Мои миры
Шрифт:
– Хорошо-то как у вас! Лес, свежий воздух. И город буквально под боком,– еле вымолвил я, допивая очередную чашку чая.
Тут заскрипела входная дверь и показалась мохнатая лапа. За ней в горницу вошли ещё не совсем проснувшиеся дети. Девчонки сразу подошли и носами уткнулись мне в бок. Посадил их на коленки, и они сразу спрятали свои носики на плече.
– Ну, что? Выспались? Спасибо,– добавил я, полностью вошедшему в горницу коту.
– Обращайтесь,– промурлыкал тот и разлёгся прямо на полу.
Ядвига Ивановна принесла ему из чулана крынку сметаны, больше похожую на тазик. Баюн не стал сразу «приговаривать» еду, а только положил
– Будете кушать?– спросил внучек, уже оправившихся ото сна. Они, ещё немного стесняясь хозяйки, дружно закачали головами. Впрочем, я и не ждал, что они откажутся от еды. Несмотря ни на что, девчонки сразу заметили вкусняшки на столе.
Пересадив их с коленок на скамейку рядом с собой, с удивлением заметил, что внучки сидели за столом ровно, как и положено. Ни выше, ни ниже. Ядвига Ивановна перед каждой из них поставила в небольшой мисочке сметанки, дала по деревянной ложке, в кружке молока и… по колобку. Причём, колобки при этом удивлённо моргали.
Карина, увидев такого моргунчика, ткнула его пальцем, на что колобок рассмеялся:
– Щекотно!
Карина удивлённо посмотрела на меня, затем снова на колобка опять ткнула его пальцем.
– Щекотно,– завозмущалось мучное изделие,– будешь есть, так ешь, а пальцем чего тыкать.
Я запереживал за Карину, но она, вместо того чтобы испугаться, громко рассмеялась. А Диана схватила двумя руками колобка за румяный бок и запихала себе в рот, откусив при этом довольно большой кусок. С откушенным боком колобок превратился просто в булочку. Больше не моргал и не возмущался. Карина заревела, да так громко, что кот Баюн, уже начавший было засыпать, проснулся и громко мяукнул.
Карина перестала плакать, а Ядвига Ивановна ловко подложила ей другой колобок.
Пока мои внучки фокусничали, Ванюшка привычно набивал за обе щёки и сметану, и варенье, и колобки, едва успевая их пережёвывать.
После обеда я начал собираться.
– Ох, Ядвига Ивановна, у вас, как всегда, всё очень вкусно, но, как говорится, пора и честь знать. Нас, наверно, уже потеряли. Спасибо вам за всё!
– Увидимся ещё, не переживай,– смахнула невольную слезу баба Яга.
– Емеле с женой привет. Хороший пацан у них растёт. Наверно, весь в папку будет, бизнесменом. Так сказать, дело отцовское продолжать.
– Нет. Он же Иван-царевич. А то… Но до этого ещё дожить надо. Вот Емеля и старается. Это ж надо вырастить, выучить, царство купить. А то, как же.
– Ох, Ядвига Ивановна, у меня, похоже, крышу сносит.
– Так я ж говорила, попросту, баба Яга.
– Что вы тут потеряли, папаша?– было первым, что услышал, выходя из подвальной двери на улицу,– детишки могли бы пописать и под кустик.
– Мы не пописать,– бросил я докопавшейся до меня женщине, вытаскивая упирающихся внучек на белый свет.
Мы прошли на детскую площадку, и нашли свою коляску.
– Всё, погуляли. Пошли домой,– сказал я девчонкам.
– Мами,– подсказала мне Диана.
– Да, к маме,– подтвердил я.
Карина, подойдя к коляске, положила на своё сиденье… колобок. Мне даже показалось, что он открыл глаза, улыбнулся и подмигнул. Я встряхнул головой. В коляске лежало обыкновенное мучное изделие, правда, испечённое Ядвигой Ивановной.
СКАЗКА 7
Начинался очередной день сидения дома в сидячей забастовке против коронавируса. Давно уже началось лёгкое
Посмотрев печальным взглядом на всё это безобразие, я спросил жену:
– Может, прогуляемся куда-нибудь?
– Прогуляемся? Ну, давай. А куда?
– Хотя бы до «Пятёрочки»,– тоскливо предположил я, представив опостылевшую дорогу, так сказать протоптанный маршрут, «колея».
– Да ну её,– грустно вторила мне жена,– здесь и сходить-то некуда. Вот если бы к сестре съездить, но далеко. У неё хоть свой дом, погулять можно.
– Да, здесь некуда,– вздохнул я и вдруг вспомнил про старую знакомую Ядвигу Ивановну. Как-то так сложилось, что встречаться с ней получалось крайне редко. Перед глазами возник уютный дворик посреди леса. Очень захотелось навестить её. Но, как навестить, если попасть к ней можно было только в том случае, если Ядвига Ивановна или, как её по-простому называют, баба Яга, сама приглашала. А как же иначе? Кто же знает к ней дорогу?
– Что замолчал?– вопрос жены вывел меня из задумчивости.
– Так и говорю, некуда. Может, на Неву слетаем?– предложил, а жена уже начала переодеваться.– Ты куда это?
– Сказал же на Неву. Поехали,– ответила она, натягивая джемпер.
Дорога радовала. Солнышко пригревало. Настроение поднималось. Проехав новую развязку, я выехал на трассу и придавил педаль автоматической коробки. Новая машина, к которой только начал привыкать, послушно и быстро набрала скорость. Всего пятнадцать минут дороги и можно будет насладиться плесканием невской воды. Ощутить дыхание свежего речного ветра, покоя. Но даже там, в практически безлюдном месте, при встрече со случайным прохожим люди отходят на противоположную сторону дороги. Не расслабиться до конца. Не забыться.
– Может, не поедем к Неве?– вдруг проговорила жена.
– Что?– не понял я,– А куда?
– Не знаю,– тихо проговорила она.
– Ты что, шутишь? И куда теперь?– ситуация начинала бесить. «Любая импровизация должна быть хорошо подготовлена». Не я сказал, но полностью согласен. А вот так?…
– Не знаю,– повторила она.
Тяжело вздохнув, повернул в сторону Синявинских высот. Место хоть и не у реки, но мемориал в лесу. Народу нет. Максимум две-три машины. Зато воздух, покой. Правда, весна. И с первыми теплыми днями полезли наружу клещи.
– Ты куда едешь?– поинтересовалась жена.
– Как куда,– ответил я и присмотрелся к дороге.– Блин!
Автомобиль плавно катился по грунтовке, в то время, как на высоты вёл асфальт. Похоже, пока я мечтал, на «автомате» заехал куда-то не туда. Мало сказать не туда, вопрос: куда? Узкая грунтовка вела в глубину леса. Осаживать побоялся, и поэтому приходилось ехать дальше в ожидании хоть какой-либо возможности развернуться.
– Куда мы едем?– спрашивала жена, беспокойно оглядываясь.