Мона
Шрифт:
Я нацелил на него револьвер и выстрелил.
Абсолютную тишину пустынной улицы разорвало громом. Я даже не ожидал, что выстрел будет таким оглушительным.
Думаю, первой пули вполне хватило, чтобы отправить его на тот свет. Она попала ему в грудь, в паре дюймов пониже сердца, и он рухнул на колени. На лице застыло недоумение, даже обида. Кейс упал на асфальт. Больше мне стрелять не хотелось. Первая же пуля убила его.
Но профессионалы так не работают. Профессионалы исключают малейший риск. Не мог рисковать и я. Поэтому расстрелял все патроны.
Вторая пуля угодила в живот, и Брассар согнулся пополам. Третья прошла мимо, четвертая снесла ему полголовы. Пятая и шестая тоже попали в него, но я не помню, куда.
Револьвер
Свернул на автостоянку, заглушил мотор, поставил «форд» на ручник. Вылез из машины, захлопнул дверцу, стянул с рук резиновые перчатки, вытер ладони о брюки и пару раз глубоко вдохнул.
Затем направился к станции. В газетном киоске купил утренний выпуск «Таймс», поджидая поезда, заставил себя прочитать заголовки.
Подъехал поезд и я вошел в вагон. Осторожно осмотрелся, но никто не обращал на меня ни малейшего внимания. Десятки мужчин в деловых костюмах читали «Таймс», ни один не удостоил меня и взгляда. С какой стати?
Я ничем от них не отличался.
Глава 9
Пригородный поезд доставил меня на Гранд-Централ. Я сложил «Таймс», сунул под мышку и вышел из вагона. Несколько секунд ушло на то, чтобы сориентироваться, а потом я направился к камере хранения. Нашел нужную ячейку, достал из кармана ключ, открыл дверцу, вытащил мой чемодан. Далее мой путь лежал к окошечку кассы. Седовласый старичок в очках с затемненными стеклами продал мне билет до Кливленда. В «Справочном бюро» мне сообщили, что следующий поезд до Кливленда отправляется через тридцать восемь минут с 41-й платформы. Ее я нашел достаточно быстро и скоро уже сидел на скамейке, поставив чемодан между ног.
В Олбани мы прибыли по расписанию. В Утику опоздали на пять минут, в Сиракузы — на семь. Восемь минут растеряли по пути в Рочестер, еще пять — добираясь до Буффало. Потом постояли на вокзале в Буффало. И в Кливленд поезд притащился без четверти десять. Я сошел с чемоданом в руке и решил найти сначала отель, а потом ресторан.
Отель находился на углу Тринадцатой улицы и Пейн-авеню. Он знавал лучшие времена, но по-прежнему обеспечивал неплохой уровень обслуживания. В номере были и душ, и большая кровать. Я переоделся и пошел пообедать.
Заказал в ресторане стейк, вареный картофель и салат из шпината. Перед едой выпил бурбон с водой, после — черный кофе.
«Кливленд-пресс» об убийстве не написала. На ее страницах господствовали местные новости: коррупция в муниципалитете, пожары, драки в барах. Нашлось место и для колонки стихов местного поэта, от которых меня чуть не стошнило.
Я бросил газету в урну и отправился на поиски газетного киоска, в котором бы продавались нью-йоркские издания. В одном из них я нашел «Телли». Купил, вернулся в отель и внимательно пролистал.
Первая страница меня разочаровала, однако поиски завершились успехом: двадцать вторая страница порадовала меня шестью абзацами в третьей колонке под заголовком аж в две строки:
Сегодня грохот выстрелов разорвал тишину раннего утра в Чешир-Пойнт. Стреляли из движущегося автомобиля. Пять пуль оборвали жизнь известного импортера на пороге его дома.
Убитый, Лестер Кейт Брассар, проживал в доме 341 по Роскоммон-драйв. Штаб-квартира компании, принадлежащей 52-летнему импортеру, находится на Манхэттене. Его убили, когда он уходил на работу. Полиция обнаружила угнанный автомобиль, из которого, по мнению экспертов, и стреляли в Брассара, в нескольких кварталах от места трагедии.
