Могол
Шрифт:
Император задумался.
— Ну, я ему покажу. И предателям, которые его поддерживают, тоже, — произнес он наконец. — Моя армия собирается, но моя несчастная гвардия... Блант-бахадур умер, а Ибрагим бежал к мятежникам, поэтому я дам им нового командира с именем, за которым они пойдут.
И снова Уильям не поверил своим ушам.
— Итак, Блант-эмир, — сказал Акбар, — ты здесь, и мы вместе пойдем на этого Джахангира. — В голосе его звучало презрение.
Акбару не терпелось начать действовать, и поэтому армия выступила немедленно, несмотря на стремительное приближение
И вот пришло известие, что Салим с повстанческой армией при поддержке горцев и недовольных из Афганистана удерживает рубежи по реке Сэтлидж. Акбар сразу же направился к этой великой реке. Они увидели ее в тот день, когда начался дождь.
Акбар и его генералы привели своих коней на берег реки и стали рассматривать мятежные боевые порядки, едва видимые сквозь пелену дождя на противоположном берегу. Сила там собралась большая, с несколькими батареями артиллерии, прикрывающими переправу. Разглядеть это не помешал дождь.
— Пушки бесполезны в такую погоду, — заявил Тодар Мала.
Акбар согласился с этим.
— Но тем не менее они контролируют брод. Что бы сделал Блант-бахадур?
Уильям не знал, что делать. У него не было опыта командования армией такого масштаба, однако он помнил рассказы деда о предыдущих походах.
— Во время войны с Махмудом Лоди армия великого Бабура нашла другой брод и перебралась там.
— Я помню об этом, только на Сэтлидж нет другого брода на много миль вверх и вниз по реке. Придется переправляться здесь, и сделать это нужно, пока идет дождь и порох у моего сына сырой. Но мы дадим ему еще несколько дней, чтобы он смог промокнуть насквозь вместе со своей армией и своими пушками.
На берегу разбили лагерь, и армия расположилась в ожидании. Дождь пропитал землю, вода стала заливаться внутрь шатров. Неудобства такой жизни мало скрашивали даже женщины, которых взяли с собой многие воины. Наложницы Уильяма рады были увидеть его в Агре раньше намеченного срока, и особенно без новой жены, но он решил не брать в поход ни одну из них, даже Джальну, самую привлекательную. А сейчас сожалел об этом. Зато каждый вечер он ужинал с Акбаром. Кроме него обычно присутствовали Фазл и Бирбал, а также принц Даниал, самый младший из законных сыновей Могола и последний. Принц Мурад умер в прошлом году от водянки, но Акбар не очень печалился о нем. Сейчас принц Даниал был рядом с отцом. После мятежа Салима наверняка следующим падишахом станет именно он.
— Мой сын удивится, узнав, что я собираюсь делать, сидя здесь в дождь, — размышлял император. — Но его люди удивятся еще больше. Завтра, Блант-эмир, мне хотелось бы, чтобы ты заработал титул бахадура, который имел твой дед. Завтра ты перейдешь Сэтлидж.
— Я, мой государь?
Акбар засмеялся:
— О, следом за тобой двинется вся армия, потому что она готова пойти за именем Блант. Ты боишься?
У Уильяма
— Нет, не боюсь, ведь мною командуете вы, падишах, — ответил он.
Акбар одобрительно похлопал его по плечу.
— Простите меня, мой государь, — сказал Фазл, — но это нелегкая задача — уничтожить любимого сына.
— Сейчас он мой враг, — прорычал Акбар. — Он, несомненно, введен в заблуждение и своими неразумными поступками огорчает свою мать. Но что мне делать? Отречься?
— Мой брат — предатель, — зло заметил Даниал. — Его надо лишить головы.
— Он все еще твой брат, — напомнил ему Фазл и повернулся к Акбару: — Прошу прощения, разрешите мне перейти реку под флагом перемирия и поговорить с принцем. Быть может, удастся вразумить его сохранять вам верность?
— Ты думаешь, он тебя послушает? — спросил Акбар.
— Я могу только попробовать. Если принц не прислушается к голосу разума, вы уничтожите его с чистой совестью.
Акбар смотрел на него несколько секунд, а затем произнес:
— Ты хороший друг, Абул Фазл. Иди к моему сыну и заставь его слушать. Или проведи его через реку с собой в знак повиновения, или скажи ему, чтобы приготовился умереть.
Уильяму Бланту приказали повременить с переправой.
На следующий день Абул Фазл один вошел в реку, неся белый флаг. Вся армия Могола собралась посмотреть на это. Сам Акбар, сидя на лошади, наблюдал за продвижением друга от кромки реки.
В Абул Фазла не стреляли. Его конь с трудом преодолел скользкий склон противоположного берега, и наблюдатели видели, как он с сопровождающими шел среди деревьев к шатру генералов.
Только после этого Акбар вернулся в шатер и сел играть в шахматы с Даниалом, а Уильям следил за игрой.
Время тянулось очень медленно. Устав ждать, Могол с сыном и Уильямом сели обедать. Они еще не успели покончить с едой, когда их внимание привлек странный шум: солдаты на берегу стучали оружием о щиты и бренчали цимбалами.
Акбар вышел к ним и посмотрел через реку. Дождь стих, и лишь немного моросило. На другом берегу можно было рассмотреть толпу орущих и кривляющихся людей вокруг высоко поднятого копья, на котором, капая кровью, торчала отрубленная голова.
Акбар смотрел, не произнося ни слова.
— Ну, теперь-то мой брат должен умереть, — нарушил молчание Даниал.
— Завтра ты переходишь реку, Блант-эмир, — бросил Акбар, возвращаясь в шатер. — А сейчас оставьте меня, — прогнал он всех. — Я буду оплакивать моего друга.
План наступления был разработан Акбаром со всей тщательностью. Рассвет встретили обычными трубными призывами и барабанным боем, возвещавшим о пробуждении лагеря. Невидимый за пеленой дождя враг по этим звукам не мог догадаться о намерениях противоположной стороны. Дождь продолжал моросить, а тяжелые тучи не предвещали скорого изменения погоды. По обыкновению густой утренний туман скрывал оба лагеря.
Акбар снова выехал на берег реки и стал всматриваться в туманную муть.