Монах

Зинченко Майя Анатольевна

– Клемент… - испуганно прошептала она.
– Так говорят, когда не собираются возвращаться.

– Я не знаю будущего. Совсем не знаю… Вот и все. Прощай, моя девочка.

Он быстро, но крепко обнял ее, поцеловал в лоб, и круто развернувшись, направился в храм.

– Постой!
– испуганно крикнула Мирра, но он не обернулся, чтобы не видеть, как она плачет.

Люди в избытке идущие этой улицей по своим делам то и дело скрывали собой его фигуру, и Мирра пропустила момент, когда он вошел в Вечный Храм.

Клемент

не спускал глаз с человека, сидящего напротив. Это был седой пожилой монах, в теле которого уже не ощущалось былой силы, поэтому он предпочитал встречать посетителей, устроившись в мягком кресле, хотя по уставу должен был предоставить равные условия своему гостю. Но в комнате, не было больше ни стула, ни даже лавки, поэтому Клемент остался стоять.

В комнате было холодно. Для ее обогрева на треножник была поставлена жаровня с горящими углями. Но все равно каменные стены забирали почти все тепло. Старик придвинул жаровню как можно ближе к столу и протянул к ней левую руку.

– Брат мой, то, что ты рассказал мне - невероятно, - сказал он приятным мягким голосом.
– Нет, я не ставлю твои слова под сомнение, но может быть, ты что-то не так понял? Разум часто заблуждается. Это бывает опасно. Тьма не дремлет.

– У меня было много времени, чтоб подумать, - ответил Клемент, стараясь выглядеть невозмутимым.
– И потом, факты говорят сами за себя.

– Но твои обвинения в адрес брата Пелеса очень серьезны. Ты в полной мере осознаешь это?

– Да, брат Марк.

– Хорошо, - старик задумчиво почесал переносицу. У него был тонкий острый нос с горбинкой.
– Ты настаиваешь на том, что брат Пелес, глава Смотрящих, которые были отправлены в твой монастырь по указанию нашего ордена и милостью Света, чрезмерно использовал свое положение и употреблял власть, данную ему, во вред…

– Да-да, - перебил его Клемент, не в силах выслушивать одно и тоже несколько раз подряд.
– Я считаю, что должно быть проведено независимое расследование. Наш настоятель Бариус, умер при весьма таинственных обстоятельствах.

Он не стал вспоминать о Реме, потому что его друг первый напал на Пелеса, и его вина была очевидна. Сейчас же было не время анализировать истинные мотивы этого поступка.

– После того, как Пелес занял место настоятеля, по городу прокатилась волна погромов. Обычных людей обвиняли в магии или в пособничестве колдунам…

– Но ведь это его работа, ведь так?
– мягко спросил Марк, поправляя завернувшийся рукав своей темно-коричневой рясы.
– И потом, откуда тебе знать, насколько осужденные были обычными? Это дело Смотрящих. Ты что-нибудь смыслишь в магии?

– Нет, я знаю только, что она - зло, - убежденно сказал Клемент.
– Я не знаю, настолько компетентен брат Пелес в вопросе поиска магов, но меня поражает тот размах, с которым он взялся выполнять свою работу.

– К нам давно поступали сведенья, что ваш край неблагонадежен, - Марк покачал головой.
– Однако только сейчас мы смогли приступить к его

зачистке. Адепты Тьмы знали, что наша власть не простирается на те земли в должной степени, и поэтому бежали к вам отовсюду.

– Но у нас не творилось ничего такого, до того как брат Пелес не появился в монастыре!
– возмутился Клемент.
– Не было никаких магов, некромантов и оргий на кладбищах. Зато с приходом Серых, простите Смотрящих, город утонул в доносах друг на друга, потому что доносчику обещали часть имущества осужденного.

– Во имя Света, не надо повышать голос.
– Марк нахмурил густые кустистые брови.

– Простите. Я еще не все рассказал: недалеко от моего города было большое село, которое называлось Плеск. Теперь его нет. Всех его жителей сожги прямо в домах.

Брови старика удивленно взметнулись вверх.

– Вот и еще одно доказательства действий проклятых магов. Прими благостный Свет души невинно погибших, - Марк склонил голову и Клементу ничего не оставалось, как последовать его примеру.
– Не осталось свидетелей, и пожар был необычный?

– Да… - прошептал Клемент.

– Как же ты можешь обвинять брата Пелеса в превышении полномочий, после такого наглядного примера зверств колдунов?

– В том то все и дело, что пример был слишком наглядный…

Марк долго сверлил его пронзительными глазами, серыми как осеннее небо, но Клемент упрямо не отводил взгляд.

– Я верю, что ты преодолел этот путь не просто так, и у тебя была на это важная причина. Да, твои слова внушают тревогу, и мы непременно займемся изучением этого дела.

– И что мне теперь делать?

– Ждать. Это не займет много времени. Так уж вышло, что тот, который своим поведением вызвал у тебя столько сомнений, сейчас находиться в Храме.

– Как?!
– воскликнул Клемент. По его спине пробежал неприятный холодок.
– Он здесь?

– Да, он приехал несколько дней назад с отчетом о проделанной работе и сейчас его принимает брат Лунос Стек. Не думаю, что их беседа подлиться долго.

Если бы Клемент мог позволить себе выругаться или закричать во все горло, он бы обязательно это сделал. Лунос Стек был вторым человеком в ордене Света. Первым был, естественно, сам магистр ордена. Лунос руководил всеми Смотрящими, без его согласия в ордене не принималось ни одного решения хоть по какому-нибудь сколько-то важному вопросу. Можно себе только представить, какой Пелес подготовил для него отчет!

– Зря я сюда приехал, - пробормотал Клемент едва слышно.
– Все бесполезно…

– Ну, не расстраивайся, - старик с трудом поднялся из-за стола и, подойдя к Клементу, дружески похлопал его по плечу.
– Неужели ты не веришь в Создателя, брат мой? Ты же в Вечном Храме, самом святом месте на земле. Здесь похоронен великий брат Мартин. Если и есть правда в этом мире, то она здесь. Истина обязательно восторжествует.

– Моя вера непоколебима, - ответил Клемент, но без особой твердости в голосе.
– Как всегда.