжелые шаги дуэньи. Он поспешно отступил от девушки, а Елена принялась торопливо застегивать платье, удивляясь незаметному появлению дуэньи.
— Мы здесь, Магдалена, — сказала девушка, — разговариваем о политике.
— А, —
Когда они возвращались в дом, Ричард сжимал руку Елены.
«Бонавентура» была вытащена на берег и закреплена. Пушки и припасы сняли с корабля и привязали канатами к ближайшим деревьям. Из парусов англичане сделали палатки, поскольку в фактории не нашлось места, чтобы разместить команду.
Томас и Ричард расположились в палатке вдвоем. Ночью, когда слуги отправились отдыхать, Ричард рассказал кузену все, что узнал от Елены.
— Ерунда, — заявил Томас.
— Ей, должно быть, трудно говорить об отце такие вещи без веских оснований, — сказал Ричард.
— Бедовый ты парень! Признайся, ты поимел ее?
— С этим драконом, стоящим рядом?
— Ну ведь нужно же было сделать так, чтобы твой разговор не услышали. Или дуэнья тоже злословила по адресу своего хозяина?
— Мы уединились всего на несколько секунд, — сказал Ричард.
— За которые ты успел надавать обещаний.
— Ну... я немного приласкал этого ребенка. Уверяю тебя, она была совсем не против и, казалось, сама хотела этого.
— Ричард, слабость к женщинам не доведет тебя до добра. Уверен, она была не против. Представь себе жизнь молодой девушки, лишенной разнообразия в этой глуши. Она проводит бесконечно долгие дни в мечтах о симпатичном молодом матросе или, по крайней мере, владельце судна, прибывшем сюда из-за океана, чтобы припасть к ее ногам и умолять отправиться с ним если не в Португалию, то, во всяком случае, поближе к цивилизации.
— Тебе следовало бы стать поэтом.
— В свое время я писал стихи, — заметил Томас, — но я не настолько ослеплен романтикой, чтобы не видеть, когда меня дурачат. Ты любишь эту девушку?
— Я только что встретил ее.
— Ты собираешься жениться на ней?
— Боже упаси.
— Ну так вот, если ты останешься здесь на четыре месяца, как просит тебя девушка, то к концу этого срока ты наверняка женишься на ней.
Ричард не мог не признаться себе, что Елена произвела на него благоприятное впечатление.
— Итак, при сложившихся обстоятельствах чем раньше мы покинем это место, тем лучше, — заявил Томас. — Я уже принял предложение дона Хаима о проводниках и носильщиках. Мы уходим послезавтра.
— А если Елена права и ее отец намерен от нас просто избавиться?
— Не поверю этому ни на миг. Но даже если это так... мы лишь удивим его, выполнив свою задачу, когда вернемся и рассчитаемся с ним. Но еще раз повторю, я не верю этому ни на миг. В любом случае мы пришли сюда с миссией, и она будет выполнена. Кроме того, меня заинтересовал этот алмаз «Гора Света». Если, конечно, он вообще существует.