Молот Эдема

Фоллетт Кен

– Что я могу вам сказать? Разве личные отношения между учеными не влияют на поиски истины?

Майкл неожиданно улыбнулся:

– Влияют, конечно. Но послушайте, вы ведь можете передать информацию Марвину Как-его-там?

– Когда я сказала моему шефу про «Лос-Аламос», он приказал мне больше не вмешиваться в расследование.

– Невероятно! – Майкл начал терять терпение. – Вы не можете проигнорировать то, что я вам сообщил.

– Не беспокойтесь, я и не собираюсь, – резко ответила Джуди. – Давайте не будем терять голову и немного поразмышляем. Что нам нужно

сделать прежде всего? Если сумеем установить происхождение сейсмического вибратора, он может привести нас к «Молоту Эдема».

– Правильно, – сказал Бо. – Они либо его купили, либо, что более вероятно, украли.

– Сколько таких машин в континентальной части Соединенных Штатов? – спросила Джуди у Майкла. – Сто? Тысяча?

– Ну, порядок примерно такой, – ответил Майкл.

– Значит, не слишком много. Можно предположить, что у производителя имеется список покупателей. Я уже сегодня смогу его получить. А если грузовик украден, сведения об угоне должны быть в Национальном центре информации о преступлениях.

НЦИП находился в вашингтонском офисе ФБР. Доступ к нему имели все правоохранительные органы.

– НЦИП поможет нам только в том случае, если нужная информация в него заложена, – сказал Бо. – Мы не знаем номера украденного грузовика и как классифицирован сейсмический вибратор. Я могу послать запрос через полицейский департамент Сан-Франциско в компьютер Калифорнийской правоохранительной телекоммуникационной системы (КПТС). А еще напечатать в газетах фотографию машины и обратиться к населению с просьбой сообщать о таких грузовиках в полицию.

– Подожди минутку, – сказала Джуди. – Если ты это сделаешь, Кинкейд сразу все поймет.

Майкл закатил глаза, показывая свое возмущение.

– Не обязательно, – возразил Бо. – Я не стану сообщать газетчикам, что мой запрос связан с «Молотом Эдема». Просто скажу, что мы ищем угнанный сейсмический вибратор. Репортерам понравится такая необычная кража, и они с удовольствием напечатают о ней в своих газетах.

– Замечательно, – сказала Джуди. – Майкл, могу я получить распечатку всех трех графиков?

– Конечно.

Он нажал кнопку, и принтер заурчал.

Джуди положила руку ему на плечо. Даже сквозь рубашку она ощутила тепло его кожи.

– Надеюсь, с Дасти все будет в порядке, – сказала она.

Майкл накрыл ее руку своей ладонью:

– Спасибо.

Его прикосновение получилось легким, ладонь была сухой.

Джуди поняла, что оно доставляет ей удовольствие. Мягко сняв ее руку, Майкл сказал:

– Может, вы дадите мне номер своего пейджера, чтобы я мог с вами срочно связаться в случае крайней надобности?

Джуди вытащила визитку, написала свой домашний телефон и протянула Майклу.

– После того как вы сделаете необходимые телефонные звонки… – Он немного помолчал. – Не могли бы мы где-нибудь встретиться, выпить или пообедать? Я бы хотел знать, как будут развиваться события.

– Только без меня, – сразу же отказался Бо. – Мне предстоит матч по боулингу.

– Джуди, а вы?

Он назначает мне свидание?

– Я собиралась съездить в больницу, –

сказала она.

Майкл выглядел удрученным.

Джуди вдруг поняла, что очень хотела бы провести вечер с Майклом Керкусом.

– Но это ненадолго, – сказала она. – Мы можем встретиться после.

* * *

Прошла всего неделя с тех пор, как Милтону Лестрейнджу поставили страшный диагноз, но он выглядел заметно похудевшим и постаревшим. Возможно, все дело в больничной обстановке: приборы, кровать, белые простыни. Или в голубой пижаме, открывавшей треугольник белой груди под шеей. Он потерял все символы власти: большой стол, роскошную перьевую ручку, полосатый шелковый галстук.

Джуди потряс его вид.

– Привет, Милт, ты не слишком хорошо выглядишь, – выпалила она.

Он улыбнулся:

– Я знаю, что ты не станешь мне лгать, Джуди.

Она смутилась:

– Извини, вырвалось.

– Не нужно краснеть. Ты права, я в плохой форме.

– Что с тобой делают?

– На этой неделе будет операция, но день еще не назначен. Они хотят обойти место закупорки кишечника, но перспективы не слишком радужные.

– Что это значит?

– Девяносто процентов подобных случаев заканчиваются летальным исходом.

Джуди сглотнула.

– Господи, Милт…

– Возможно, у меня будет год.

– Я не знаю, что сказать.

Он не стал обсуждать мрачный прогноз.

– Сэнди, моя первая жена, навестила меня вчера. Она сказала, что это ты ей позвонила.

– Да. Я не знала, захочет ли она тебя увидеть, но посчитала, что ей нужно знать о твоей болезни.

Он взял Джуди за руку и сжал ее:

– Спасибо тебе. Почему-то никому не пришло в голову ее позвать. Уж не знаю, откуда такая мудрость у молодой женщины.

– Я рада, что она пришла.

Милт сменил тему разговора:

– Давай отвлечемся от моих неприятностей. Расскажи о событиях в офисе.

– Тебе не нужно забивать голову…

– Проклятие, я не стану. Работа перестает тревожить, когда умираешь. Мне просто интересно.

– Ну, я выиграла дело в суде. Следующие десять лет братья Фунг проведут в тюрьме.

– Хорошая работа!

– Ты всегда в меня верил.

– Я знал, что ты справишься.

– Но Брайан Кинкейд рекомендовал Марвина Хейеса на должность нового главы отдела.

– Марвина? Дерьмо! Брайан знал, что эту должность должна получить ты.

– Расскажи мне подробнее.

– Марвин крутой парень, но небрежный. И он срезает углы.

– Я не понимаю, – сказала Джуди, – почему Брайан так высоко его ценит? Они что, любовники?

Милт рассмеялся:

– Нет. Не любовники. Но однажды Марвин спас Брайану жизнь.

– Серьезно?

– В перестрелке. Я там был. Мы устроили засаду во время выгрузки героина на Сонома-Бич в округе Марин. Стояло раннее февральское утро, море было таким холодным, что ломило тело. И никакого пирса, поэтому плохие парни складывали пакеты с героином в резиновую лодку, чтобы доставить их на берег. Мы подождали, пока они не перевезли весь груз, а потом напали на них.