Молчи!
Шрифт:
Измученная, Лейк решила лечь спать пораньше и снова пошла в гостиную: она чувствовала себя там в большей безопасности, поскольку оттуда была видна входная дверь. Бросила на диван подушку и легкое одеяло и вспомнила, как спокойно ей было прошлой ночью у Арчера — там никто не мог найти ее.
Она рассеянно листала журнал, когда зазвонил телефон. «Это, должно быть, Арчер», — сказала себе Лейк, но, взяв трубку и взглянув на экран, поняла, что звонит Молли. Отвечать жутко не хотелось, но она понимала:
— Привет! — сказала она.
— Ты как? — вопросила Молли. — Я вчера вечером получила твое отчаянное сообщение, а потом не могла дозвониться до тебя.
— О, прости. Я… немного волновалась из-за того, как прошла презентация — ну та, которую делала в клинике, — и мне просто надо было поговорить. Извини, если потревожила тебя.
— Твой голос звучал как-то взбудораженно. Презентация прошла не слишком удачно?
— Я уже получила несколько отзывов, и оказалось, все им понравилось, — солгала Лейк.
— Иногда бывает трудно сразу понять, как обстоит дело. И у тебя действительно все в порядке? Мне до сих пор кажется, что ты какая-то странная.
— Нет, просто ты позвонила, когда я собиралась лечь спать. Все хорошо.
— Ну, если ты так говоришь…
Лейк почти видела, как Молли пожимает плечами. Объяснения не убедили ее. Она, очевидно, чувствовала: что-то не так. Как бы она возликовала, если бы узнала правду, подумала Лейк. Тут же побежала бы к Джеку со словами: «Ты получаешь козырь в деле об опеке — ее клиенты думают, что она шпионит за ними».
— А как там с убийством? — спросила Молли, прежде чем Лейк успела закончить разговор. — Кого-нибудь арестовали? Я не читала новости дня два.
«Была слишком занята в постели с моим мужем», — подумала Лейк.
— Нет, насколько я знаю… А как у тебя дела?
— Неплохо. Сегодня я проводила съемку в Центральном парке, и одна модель упала в обморок. Конечно, она весит четыре фунта, но скорее всего это произошло из-за жакета из искусственного меха с капюшоном, который был на ней в тридцатиградусную жару. Я слышала, в субботу пойдет дождь, а к воскресенью станет прохладнее.
— Правда? — Лейк было невыносимо все это. Слушая, как Молли хрипловатым голосом вещает о погоде, она представляла ее зеленые глаза и пухлые губы и то, как она целовала человека, которого Лейк некогда любила.
— Как насчет того, чтобы выпить в уик-энд? Можем даже пообедать вместе в воскресенье.
— Хм… Мне бы очень этого хотелось, но появился новый клиент. Я рассчитываю за выходные подготовиться к делу.
— А как там Джек? Он не вертится около тебя снова?
Резкая смена темы разговора свидетельствовала о том, что Молли несколько минут выжидала,
— Нет, в последнее время нет. Послушай, Молли, я бы рада поболтать с тобой, но хочу спать…
— У тебя действительно все в порядке, Лейк? Будь откровенна со мной.
«Не надо отрицать очевидного, — сказала себе Лейк. — Молли все равно не поверит».
— О'кей, если честно, то ты права. Помнишь, на прошлой неделе ты говорила о факторе «русских горок»? Думаю, у меня сейчас период спада. Может потому, что скоро уик-энд, а я все еще не привыкла быть одна.
— Об этом я и говорю. Ну, желаю тебе поскорее восстановиться, и позвони мне, если захочешь проветриться.
«Ну вот, Молли своего добилась, — подумала Лейк. — Она любит всегда быть права». Повесив трубку, Лейк легла на диван и подумала: ее подруга и Джек — любовники, и это подло с их стороны, но будет большим облегчением изгнать Молли из своей жизни. Если честно, ее давно стало утомлять самодовольство Молли и стремление всегда брать верх.
Лейк выключила лампу на столике и устало закрыла глаза. Как сильно ее диван отличался от дивана Арчера! Обивка не пахла дымом от камина, над головой не раздавался успокаивающий звук шагов.
Зазвонил телефон. Это оказался он — словно почувствовал, что она о нем думала.
— Как вы? — спросил он. — Простите, что так не скоро связался с вами. Я застрял на бесконечной, безумно скучной встрече с юристами.
— Пропал наш консьерж, и я чертовски напугана. Но с другой стороны, у меня есть и хорошие новости.
Она сообщила, что Рори рассказала ей об унесенных из клиники яйцеклетках и о ее готовности помочь. Арчер забросал ее вопросами, а потом вернулся к теме безопасности:
— Вы не хотите снова переночевать на моем диване? Или я могу переночевать на вашем…
Она быстро подумала над обоими вариантами, но ей не хотелось так поздно покидать свою квартиру, а с другой стороны, было неумно приглашать Арчера к себе. Именно об этом предупреждал ее Хочкис. Она уже заплатила слишком высокую цену, проигнорировав однажды его совет.
— Хорошо бы. Но думаю, все будет в порядке. Я забаррикадировала дверь.
— Почему бы нам не созвониться завтра?
— Было бы замечательно. Хотя на какое-то время я исчезну из города: еду в лагерь к детям, а связь там плохая.
Лейк спала беспокойно, ей чудился какой-то шум. На следующий день в час она неспешно выехала из дома, желая добраться до лагеря примерно к пяти, когда вернется Уилл. Она попетляла по Манхэттену, желая проверить, не следует ли кто-нибудь за ней. Никто не должен знать, где находится лагерь. К тому времени как она выбралась на Уэст-Сайдское шоссе, ее летнее платье стало влажным от пота.