Молох
Шрифт:
Привычное дело, Саша ежегодно проходила кардиограмму из-за лишней хорды в желудочке сердца. Кто бы мог подумать, у тебя есть лишний орган, нет, даже не орган, а кусочек ткани, а ты от этого становишься не супергероем, а больным. Несправедлива жизнь.
Вспомнив о работе, Саша по"eжилась, и взяв направления, пошла одеваться.
Врач к Александре так и не пришел. Однако приехала страшая сестра и привезла все документы и справки о врожденном неопасном заболевании.
— Санька, ты почему без зонта ходишь, — ворчала Софья. — Пальто в химчистку отдать придется. Назад на такси поедешь, мне
У Софьи был трехлетний малыш, а вот мужа не было, поэтому деньги она экономила еще больше, чем Саша. Игрушки тетя покупала любимому племяннику сама, помогала сестре хоть в этом.
Теперь и в холодильнике станет пусто, с грустью подумала Саша. Работу надо искать срочно. Мы то с Софой могли бы прижаться, но Лева… ему нужно питаться хорошо.
— Хочешь, я могу с Левой посидеть, если засопливит?
— На работе отпуск взяла? — исподлобья посмотрела Софья.
— Да, ненадолго. — Соврал Саша. Врать сестре приходилось частенько, и даже было обидно, что пропадает такой актерский талант. — Чтоб не знали про больницу.
— Да сейчас то уже чего, ты ж не на испытательном… главное, чтоб отпустили побыстрее. Сама же знаешь. — Сестра поднялась и стала надевать куртку, шурша бахилами на ногах. — Не задерживайся тут. Все равно они ничего не сделают, а Левик уже меня одолел вечером "где Саса, где Саса". Ладно, отдыхай.
Без Софьи темная палата стала будто еще и холодной как могила. Нехотя Саша стащила себя со скрипучей кровати и, собрав все документы, поплелась на пост медсестры.
Врача она нашла почти сразу, но, атакованный другой пациенткой, он только мельком пробежался по протянутой медкарте и взглянул на диагноз предыдущего коллеги.
— Не было больше припадков со вчерашнего дня? — спросил он у Саши, проводя рукой по молодой клочковатой щетине. На вид ему было не больше тридцати пяти.
— Нет. — Уверенно ответила та. До эпилепсии у нее доходило лишь дважды. Вчера и в тот день, когда погибли родители. Обычно лишь кололо под ребрами, и Александра сразу переключалась на отдых, чем бы ни была занята. — Я просто немного перенервничала, понимаете?
— "Немного" при вашем диагнозе не должно выливаться в потерю сознания на автобусной остановке. Хотя в этой ситуации я действительно помочь вам вряд ли смогу. Лекарств от собственного сердца не существует, только успокоительные, которые, я вижу, вам уже прописаны. Дозировки не нарушали?
— Нет, что вы, я соблюдаю. — Саша изо всех сил надеялась, что сейчас ее отпустят домой, и она выдохнет. Ляжет на свой диван, целый вечер будет смотреть сериалы о любви и роскоши, и сделает пиццу в духовке или даже мясо по-французски… Ее мечты прервал ответ врача.
— То-то меня и смущает, что небольшое расстройство при таком курсе не должно вызывать припадков. Ресурс сердечной мышцы ведь не бесконечен, припадки могут быть симптомом. Давайте исключим наиболее опасные варианты развития событий. Идете сейчас в левое крыло по переходу. Знаете где это? Прекрасно. На первом этаже, не доходя до хосписа, отделение МРТ и рентгенографии. Там найдете старшего
Александра выдохнула с облегчением, поблагодарила и понеслась за своей верхней одеждой. Бок полушерстяного бежевого пальто был до пояса измаран в засохшей уличной грязи, и она завернула его подкладкой наружу. Поиски перехода и хосписа много времени не заняли. В левое крыло она прошла через пост охраны, где только спросили, куда, и махнув картой она показала на одну из дверей. Имя того, кто ей нужен, конечно, сразу вылетело из головы.
Постучав, Саша повернула ручку и встретилась глазами с уставшим, поседевшим раньше времени мужчиной, который неожиданно оторвался от бумаг и поприветствовал, сразу протянув руку за папкой с направлением и справками.
Девушка молча устроилась на уголке кушетки, косясь на осыпающуюся в углу штукатурку. Отделение явно не страдало от обилия спонсоров, но часы на руке у врача были хорошими, дорогими. Е"e заворожили его руки и бег стрелок в золоченой оправе. Красивая реплика какого-то роскошного бренда, как бы она тоже хотела…
— Так, вас по скорой привезли? Кардиолог направил? — Произнес он, изучая карту и вклеенные наспех утренние анализы.
— Да, у меня диагноз уже был. Я с детства живу с этим, даже не замечаю.
— А скорую тогда зачем вызывали?
— Да это люди на остановке, я сознание потеряла. Ну, просто… на работе случилось…
Рассказывать врачу не хотелось, хоть она и видела участие в его взгляде. Но что-то показалось странным, наверное, тишина во всем крыле, пустота давящая. Будто в морг пришла. И слишком она живая для этого места. Неуютно, бежать надо скорее отсюда.
— А снова случится, что делать будете? — Задал вопрос врач, доставая печать из верхнего ящика.
— Да это очень редко. Я же не припадочная.
Он поднял трубку, набрал пару цифр и пригласил в кабинет какого-то Георгия.
— Такие врожденные аномалии, — начал врач, прикладывая печать к белоснежной карте, — могут быть наследуемыми, то есть у ваших детей будет предрасположенность к схожим аномалиям сердца. Могут привести к преждевременной смерти при…
— Подождите, — перебила его Саша, в этот момент осознав, к чему он клонит, и ватные ноги сами понесли е"e к выходу, — я сейчас… мне нужно к другому врачу. Наверное, я ошиблась!
Навстречу ей дверь распахнулась, и за ней стоял огромный медбрат, с закатанными рукавами халата, на мощных волосатых кувалдах-руках синели пугающие татуировки. Саша юркнула под его локоть и почувствовала, как он схватил за край пальто, которое та прижимала подмышкой.
Вывернувшись, она выпустила пальто и со всех ног побежала к переходу, единственному выходу, который маяком стоял перед глазами.
Охранник увидев беглянку, вскочил, широко расставив руки, а крики за спиной придали уверенности в том, что Александра правильно оценила ситуацию. Не хотят они ей помочь. И не будет никакого МРТ. Они е"e в брак сливают, в резервацию для вампиров на убой!