Мона

Сельберг Дан

Эрик кивнул. Про себя он удивлялся тому, как можно разбогатеть на проекте, от которого ты отказался. Матс продолжал:

— Так что идея хорошая, и рынок для ее применения есть. Но наверняка существуют и другие предприниматели, вынашивающие похожую идею. В связи с этим я думаю не только об универсальности, но и о защите от конкурентов. Если я правильно понимаю, уникальным в твоей идее является сам наногель. Контакт с нервами, достигаемый при помощи геля, — такой же, какой достигался при внедрении систем в мозг, но ты делаешь это без оперативного вмешательства. Все верно?

Эрик снова кивнул. Матс смотрел на яблоко номер два у себя в руке.

— А что, если кто-то другой предложит ту же идею через два дня после

того, как я вложу деньги в проект?

Сёдерквист был готов к вопросу: он стал опытным в таких делах, ведь ему доводилось встречаться с инвесторами уже в тринадцатый раз. Но до сегодняшнего дня ему не удавалось привлечь капитал. Бизнесмены задавали одни и те же вопросы, и, казалось, все приходили к выводу, что лучше инвестировать в российские фонды или в акции «Эрикссона». Нехватка средств привела к тому, что работа над «Майнд серф» частично приостановилась. Сам Эрик жил на зарплату Ханны. И это явно не шло на пользу отношениям. Он достал пластиковую папку и протянул Матсу:

— Здесь заявления, которые мы подали на получение патента. Два из них уже зарегистрированы, правда, действительны только на территории ЕС. Однако в этих патентах фигурирует более ранняя разработка. Сегодня мы сделали ряд модификаций, и новый патент ожидает регистрации. Как вы знаете, она требует времени. Мы патентуем как наш наногель, так и сенсорный шлем. Кроме этого, мы подали заявку на патент для программного обеспечения, которое разрабатываем.

Хагстрём поднял глаза от бумаг.

— Это «Майнд серф»? С ним можно пользоваться Интернетом с закрытыми глазами и без помощи рук?

— Да, все верно. «Майнд серф» считывает и распознает больше информации из мозга, чем какая-либо другая, ранее разработанная система. Результатом станет умное и эффективное решение для взаимодействия мозга с компьютером. Программа еще не закончена, но мы уже патентуем объемную графику и цифровой преобразователь, который переводит информацию из нейронного в цифровой формат.

Матс вновь повернулся к корзине.

— Сколько времени займет доработка «Майнд серфа»?

Он продолжал смотреть на корзину. Эрик ответил ему в затылок:

— Я работаю сутками, чтобы закончить первую демоверсию. По моим оценкам, она будет готова в ближайшие недели.

Затылок кивнул.

— В таком случае предлагаю следующее. Вы доделываете программу…

Матс кинул недоеденное яблоко, оно по дуге пролетело через комнату и приземлилось точно в корзину. Хагстрём поднял руки: «Yes!» [13] — и взглянул на собеседника:

— Парень, знаешь, что только что случилось?

Эрик покачал головой.

— Я верю в судьбу. Тебе лучше об этом не распространяться, потому что в моем мире тот, кто начинает кричать о ней, перестает существовать. Но иногда меня осеняет.

13

Да! (англ.)

Хагстрём хрустел пальцами.

— Может быть, существуют высшие силы. Кто-то или что-то, кому известно все. У кого на руках все карты. Кто-то, кто знает, какой будет ставка STIBOR [14] через неделю, как закончатся торги на NYSE [15] в следующую пятницу или какой уровень продаж укажет H&M [16] в следующем отчете. Понимаешь? На самом деле все не так. Ну а если бы? Представь, что эти силы действительно хотят нам помочь, но у них не получается, потому что мы слишком узколобы и невнимательны. Мы лучше будем копаться в наших аналитических программах, заботиться о рисках и пытаться снизить остаточную стоимость. Но представь, что самые

важные ответы — прямо у нас под носом. Нужно просто научиться быть восприимчивым.

14

Stockholm Interbank Offered Rate — межбанковская ставка предложения в Стокгольме.

15

New York Stock Exchange — Нью-Йоркская фондовая биржа, крупнейшая в мире по обороту.

16

Бренд одежды.

Матс поправил манжеты.

— Как раз перед тем, как бросить яблоко, я думал обо всем этом. Я решил, что если яблоко пролетит мимо, то откажусь. Если попадет в цель, то… Мне продолжать?

Эрик с удивлением посмотрел на Хагстрёма.

— Хотите сказать, что судьбу ваших инвестиций определяет яблоко?

Матс вздохнул.

— Как правило, нет. У меня есть целая армия специалистов, которые все считают, пересчитывают. Они настолько серьезны, что даже скучно становится. Может, яблоко попало в цель благодаря моим занятиям баскетболом? Может, просто случайность? Или судьба. Единственный способ проверить — инвестировать. Если провалимся, то сможем исключить судьбу.

Эрик провел рукой по волосам.

— То есть вы готовы финансировать наш проект?

— Конечно. В соответствии с планом, который мы обсуждали ранее. Двадцать миллионов, разбитые на четыре части, будут выплачиваться по мере твоего движения к намеченным целям. Но… есть одно «но». Оно есть всегда. Я повременю с первой выплатой, пока ты не запустишь «Майнд серф». По твоим словам, это все равно займет всего пару недель. Тогда мы увидим, что программа работает.

Эрик улыбнулся, но он уже пожалел о том, что был так оптимистичен при расчете времени. Завершение программы может занять месяцы. Черт с ним, по крайней мере, все теперь зависит от него. Сёдерквист встал и протянул руку. Наконец-то положительный ответ. Интересно, что получил он его на тринадцатой встрече.

— Спасибо. Я позабочусь о том, чтобы как можно раньше доделать работающую версию.

Матс пожал ему руку.

— Теперь у тебя появилась чертовски хорошая причина закончить проект. Давай надеяться, что судьба на нашей стороне.

В «Ричи», как обычно, было полно народу, и Эрику пришлось пробираться между столиками. Он увидел, что Йенс стоит, жестикулируя, около большой компании, сидевшей у окна, которое выходило на улицу Биргера Ярла. Собравшиеся смеялись. Йенс знал всех. Без исключения. Его способность социализироваться была большим плюсом для профессии криминального репортера «Афтонбладет». Эрик встал рядом.

— Привет. Пойду сяду за наш столик.

Йенс кивнул и с силой хлопнул по спине одного из гостей. Эрик отправился дальше вдоль плотно расположившихся посетителей и подошел к угловому столику у стены. Он опустился на стул и выдохнул. Только сейчас Эрик наконец расслабился после встречи. Что же они решили? Ему пришлось доказывать, что его команда способна обезопаситься от конкурентов. Что патент достаточно надежен и защищен от злоупотреблений. Но прежде всего Сёдерквист должен запустить «Майнд серф». Однако перед ним стояла нелегкая задача. В последние недели программа барахлила. «Майнд серф» работала, когда управление осуществлялось через клавиатуру, но при использовании шлема зависала. Найти ошибку не удавалось. Преобразующее устройство, которое являлось сердцем программы, имело сложную структуру и распознавало огромный объем информации, полученной от нейронов. К тому же трехмерный интерфейс работал в режиме реального времени, что влекло за собой потенциальные проблемы. Возможно, ошибка крылась где-то в расшифровывающем процессоре. Может быть, проблемы возникали из-за того, что контакт с мозгом был слишком слаб.