Мона Брассар, жена
Арнольд Швернер, детектив из полицейского участка Чешир-Пойнт, согласился с тем, что убийство выглядит бессмысленным. „Должно быть, его застрелили по ошибке, — предположил он. — Работал, судя по всему, профессионал“.
Швернер отметил, что способ убийства — несколько выстрелов из движущегося автомобиля, уже много лет успешно используется в гангстерских разборках.
Расследование убийства полиция Чешир-Пойнт ведет в тесном контакте с полицией Манхэттена».
Последний абзац меня порадовал. Раз подключилась полиция Манхэттена, значит, копы полагают, что убийство связано с бизнесом Брассара, следовательно, обязательно заглянут в его контору. Сомневаться в том, что они найдут героин, не приходилось. В профессионализме копам Манхэттена не откажешь.
Я перечитал абзац, в котором речь шла о Моне, и мои губы непроизвольно разошлись в улыбке. Свою роль она отыграла блестяще, выбрав совершенно правильный тон. У Кейта никогда не было врагов — если не считать его очаровательной жены и ее бой-френда. В последнее время он немного нервничал. Наверное, возникли какие-то неурядицы с бизнесом. Потому что в личном плане проблем у него не было. В этом она уверена.
Мона ничего не старалась им объяснить, но намекала, где и в чем надо искать повод для убийства. И я не подкачал — убийство выглядело типичной гангстерской разборкой. Теперь оставалось ждать, пока полиция найдет героин. На том все и закончится. Копам станет ясно, что преступники что-то не поделили и решили вопрос доступными им средствами. Искать другие мотивы — пустая трата времени.
Я бросил газету в корзинку для мусора. Закурил, сел в кресло. Хотел обдумать планы на будущее, но поначалу ничего не вышло. Я видел перед собой изумленное лицо Лестера Кейта Брассара. Я и не знал, что его зовут Лестер. Не удивительно, что он предпочитал, чтобы его звали Кейт. На его месте так поступил бы каждый.
Я видел его лицо. Слышал выстрел. Потом увидел себя, перегнувшегося через пассажирское сиденье черного «форда», всаживающего пулю за пулей в труп. Если верить газете, полиция полагала, что стрельба велась из движущегося автомобиля. Меня эта версия устраивала. Из нее следовало, что убийц было двое: один стрелял, второй вел машину. Эксперты, конечно, выяснят, что на самом деле все было не так, но к тому времени пыл следователей заметно угаснет. А пока пусть они думают, что убийц было двое. Или пятеро. Хоть целый взвод.
Мы наметили, что Мона улетит в Майами через неделю, максимум, через десять дней после убийства. Сегодня среда. Следовательно, в «Эдем Рок» она должна была приехать не позже следующей субботы. Я сказал ей, что появлюсь там раньше. Естественно, меня здесь ничего не держало. Я мог отправляться в Майами в любой момент, хоть сейчас.
Глава 10
Я попал на первую страницу «Таймс». Не в верхнюю половину, ее отдали очередной склоке в Совете безопасности ООН. И даже не на середину нижней, там речь шла о коррупции в муниципалитете. Однако, по стандартам «Таймс», я получил очень хорошее место: две колонки по десять дюймов в нижнем левом углу. «Таймс» предложила следующий заголовок: «В УБИЙСТВЕ В ЧЕШИР-ПОЙНТ ПРОКЛЮНУЛСЯ НАРКОТИЧЕСКИЙ СЛЕД». Детективы обнаружили героин после, как указала «Таймс», «тщательнейшего обыска конторы Брассара в доме 117 по Чамберс-стрит». Лично я не видел необходимости в тщательнейшем обыске: один конверт с героином торчал из-под папок, еще три лежали в среднем ящике. Но я не собирался спорить с «Таймс».